Читаем без скачивания Пьяный ангел (сборник) - Владимир Вейс

Великий Графист умолк. Звия была потрясена – она уже носит одного с Сергеем ребёнка и с разрешения самого Великого Графиста! И это принесёт в жертву её и триллионы спящих людей! Правы ли они с Великим Графистом на такое изменение истории Земли?

И словно в ответ на свои мысли она услышала такое, отчего её сердце впервые наполнилось состраданием.

– Я люблю тебя, Звия, – сказал Великий Графист, – я всех люблю в этом мире. И мне горько сознавать, что я оказался несовершенным. Но ошибки никогда не поздно исправлять, никогда!

– Значит, ты жертвуешь собой и всем человечеством? – спросила Звия.

– Увы, всеми вами, мои дети. И вы спите. Но лучше не появиться в будущем, чем погибнуть так ужасно! Ты должна уйти на время вместе со своим гостем в его мир. А возвращаться будет некуда. Я не знаю, куда вернёт тебя модуль. Не знаю. Позволь мне мысленно обнять тебя на прощание.

Звия неожиданно ощутила его объятия. И это были руки человека, у которого было дыхание, и даже слезы. И тогда Звия поняла, что Великий Графист никогда не был и не есть машина. Он был самым умным и могущественным из всех живущих на Земле во все её времена человеком!

Он исчез, а рядом сидел гость, ставший родным.

Звия с нежностью посмотрела на него, принёсшего удивительные чувства и ощущения, ставшего ей родным.

Сергей взял её руку в свою:

– Я слышал, я был свидетелем твоего объяснения и прощания с Великим Графистом. Не думал, что стану виновным в вашей драматической судьбе.

– Поцелуй меня и забудь. Я полюбила тебя. Во мне сейчас миллионы женщин нашей планеты, истерзанных чувствами. Я бы очень желала каждое утро видеть на своем столике перед кроватью простые полевые цветы от тебя. Вдыхать их запах, но думать только о тебе. Я уже, как говорили в давние времена, «понесла» от тебя. Но во имя всех живущих сейчас и в будущем людей твоя задача забыть обо мне, принять и полюбить другую женщину. И ты должен уже любить её сейчас! – сказала женщина тоном и голосом человека, принявшего важное решение.

Они соединились в сладком и вечном друг для друга поцелуе.

30 секунд после вспышки. Земля

Сергей лежал на дне колодца и слышал, как его кто-то звал. Он открыл глаза.

– Сэргэй, – неслось сверху, – ты жив?

Жив? Что за глупый вопрос! Сергей вскочил на ноги. Дно под ним закачалось. Лампочка не работала. Но он прекрасно видел в темноте. Ему доставало и того света, что доходил сверху. И эта способность видеть ночной совой окрылила его. Давно ли он примерял очки, которые не стал брать по совету друзей, мол, глаза сразу «садятся»! А здесь, в кромешной тьме он видит и стену колодца, и самого себя!

Да, он спал, но его будоражила память о сне. Ему приснилась необыкновенная планета и изумительная женщина. Ей было очень много лет… Её звали… Звия! И ей принадлежал мир со странным названием. Тигион!

И они много говорили.

И Звия рассказывала о том, что с ним случилось в этом колодце, и как его перенёс в далёкое будущее модуль в виде шара.

Сергей посмотрел под ноги. Там лежал шар.

Сергей поднял его. Шар был холодным, каким бывает металл, но почти ничего не весил. Странно. И он придавал уверенность в том, что нет ничего невозможного в этом мире. Сейчас Сергей был готов взлететь, и чувствовал, что для него это не составит труда, стоит ему только оттолкнуться и он окажется наверху.

– Сэргей!

Это был голос Мереда-аги. И слышал его Сергей так, будто они стоят рядом.

– Да, я! – крикнул он вверх. И был уверен, что бригадир его хорошо слышит.

– Поднимаю «парашют».

– Я готов.

Трос дёрнулся. Сергей на ходу влез в «парашют». Подъём был медленный и времени обдумать, что же произошло с ним, было достаточно.

И память словно прорвало. Он даже ощутил ту мгновенную боль, когда услышал хруст в позвоночнике. Прикрыл глаза от яркой вспышки шара. И снова радостно забилось сердце, когда он мысленно полетел над планетой. Затем были лаборатория, озеро, водопад… Он помнил, как звонил шефу на дачу.

Итак, он помнил всё! Вдруг пришло понимание того, что делать дальше. Если он хочет снова увидеть Звию, то ему необходимо никому не говорить о модуле.

