Читаем без скачивания Цветная масть - элита преступного мира - Вячеслав Разинкин

— Что делать? Спасать надо, что можно. После конфискации на жизнь вряд ли что останется. А на оплату отцовских адвокатов понадобится куча денег. Собирайте все ценности и как можно скорее уходите из дома. К вам вот-вот нагрянет милиция…

Испуганная не на шутку молодая, неопытная женщина моментально упаковала все самое дорогое и ценное. С этой поклажей выбежала из квартиры. На лестничной площадке ее уже поджидали два человека. Один был в милицейской форме.

— Извините, вы гражданочка такая-то?

— Да. А в чем дело.

— Мы из ОБХСС (отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности). Что у вас в сумке?

— Личные вещи.

— Вы куда-то собрались уезжать?

— Нет. То есть — да.

— Придется отложить поездочку. Пройдемте в квартиру. Вот ордер на обыск…

Даже чистая бумажка в такой ситуации может показаться грозным документом. Женщина безропотно вернулась назад. Надо ли дальше сгущать краски и дополнять подробности, как два гонца Японца перевернули в квартире все вверх дном и добрали то, что в спешке забыла прихватить с собой торопившаяся родственница.

Через несколько дней цеховик-меховик получил записку от Ассирийского Зятя. Там было два предложения. Одно о добром сотрудничестве, если будут изменены для суда показания. Тогда все потери будут возмещены и даже гарантирована «крыша». При прочтении другого — у слабонервной натуры мог случиться сердечный приступ. Конечно, подпольный предприниматель выбрал первое. Свердловский эпизод судом был исключен, так как свидетели и потерпевшие изменили показания.

С коллекционером-филателистом случилась почти аналогичная история. К нему в гости внезапно наведался посланец авторитета ростовской уголовщины.

— Есть уникальная вещица, которую вы давно хотели приобрести, — он начал очень миролюбиво. — Наш общий друг привез ее из Ростова-папы. Все в машине — можно посмотреть и прицениться.

Отказываться было нельзя, хотя и чувствовался подвох. Мацек был давним клиентом. Он поставлял ворованные драгоценности почти даром.

— Хорошо, — выдавил антиквар и понуро побрел за гонцом.

В машине его действительно ждала дорогая безделица. Еще был разговор. Суть его сводилась к известному предложению. Филателист сделал вид, что согласен. На самом деле тут же сообщил о визите в уголовный розыск. На чаше весов были две величины, неподъемные для расшатанной стрессами нервной системы: реальность расплаты бандитов или гнев правосудия за дачу ложных показаний. Но если первые не давали за его здоровье и ломаного гроша, наоборот, сделали все возможное, чтобы его подорвать, то последние, в частности оперативники, гарантировали жизнь и благополучие. Их сторона и была принята. Единственная жертва обвинения осталась непреклонной. Можно сказать, что ставка была сделана правильная. Муровцы свое слово сдержали. Говорят, этот антиквар вскоре отошел от своего прежнего бизнеса, зато процветал несколько лет в качестве администратора одного из престижных кафе в Столешниках.

Ассирийскому Зятю не удалось на этот раз легко соскочить со скамьи подсудимых. 29 апреля 1982 года народный суд Люблинского района г. Москвы осудил Иванькова по статьям: 146 часть 2, пункты «а» и «б» (разбойное нападение по предварительному сговору группой лиц с применением оружия), 17 и 196 часть 1 (подделка документов), 218 часть 1 (хранение и ношение огнестрельного оружия) УК РСФСР к 14 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима с конфискацией имущества, оправдав его по статье 224 часть 4 (хранение наркотических веществ) УК РСФСР.

Из материалов личного дела осужденного В.К. Иванькова:

6 марта 1983 года он прибыл в исправительнотрудовую колонию N 3 Магадана, откуда 30 июля 1983 года за злостное неповиновение требованиям администрации был этапирован на тюремный режим в учреждение СТ-2 г. Тулуна Иркутской области (в обиходе именуется Тулунской тюрьмой), где 10 января 1984 года совершил преступление, предусмотренное статьей 110 УК РСФСР. За причинение тяжкого телесного повреждения осужденному Гребенцу ему прибавлен еще 1 год лишения свободы.

14 мая 1986 года Иваньков В.К. вновь совершает преступление. Находясь на приеме у начальника медицинской части Томзякова, вступает в пререкания с сотрудником учреждения Кушнаренко, выражаясь в его адрес нецензурной бранью. Затем, используя стул, причиняет Кушнаренко телесные повреждения. Суд признал виновным Иванькова в совершении преступления, предусмотренного статьей 193 часть 2 УК РСФСР и приговорил его еще к 1 году лишения свободы.

