— Брэдшо дает уроки верховой езды, — проворчал Тристан, оттесняя тетушку на булыжную мостовую, — а зачем здесь вся ваша компания?
— Я помогаю Брэдшо, — весело заявил Эндрю, занимая место рядом с Эдвардом.
— А ты, Бит?
Средний Карроуэй держался позади всех.
— Я гуляю.
— О, как это мило, — молитвенно сложила руки Милли. — Вся семья вышла на прогулку, совсем как в те времена, когда вы были маленькими сорванцами.
— Я не сорванец, — заявил Эдвард с высоты своего серого пони. — И Принц Джордж тоже.
— Кое-кто с тобой не согласится, Эдвард, — улыбнулся Тристан, — но я уверен, Принни оценит твое дове…
— Моего коня зовут Принц Джордж, Тристан, — поправил его самый младший Карроуэй.
— Ты можешь передумать. Не лучше ли просто Джордж?
— Но…
— А ты зови его Тристаном, — предложила Джорджиана, с трудом сдерживая смех. — Это мерин?
Брэдшо сделал вид, что закашлялся.
— Эдвард, Дэр прав. Не стоит называть животных именами правящих и будущих монархов, это обычно не одобряется.
— Тогда как же назвать его?
— Король? — предложил Эндрю.
— Демон? — подсказал Брэдшо.
— Грозовое Облако, — внесла свой вклад Джорджиана. — Он ведь серый.
— О да. И это звучит как индейское имя, как в колониях. Мне нравится Грозовое Облако.
— Должно понравиться, — проворчал Дэр себе под нос.
Настроение Джорджианы улучшалось, она наклонилась и поправила одеяло на ногах Милли.
— Вам удобно?
— Больше, чем всем вам, — усмехнулась Милли. — Господи, я даже могла бы вздремнуть.
— Нет, я настаиваю, чтобы вы получили удовольствие, — сказал Тристан, наклоняясь, чтобы поцеловать тетушку в щеку. — Солнечный свет и свежий воздух полезны для вас. Сон — это для слабых.
Джорджи не отрывала глаз от профиля виконта. Он так естественно целовал и поддразнивал своих престарелых тетушек. Она не ожидала от него такого свободного проявления своих чувств, не думала, что он может быть таким. Она считала его высокомерным, циничным и себялюбивым. Если он способен чувствовать и сострадать, он никогда бы так жестоко не поступил с ней. Однако предположение, что он изменился, казалось не менее абсурдным, чем вера в то, что у него есть сердце.
Они добрались до Гайд-парка, представляя собой живописное сборище: три потрясающе красивых одиноких джентльмена в обществе двух подростков, один из которых ехал верхом на пони, две старые дамы и еще одна женщина, компаньонка. Не хватало только собаки, прыгающей через обруч, и слона, чтобы выглядеть цирковой труппой.
— Джорджиана, у вас есть лошадь? — спросил Эдвард.
— Есть.
— Как его имя?
— Ее имя, — поправила она, чувствуя, что чем больше особ женского пола в их компании, тем лучше, — ее зовут…
— Шеба. Великолепная черная лошадь арабской породы, — закончил за нее Дэр.
— О, здорово! Она в Лондоне?
Джорджиана скрестила на груди руки и взглянула на Дэра.
— Спроси своего брата. Он прекрасно справляется, отвечая вместо меня.
Виконт повернул кресло-каталку на тропу для верховой езды, бегущую вдоль Роттен-роу.
— Да, Шеба в городе. Она в конюшнях Брейкенридж-Хауса, вместе с лошадьми герцога Уйклиффа, хотя, пока вы живете здесь, вы могли бы ее перевести сюда.
— Да, — обрадовался Эдвард, подпрыгивая в седле, — вы могли бы кататься, а я буду сопровождать вас.
— А кто будет сопровождать тебя, юноша?
— Я не нуждаюсь в сопровождении. Я профессиональный наездник.
Глаза Тристана весело блеснули.
— Твой зад покроется профессиональными синяками, если ты будешь так прыгать в седле.
— Вот так, — вмешался Брэдшо, — дай мне укоротить стремена. И в любое время, когда вы пожелаете покататься, Джорджиана, мы с Эдвардом с радостью будем сопровождать вас.
Она заметила, как мгновенно помрачнел Тристан.
— Да, будет очень мило, — проворчал он, — мужчина, женщина и ребенок, все дружно едут вместе, такие довольные. Конечно, я уверен, это не вызовет сплетен.
— Прицепите сзади к лошадям меня, — давясь от смеха, сказала Милли. — Это придаст вам респектабельность.
Представив эту картину, Джорджиана не удержалась от смеха.
— Я ценю вашу готовность принести себя в жертву приличиям, Милли, но я здесь для того, чтобы помогать вам, а не подвергать вашу жизнь опасности.
Все рассмеялись, но Джорджиану удивило, что Дэр подумал о ее репутации.
Скорее всего он просто не хотел, чтобы она входила в доверие его семьи. Но это доверие она собиралась завоевать с их помощью.
По пути из Гайд-парка домой Тристан наблюдал за Джорджианой, которая, взяв под руку тетю Эдвину, весело болтала, смеялась и одаряла улыбками его семью. Ему казалось, что последние несколько лет она никогда не позволяла себе веселиться, по крайней мере в его присутствии. Сегодня она излучала тепло и добродушный юмор.
Он ничего не мог понять. Вечер накануне, вальс. А сегодня, когда он решил устроить ей ловушку, чтобы узнать ее истинные цели, вся его живущая вразброд семейка навязалась ему и расстроила его планы.
Если она просто хотела найти себе занятие, то имелось несколько престарелых леди из высшего света, нуждавшихся в добровольной компаньонке гораздо больше, чем его тетушки. Она не может чувствовать себя уютно или удобно под крышей его дома; ведь она происходит из одного из богатейших семейств Англии. Он сумел сохранить достаточное число слуг, но богатые пиры или экстравагантные приемы гостей исчезли из его дома вместе со смертью отца.
Тристан решил помочь своей судьбе:
— Я чуть не забыл. Маркиз Сент-Обин предложил мне ложу в опере на сегодняшний вечер. Четыре кресла, если кто-нибудь захочет пойти. Кажется, дают «Волшебную флейту».
Эндрю фыркнул:
— Могу понять, почему Сент сам не захотел, но неужели ты пойдешь в оперу?
— Ты проиграл пари или что-то еще? — поинтересовался Брэдшо.
Черт бы побрал Брэдшо за упоминание о пари в присутствии Джорджианы!
— Давайте проголосуем, если хотите.
Как он и ожидал, Брэдшо и Эндрю подняли руки, а за ними и Милли с Эдвиной.
Джорджиана не подняла руки, хотя он знал, что она любит оперу. Но она была не единственной, кто умел играть в эту игру.
— Хорошо, вас четверо. Только не ведите себя слишком прилично, а то испортите мне репутацию.
— Разве вы не пойдете? — спросила Джорджиана.
По ее глазам было видно, что она начинает что-то понимать.
Он поднял бровь, радуясь, что перехитрил ее.
— Я? В оперу?
— Но Милли нужна по…
— Мы с Эндрю справимся, — заверил благодушно Брэдшо. — Мы можем привязать ее вместе с креслом позади кареты.
