постаралась улыбнуться так широко как могла. Николь же зарумянилась и опустила глаза. Я уже не первый раз видела ее такую реакцию на этого преподавателя. Неужели она действительно что-то там к нему чувствует?! Нам пора поговорить, еще раз!
— Мисс Торес, может быть вы начнете тему? — обратился ко мне мистер Смарт.
— Кто?! Я?! — воскликнула я. — Что вы, мистер Смарт, я и разговаривать то не умею! Могу только слушать и молчать. — я закрыла себе рот ладонью.
— Да, я это заметил. Молчите вы очень красноречиво! — усмехнулся он. — Что ж, тогда, с вашего позволения, я начну урок.
— Да, разумеется. — кивнула я и аудитория взорвалась смехом. — Молчу-молчу! — я опять демонстративно закрыла себе рот ладонью, хитро смотря на преподавателя. Он лишь покачал головой, вернулся на кафедру, занял свое любимое место, усевшись на краю стола, и начал свою лекцию.
— Как ты так можешь, Эмили?! — прошипела мне на ухо подруга.
— Он первый начал, — также прошипела я ей в ответ, — задираться!
— Мисс Торес! — рявкнул на всю аудиторию мистер Смарт, что я подскочила на своем месте от неожиданности. Потом подняла руки, показывая, что все поняла и больше не буду, при этом не забыв пнуть подругу под партой ногой за подставу. Ненавижу сидеть на первом ряду!
Глава 13
Николь не помнила, как дождалась назначенного времени. Последний час она слонялась по коридорам университета, переходя с одной кафедры на другую, столкнулась с Эмили и Джонатаном, которые сидели на подоконнике и целовались. Джонатан что-то шептал девушке на ухо, а она хихикала и выглядела очень довольной и счастливой. Николь не решилась к ним подойти, чтобы не нарушать их идиллию, которая, как поняла Ники из рассказа подруги, была хрупкой и едва не развалилась в последние дни. Но хорошо, что они смогли найти с Джеймсом снова общий язык. Хотя, скорее всего, все же в этом была заслуга Джеймса, который был старше, а значит опытнее. Она прониклась уважением к этому блондинчику, который сначала показался ей довольно легкомысленным.
Она стояла перед дверью аудитории № 7, на часах секунды неумолимо бежали к отметке 16:00. И как только они добежали, Николь постучала в дверь аудитории и открыла ее.
Мистер Смарт сидел на одном из рядов с ноутбуком на парте и что-то опять быстро печатал. Он никогда не сидел сложа руки, а постоянно был чем-то занят в своем компьютере.
— Мисс Миллер! — он поднял глаза от экрана, улыбнулся ей. — Вы пунктуальны, что дает вам еще одно положительное очко в моих глазах! Идите сюда! — он махнул рукой, показывая на место рядом с собой. Николь видела перед собой другого мистера Смарта не похожего на того, кем он бывал на своих занятиях. Более расслабленного и дружелюбного, что ли!
Николь приблизилась к нему и села на расстоянии вытянутой руки от него. Мистер Смарт вскинул удивленно бровь вверх, но ничего не прокомментировал, а снова уткнулся в ноутбук. Так они просидели какое-то время. Николь даже немного заскучала и стала бродить взглядом по аудитории. Здесь, похоже, преподавали астрономию и физику. Рядом с окном стоял небольшой телескоп, стены были разрисованы под звездное небо с одной стороны, а с другой стороны выстроился парад всех планет. Сверху свисали кубы, конусы и сферы, в них были заключены лампы освещения.
— Вам скучно? — раздался внезапно голос мистера Смарта.
— Вы хотели со мной о чем-то поговорить. Если вы передумали, то можно тогда я пойду, у меня завтра конференция по страноведению на первом курсе.
— Вы всегда и везде успеваете, мисс Миллер?
— Стараюсь, когда мне интересно! — кивнула она в ответ.
— У меня есть одно предложение, которое, я надеюсь, вас заинтересует, и вы мне не откажете. — вкрадчиво проговорил он, чуть наклоняясь в ее сторону. И вновь Николь испытала это странное ощущение, что мистер Смарт смотрел не на нее, а в нее, пытаясь проникнуть в ее душу, затронуть ее разум. — Мне очень нравится, как вы излагаете свои мысли, я давно не встречал такого гладкого письма, с правильно встроенными оборотами, подобранными сравнениями. Я читаю ваши работы как поэмы. — говорил мистер Смарт, не сводя взгляда с Николь, а она сидела смущенная и безумно довольная его словами и похвалой. Ее глаза блестели, черты лица расслабились, на губах была полуулыбка, мистер Смарт невольно залюбовался такой ее перемене. Она была очень красивой девушкой, этого нельзя было не признать. И эта ее внешняя скромность, которая держала под контролем ее чувственность, которая расцветала только на листе бумаги, придавала ей безусловно дополнительного шарма. Он качнул головой, прогоняя лишние мысли. — Вы когда-нибудь слышали о конкурсе на лучшую письменную работу штата?
— Вы говорите о «Гении слова»? — переспросила Николь.
— Да. — кивнул мистер Смарт.
— Не только слышала, но и однажды участвовала в нем.
— Не сомневался. — улыбнулся он. — И каков был результат?
— Не очень высокий, четвертое место в категории «до университета».
— Превосходный результат.
— Вы мне льстите!
— Нет, — покачал он головой, — это вы себя недооцениваете! — он помолчал немного и потом продолжил. — Я хочу предложить вам совместный проект, который мы будем готовить, а потом защищать перед международной комиссией на конкурсе «Автор». Слышали о таком?
— Нет. — ответила честно Николь, сгорая внутри от любопытства.
— Двигайтесь ближе, я покажу вам презентацию. Это конкурс для искусствоведов, научных деятелей и специалистов, а также сторонних участников, пока еще не обладающих какими-либо регалиями, но имеющие отношение к миру литературы, например.
— Как вы? — улыбнулась Николь.
— Как я и как вы тоже! Двигайтесь же, думаю, что даже обладая стопроцентным зрением, вы вряд ли разглядите то, что я буду показывать на этом небольшом экране. — он похлопал по месту рядом с собой. И Николь ничего не оставалось как придвинуться к нему ближе. Как только она это сделала, то его запах мгновенно забил ей все обонятельные рецепторы, она дышала теперь им так невозможно близко. Сладкий, легкий, практически прозрачный аромат — она вдохнула его полной грудью, непроизвольно, возможно, не желая даже этого, но это было сильнее ее. Вокруг мгновенно образовался вакуум, который поглотил все звуки, оставив только стук ее сердца, которое как ей казалось, билось слишком громко. Она медленно подняла глаза, сначала натолкнулась взглядом на впадину между выступающими ключицами, в вороте рубашки, потом скользнула дальше по горлу вверх к точеному подбородку, задержалась на полуоткрытых губах, дальше по скулам к потемневшим и таким бездонным глазам. Дыхание ее сбилось мгновенно от этого взгляда. Ей опять захотелось сбежать, слишком сильны каждый раз были эмоции, когда он смотрел вот
