— Простите, — пробормотала Лесли и снова закрыла дверь своей комнаты.
Она никогда не чувствовала себя такой одинокой. Зачем она оставила своих друзей, чудесную квартиру и присоединилась к этой враждебной банде?
Через какое-то время мисс Френтон вновь попробовала предложить помощь Анджеле. Та держала в руках листы со списком снаряжения, отмечая закупленные предметы галочками.
— Не сомневаюсь, я могу что-нибудь для вас сделать, — произнесла девушка. — Может, я и похожа на ненормальную, но, по крайней мере, дайте мне шанс доказать, что это не так.
Исследовательница продолжала свою работу. Перед ней стояла раскрытая аптечка первой помощи, пальцем одной руки она водила по списку, а второй перебирала по очереди медикаменты.
— Пройдитесь по магазинам, — отозвалась мисс Мейс. — Это последние на нашем пути торговые точки, напоминающие привычные вам супермаркеты. Больше вы ничего подобного не увидите.
Девушка выбежала из отеля. Какое-то время она шагала куда глаза глядят, охваченная гневом, но злость быстро исчезла, потому что модель сумела понять точку зрения спутников. В тот момент ей было лучше не путаться ни у кого под ногами. Она могла лишь помешать давно ставшим рутинными приготовлениям, поскольку все обязанности были распределены между членами группы давным-давно.
Этот город был для нее новым. Действительно стоило посмотреть его и получить удовольствие.
Мисс Френтон шла по бульвару с рядами цветущих деревьев, разглядывая горожан, мужчин и женщин. Некоторые были одеты на западный манер, но многие женщины носили мантильи и яркие платья с нижними юбками, а сопровождающие их мужчины щеголяли черными костюмами и широкополыми шляпами. Сквозь ажурные железные ворота были видны патио с фонтанами, раскидистыми пальмами и цветами — гибискусами, жасмином, розами.
Все вокруг выглядело до того ярко и празднично, что девушка ощутила, как тревога покидает ее. Когда-нибудь она и Джастин будут вспоминать о первых днях совместного путешествия и смеяться.
«Помнишь, как твои товарищи ненавидели меня из-за моего решения отправиться с вами? — спросит Лесли. — Даже ты начал жалеть, что позвал меня с собой, правда?» И он согласится. «Но я жалел совсем недолго, — добавит он. — Теперь я так рад! Очень, очень рад…»
Девушка бесцельно бродила, сворачивая наугад, убивая время и наслаждаясь этим занятием. Только когда модель посмотрела на свои часы и решила возвращаться назад, она поняла, что не знает названия отеля. Они приехали туда прямо из аэропорта. Мисс Френтон расписалась в регистрационной книге, предъявила паспорт, но все, что она знала об отеле наверняка, — он большой и белого цвета, а где-то рядом возвышается скульптура всадника. И конечно, она ни слова не знала по-испански.
Однако Лесли сумела отыскать одного пожилого господина, говорившего по-английски, и после этого все встреченные ею прохожие принялись ей помогать. Она переходила от одного человека к другому, расспрашивая горожан и полицейских, и их всех, казалось, заботила ее проблема. Эти люди направляли девушку поочередно к трем разным отелям, которые она видела впервые в жизни, и она так переволновалась, что могла бы и не узнать четвертый, если бы не заметила Джастина Марча, вышедшего из здания и зашагавшего по тротуару.
Лесли побежала ему навстречу:
— Боже мой, я так намучилась!
— Черт возьми, где ты была? — сердито спросил мужчина.
— Гуляла по Лиме. Я заблудилась.
Он схватил ее за локоть и быстрым широким шагом повел в фойе отеля, как поступают полицейские в фильмах, арестовав преступника.
— Ты меня искал? — виновато пробормотала девушка. — Извини, я и не думала, что бродила так долго.
Марч ничего не ответил, но отпустил ее руку и быстро поднялся вверх по лестнице до коридора, где располагались их номера. Дойдя до своей двери, он открыл ее.
— Зайди на минуту, пожалуйста. — Тон его голоса был резким. — Мне нужно кое-что тебе сказать.
Модель вошла в номер следом за археологом. Его комната была такая же, как у нее, — просторная и удобная. Лесли заметила, что в помещении не было никаких сувениров и личных вещей, свидетельствующих о характере жильца, и вспомнила, что квартира Марча отличалась такой же атмосферой необжитого жилища. Вероятно, Джастин никогда и нигде не пускал корни и каждую минуту был готов двинуться в путь.
Он подошел к окну и мрачно произнес:
— Я сомневаюсь, что в экспедиции ты принесешь ощутимую пользу, и чертовски не уверен, что ты не окажешься обузой.
Сейчас путешественник выглядел совершенно другим мужчиной: у него начисто отсутствовал лондонский светский лоск; это был человек, с головой погруженный в работу, жесткий и прямой.
— Я вернулась! — принялась защищаться мисс Френтон. — Со мной не случилось ничего плохого. Я не просила тебя волноваться и искать меня!
— Пока ты с нами, — возразил Марч, старясь говорить спокойно, — ты являешься членом экспедиции. Все хорошо, с тобой ничего не случилось, но каждый инцидент, ссора, происшествие — а они легко возникают в любом крупном городе — могут изменить отношение к нам здешних властей и поставить крест на нашем путешествии еще до того, как оно начнется. Ты теперь не свободная личность, ты часть экспедиции, как и все мы. И позволь совершенно четко определить один момент: если твои действия сорвут наши планы или как-то им помешают, ты немедленно отправишься назад в Англию.
Лесли чувствовала себя нашкодившим ребенком. Ей хотелось возражать и спорить, но ее рассудок признавал, что в любой профессии существуют свои правила и для успеха в таком рискованном предприятии, как поиск затерянного города, от каждого члена команды требуется дисциплина и беспрекословное подчинение лидеру.
Так что она лишь выдавила:
— Я поняла.
— Отлично, — сухо отрезал Джастин.
По крайней мере, спутники ее хватились. До сих пор девушка чувствовала себя невидимкой — существом, появления или ухода которого никто не замечал.
Во время ужина для мисс Френтон разговор шел словно бы на иностранном языке. Хотя все говорили по-английски, предмет разговора оказался вне ее понимания. Так что Лесли сидела тихо, слушая и набираясь ума-разума.
После ужина девушка вышла на террасу отеля и стояла там, наблюдая закат солнца. Это был один из самых красивых закатов, которые ей приходилось видеть. Небо переливалось оттенками от темного пурпура до нежнейших розовых тонов от малинового до золотого.
А потом внезапно, словно упал занавес, пришла ночь, и, повернув голову, Лесли увидела Джастина Марча, шагавшего к ней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
