Затем он вспомнил, как поступили с ним.
И тут же на него накатила волна застарелой, привычной злобы. К нему вернулась сила, благодаря которой ему не раз удавалось выпутываться из самых сложных переделок. Изрытая проклятия с той интенсивностью, какую только он мог позволить себе в разреженной атмосфере, Энгус стал готовить «Красотку» к посадке.
Пока шла подготовка, сканер информировал его о том, что один из объектов на борту больше не подаст признаков жизни.
Вот и прекрасно! Осталось только трое.
Он плавно посадил «Красотку» на опоры рядом с полицейским кораблем, выбрался из противоперегрузочного кресла и, взлетев как воздушный шар, благо сила тяжести на астероиде была ничтожной, устремился к шлюзовому отсеку.
Надев скафандр, он на несколько мгновений замер, наслаждаясь глотками свежего воздуха из резервных баллонов, но медлить было нельзя. Уцелевшие копы могли заметить его. Могли прямо сейчас навести на него орудия «Повелителя звезд».
Энгус прихватил с собой лучевое ружье, обычно использовавшееся шахтерами для расчистки завалов и измельчения породы. В крайнем случае, оно могло послужить ему защитой. Он больше не потел, потому что был слишком напуган даже для этого. Полицейский корабль наводил на него ужас. Так же, как и уцелевшие копы. Он всегда смертельно боялся копов. Но мысли о воздухе и о мести гнали его вперед.
Энгус прошел через шлюз и оказался на поверхности астероида.
Здесь не было иного света, кроме отдаленного блеска звезд: не на экране, а наяву «Повелитель звезд» предстал перед ним мрачным силуэтом, темнеющим даже на фоне черного космоса. Он выглядел огромным, грозным и хранящим страшные тайны. Направив лучи света вдоль его бортов, Энгус улучшил обзор, но ничего не мог поделать с раздражающим шипением своих воздушных резервуаров: ему казалось, что в абсолютной тишине космоса этот звук может послужить маяком для всех его врагов. Он еще раз проклял полицию, негодуя на то, что звук собственного дыхания заставляет его чувствовать себя слабым и уязвимым. Теперь воздух, еда и вода уже не имели для него такого значения: он решил, что как-нибудь проживет и без них. Силы для того, чтобы продолжать действовать, ему давала злоба.
«Красотка» получила серьезные повреждения. Такой, как прежде, ей уже не быть. Так пусть же эти скоты с «Повелителя звезд» заплатят за это. Пусть те, кому вздумалось гоняться за ним, ответят за все.
Потея от ярости, он двинулся к полицейскому кораблю.
Без особых затруднений ему удалось обнаружить в уцелевшей части корпуса воздушный шлюз. Войдя внутрь и заперев за собой люк, Энгус начал наконец приходить в себя. Свист воздуха, поступавшего в отсек, заглушал шипение резервуаров его скафандра. Надо полагать, что уцелевшие копы устроили засаду и ждут, когда он высунется из шлюзового отсека, но сейчас он, по крайней мере, уже не снаружи, не на виду. А внутри корабля его ружье может быть страшным оружием.
Как только открылся внутренний люк, Энгус метнулся в сторону и прижался к стене: предосторожность, подсказанная инстинктом.
Инстинкт не подвел. Какой-то человек ждал его.
На первый взгляд, он выглядел целым и невредимым. Несколько растрепанная шапка седых волос лишь усиливала впечатление властности. На плечах туники красовались капитанские нашивки. В руке незнакомец сжимал лучемет.
Энгус едва не заорал «Не стреляй!», хотя передатчик его скафандра был отключен, и крика бы все равно никто не услышал.
– Я капитан Дэйвис Хайленд, – промолвил седовласый, – Энгус Термопайл, вы арестованы. – В динамиках скафандра эти слова звучали как безумный бред, не имеющий отношения к реальности. – Мы реквизируем ваш корабль.
Слова капитана были обращены к Энгусу, но глаза – нет. И его оружие было нацелено на заднюю часть отсека.
Энгус приметил обваренную кожу лица и понял: во время взрыва капитан ослеп.
И все же пытался блефовать…
Реквизирует мой корабль? Мой корабль?
Пробормотав грязное ругательство, Энгус выстрелил. Луч расплескал тонкую струйку крови метров на тридцать но коридору.
– Прошу прощения, капитан Дэйвис Хайленд, – проговорил он с издевательской любезностью. – Боюсь, что моего корабля вам не видать.
На полу валялись клочья разорванного лучевым ударом тела. Энгус пнул их ногой и отправился искать двоих уцелевших. Он начинал чувствовать себя гораздо лучше.
Мостик находился в той же части корабля, что и шлюз. Поначалу Энгус направился туда. Он двигался осторожно, выставив вперед оружием присматриваясь, прежде чем нырнуть в какой-либо проход, ибо понимал: ему необходимо обнаружить этих двоих первым. Но его осторожность пропала втуне: по пути к мостику он никого не встретил, а добравшись туда, обнаружил человека, не представлявшего для него угрозы. Он лежал, привалившись к рулевой панели, и, судя по виду, умирал. Внутреннее кровоизлияние, сообразил Энгус. Беспокоиться не о чем.
Он столкнул пилота с противоперегрузочного кресла, и от боли тот пришел в себя – чего Энгус и добивался. Убедившись, что беспомощный враг его видит, Термопайл выстрелил, превратив человеческое тело в кровавые ошметки.
Оставалось покончить еще с одним. А потом взять воздушные фильтры. И резервуары с водой. И все прочес, что стоит прихватить.
Само собой, не помешает прибрать и корабельную базу данных, подумал он, но, бросив взгляд на главный компьютер, понял, что база данных уже уничтожена. Видимо, упрямый капитан Дэйвис Хайленд (может быть, автоматически) стер ее, поняв, что корабль падает на астероид. Жаль, значит, содержавшиеся в компьютере дорогостоящие секретные сведения нельзя будет использовать против их бывших хозяев. «Ну и хрен с ним, с чертовым копом, – решил Энгус, – долбать его во все дырки, благо я их в нем порядком понаделал…»
Приободренный этой мыслью, Энгус отпихнул в сторону останки и уселся за пульт контроля. Вторичные системы управления жизнеобеспечения отсеков еще действовали, из чего следовало, что на обломках корабля оставался запас энергии. Перенастроив сканер на внутренний обзор, Энгус принялся искать последнего из уцелевших.
Прибор зафиксировал его в отсеке, обозначенном как вспомогательный мостик.
Термопайл зарычал. С этого вспомогательного мостика еще имелась возможность пальнуть в «Красотку».
Поспешно, поскольку теперь он знал, где находится его добыча, и не нуждался в мерах предосторожности, он направился на вспомогательный мостик, чтобы убить последнего члена экипажа.
В нужный отсек он ворвался с оружием наготове, намереваясь сначала стрелять, а потом уж думать. Но не выстрелил.
Мори Хайленд остановила его, не шевельнув и пальцем, не вымолвив ни слова, вообще не отреагировав на его появление ничем, кроме неподвижного, полного ужаса взгляда, – словно некое омерзительное зрелище лишило ее способности видеть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