И он положил шар в рюкзак. Когда он взял в руки модуль, то уже знал, что через несколько минут бригадир назовёт Лемешева «шайтаном», и ещё долго будет его тискать и осматривать, после того, как корреспондент невинно признается, что полез в песок, а тот обрушился. Меред-ага удовлетворённо заметит, что нет ни царапин на лице москвича, ни ушибов на его теле. «Вах-вах» скажет он, спустившись сам через полчаса вниз и увидев полтонны песка, на котором остался след человека. Его опыт, его чутьё будут утверждать, что на дне этого колодца, который назовут «Лемешкой», произошло нечто, но то будут знать только москвич и Аллах.

Действительно, Сергея встречали как героя космоса. Это и предсказывал его шеф Коганов. Ему пожимали руки, обнимали, называли настоящим пустынником.

– Что у тебя там вспыхнуло? – спросил бригадир.

– Снимки делал.

– Шайтан! Ай, шайтан!

В голосе Мереда-аги звучала радость, что всё обошлось.

Через сорок минут он сам спустился и почти час осматривал дно колодца, а когда его подняли, качал головой, как китайский болванчик:

– Вот шайтан! Родился в белой рубашке! Я тоже – только в халате!

Через 13 часов 20 минут после вспышки

Сергей спал на крыше домика. Меред-ага, опасаясь за жизнь гостей, настоял на том, чтобы для него и инструктора была там расстелена кошма. Крыша предохраняла, конечно, условно, от ползучих гадов, а валяная шерсть – от скорпионов. Если бы знал бригадир, что вышедшему из колодца москвичу не страшно ни одно существо на свете, то не волновался бы так за его жизнь.

Какагельды Байрамов чмокал губами и слегка постанывал. Вероятно, ему снился минет, который совершала хорошенькая секретарь комсомольской организации швейной фабрики Валечка Сырова. Лишь несколько дней Какагельды был на фабрике, но безумно влюбился в эту русскую чертовку. Ему казалось, что она не прочь развлечься с самим инструктором ЦК. И вот это исполнилось, но только пока во сне.

Если бы он знал, что сейчас произойдёт, и какую красавицу он увидит! Рюкзак, лежащий со стороны Лемешева, не был завязан. Из него выкатился шар, который ярко засветился, увеличился в размере и из него вышла Звия. Она была обнажена, но вытянула из шара нечто, похожее на чемодан. Уложив модуль в рюкзак, она выбрала из чемодана костюм спортивного покроя, быстро в него облачилась, и, спрыгнув с крыши, стремительно побежала с чемоданом в сторону шоссе.

Какагельды сел на кошму с выпученными от удивления глазами. Но красавица обернулась и послала ему странный привет взмахом руки, отчего инструктор смежил глаза и тотчас же уснул.

Звия на Земле

Через час Звия вышла на трассу Мары – Ашхабад и остановила «Волгу», идущую в столицу Туркмении. Председатель колхоза «Красный Октябрь» Сапар Агаджанов с удовольствием остановился, не спрашивая ни себя, ни её, как женщина, подобная пери, могла оказаться здесь, на трассе, в час ночи.

Он усадил её рядом, и только тогда задал явно запоздалый вопрос:

– Что с вами произошло, девушка?

– Так уж случилось, – ответила она, повернув к нему лицо. Её огромные изумрудные глаза могли свести с ума любого человека.

– Но как можно такую красавицу бросить в песках?

– Я не брошенная, я Зоя, – ответила женщина из будущего, – я командированная. Успокойтесь. – Она слегка дотронулась до руки председателя колхоза, – всё будет хорошо, и со мной, и с вами. Расскажите, чем вы здесь живёте?

Сапар Агаджанов, и по природе очень спокойный человек, совершенно выбросил мысли о причинах появления одинокой девушки на трассе. Он подумал, что именно так надо, так иногда поступают русские. Может, это какая-то комиссия из Москвы.

Немногословный, он неожиданно для себя стал рассказывать о своей нелёгкой доле председателя крупного животноводческого хозяйства, когда надо крутиться и между районным, и областным начальством. Постепенно он рассказал о себе, своей семье, о жизни туркменского села. Он всё время шмыгал носом, и это особенно обострилась, когда они проехали небольшую рощицу пустынных акаций. Он в оправдание сказал:

– Вот так всегда. Как жаркое лето – у меня насморк. Не пойму, отчего.

– Это аллергия. Вот это вас вылечит, – сказала Звия.

Она дала понюхать Сапару небольшую блестящую коробочку. И через мгновение спросила:

– Как теперь?

– Что как?

– Насморк прошёл?

– Насморк? Ах, да, куда всё делось? Никакого насморка! Как это вам удалось, уважаемая? Вы доктор?

– Да, – улыбнулась Звия, с нежностью подумав о Лемешеве, – в последнее время мне приходится возвращать к жизни и лечить.

Председатель колхоза ничего не ответил. Ему стало очень хорошо, и его посетили мысли, как построить из ничего ферму в пустыне.