За период отбывания наказания в местах лишения свободы осужденный Иваньков допустил 58 нарушений режима, за что 35 раз водворялся в штрафной изолятор и карцер, переводился в помещение камерного типа сроком на 2 месяца…

Из характеристики на осужденного В.К. Иванькова:

Является признанным "вором в законе", активно пропагандирует «воровские» обычаи и традиции. Среди наиболее отрицательной части осужденных пользуется поддержкой. Организует групповые эксцессы, противодействуя законной деятельности администрации, при этом тщательно скрывает свою роль. На меры воспитательного характера не реагирует. Сознательно склоняет осужденных к отказу от приема пищи и выхода на работу, а также к другим противоправным действиям…

Из докладной записки начальника оперчасти учреждения СТ-2: 21 января 1991 года на посту N 2 тюремного режима вольнонаемный Лыткин А., работающий в библиотеке, раздавал почту осужденным. При раздаче корреспонденции в камере N 43 между осужденным Иваньковым и Лыткиным А. возникла ссора изза газеты "За рубежом", которая была выписана другим осужденным. В ходе выяснения неприязненных отношений Иваньков взял палку длиной около метра, которой прочищают засорившийся унитаз, и нанес ею жестокие удары по лицу Лыткина, после чего последнего унесли в санитарную часть.

По заключению судебно-медицинской экспертизы Лыткину А. причинены телесные повреждения в виде ушибленных ран и ссадин лица. В действиях Иванькова усматривались признаки преступления, предусмотренного статьей 112 часть 2 УК РСФСР, то есть умышленные телесные повреждения или нанесение побоев. Но учитывая отсутствие свидетельской базы, в возбуждении уголовного дела отказано. Осужденный Иваньков привлечен к дисциплинарной ответственности.

Начиная с 1989 года Иваньков пишет жалобы и ходатайства о смягчении меры наказания. Подключает к этому адвоката, родственников и свои связи в правоохранительных органах. Он обращается в различные инстанции с жалобами о его незаконном осуждении. Однако эти его попытки пока остаются без удовлетворения.

В начале 1990 года жена Япончика обращается к народному депутату СССР С.Н. Федорову с просьбой оказать содействие в помиловании ее мужа. Он направляет в Президиум Верховного Совета РСФСР и Председателю Верховного Совета РСФСР два аналогичных депутатских запроса следующего содержания: "Учитывая, что Иваньков В.К. глубоко осознал противоправность содеянного, что пребывание в изоляции от общества свыше 7–8 лет не отвечает интересам перевоспитания личности, а также принимая во внимание его возраст и состояние осужденного, прошу Вас, Борис Николаевич, рассмотреть вопрос о его помиловании. 11 сентября 1990 года. Народный депутат СССР Федоров С.".

Вскоре соответствующие документы поступают в отдел по вопросам помилования при Верховном Совете РСФСР. Оттуда начинается встречная переписка. В Тулун направляется запрос с просьбой выслать все необходимое для рассмотрения вопроса о пересмотре приговора в отношении осужденного В.К. Иванькова. И в ноябре 1990 года в адрес Секретариата Комиссии по помилованию и в Верховный Суд необходимые документы поступают.

Большинство бумаг оказываются совершенно противоречивыми. Осужденный Иваньков характеризуется вставшим на путь исправления. Тем не менее отдел по вопросам помилования при Верховном Суде РСФСР официального решения не выносит. Бумажная карусель закручивается чьей-то умелой и могущественной рукой еще сильнее. В декабре 1990 года материалы по Иванькову попадают непосредственно в Верховный Суд для проверки в порядке судебного надзора за законностью его осуждения.

21 января 1991 года заместитель Председателя Верховного Суда А.Е. Меркушев внес протест в Президиум Московского городского суда о пересмотре дела Иванькова в порядке надзора.

30 января 1991 года Московский городской суд рассмотрел уголовное дело по протесту на приговор Люблинского районного суда г. Москвы от 29 апреля 1982 года, постановив: приговор Люблинского районного суда г. Москвы и определение судебной коллегии по уголовным делам Мосгорсуда в отношении Иванькова В. оставить без изменений, а протест без удовлетворения.

В феврале 1991 года вносится вторичный протест по делу Иванькова, но уже в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РСФСР с ссылкой на то, что Президиум Мосгорсуда, отклонив протест о смягчении наказания Иванькова, оставил без внимания данные о личности Иванькова и обстоятельства, дающие основания для смягчения ему наказания. По мнению Меркушева, систематические нарушения режима содержания и совершенные в это время преступления Иваньковым — статьи 193 и 110 УК РСФСР не имеют отношения к его наказанию по настоящему приговору.