Руслан!
Меня прострелила боль с макушки до пяток. Я не хотела его видеть! Не могла!
— Я сам с ним поговорю, — мрачно сказал Кирилл и вышел на лестничную клетку, плотно прикрыв за собой дверь.
18.
РУСЛАН
— Руслан, — в трубке звучал заискивающий голос Ланкиной сестры, — ну, как там Юленька?
— В душе не ведаю. Звони ей и спрашивай сама.
У меня не было настроения на любезности. Меньше всего меня сейчас волновала эта гребаная Юленька и её дела. Я Лану найти не мог. На работе не появлялась, у подруг не было, к родителям тоже не наведывалась.
Было подозрение, что Анька соврала, когда сказала, что не видела мою жену. Именно поэтому я сейчас ехал к ним домой, чтобы лично убедиться, что Мелания не пряталась у своей давней подруги и моего партнера по бизнесу.
От одной мысли о том, что она пошла за утешением к Киру, становилось муторно.
Он ведь раньше любил ее. Любил настолько, что дружбу нашу на кон поставил. И пусть Лана выбрала меня, но каждый раз, когда Смирнов появлялся рядом, меня крыло ревность несмотря на то, что он давно женат и, вроде как, счастлив, и успокоился в браке.
Валерия растерялась от моего тона и начала причитать, как старая бабка:
— Руслан! Ну что же ты так.… нельзя же так…
— Ты собралась меня учить что можно, а что — нельзя?
Она снова замялась, а потом уже совсем другим тоном – ласковым и сожалеющим – продолжила:
— Прости. Я просто переживаю. Девочка там одна совсем, с вашим малышом…. Ты бы мог её поддержать, быть к ней мягче.
— Нет. Не мог бы! Мне некогда! Зачем звонишь?
Она обиженно замолкла, но потом снова сделала попытку направить меня в сторону своей дочери:
— Когда Юляшку выпишут, заберешь ее? Не надо, чтобы она после больницы сама моталась на транспорте. Чихнет кто-нибудь на неё, или толкнет не дай Боже.… А она ослабленная такая…. Ты ее встреть только, и к себе отвези, дальше она сама справится.
— Ко мне? — я аж офигел от такой наглости.
— Ну, а куда же ещё идти-то? — по-доброму, мягко, будто говорила с умалишенным, продолжала Валерия, — с твоим-то ребёночком.
Я бы сказал, куда она могла идти.
— Рассчитывали, что я поселю ее в нашей с женой квартире?
— Но ведь вы с Ланкой уже…. всё…
На этом мое терпение закончилось:
— Ни хрена мы с ней не всё! А Юле твоей я такси закажу, чтобы прямиком в вашу деревню доставить. И не дай бог она ещё раз к нам сунется!
— Руслан!
— Разговор окончен.
Я сбросил вызов и откинул телефон на соседнее сиденье.
Охренели они там все, что ли? Что Юля эта, с раскрытым клювом, что мамаша ее?
Неужели и правда рассчитывали, что стоит им только захотеть, и я пошлю Лану нахрен, схвачу в охапку ее двуличную племянницу и побегу с ней в ЗАГС?
Серьёзно?
Дуры, блин….
Кипя от ярости, я приехал в знакомый двор, нашёл взглядом окна Смирновых и, убедившись в том, что те дома, вышел из машины.
Мне повезло — прежде чем я успел позвонить в домофон, дверь открылась и на улицу вышла бабушка с собачкой.
Так даже лучше: меньше шансов, что меня пошлют. А меня точно пошлют… Причем — не единожды.
Поднявшись на нужный этаж, я нажал кнопку звонка на двери и стал ждать. Внутри все ходуном ходило от волнения. Мне нужно просто увидеть Лану, нужно ей всё объяснить.
Однако когда дверь открылась, я понял, что просто не будет.
Ко мне вышел Кирилл и, судя по волчьему взгляду, мне тут были не рады.
— Зачем пришёл?
— Лана у вас? — вопросом на вопрос, вместо приветствия, ответил я.
— Даже если и так, — он нагло вскинул брови, — тебе то что?
— Я хочу ее увидеть.
— Зато она тебя видеть не хочет.
— Позови её!
— Нет.
— Кир! Ну, твою мать! Давай ты не будешь проблем подкидывать?! У нас и так всё сложно.
— А кто в этом виноват? — он лениво пожал плечами.
— Да, блин, я в этом виноват! Я! Ты можешь просто отойти и не мешать? Нам исправлять надо….
— Хватит, уже наисправлялся. Уходи.
Кто бы знал, как он меня в этот момент бесил!
— Я никуда не уйду, пока не увижу свою жену, — сквозь зубы процедил я, готовый если потребуется, пробиваться с боем внутрь квартиры.
— Надо же, кто-то вспомнил слово “жена”....
— Не нарывайся.…
— А то что? — ухмыльнулся Кирилл, — закидаешь меня своими внебрачными детьми?
19.
— Она рассказала? — глухо спросил я, чувствуя себя уязвленным.
— Про то, как ты настрогал ребёнка её племяннице? Да, рассказала.
Ещё пару дней назад я наивно мечтал о том, чтобы эта пошлая, уродливая тайна никогда не стала достоянием общественности, а теперь меня макают в нее носом как в зловонную кучу говна.
— Мы сами разберемся.
— А вот это вряд ли.
До тряски хотелось надавать по роже этому наглецу. Плевать, что партнер, плевать что дружим уже сто лет. На все плевать, потому что в этот самый момент, я почувствовал, как его интерес к моей жене разгорелся с новой силой. Он, словно охотничий пес, учуял добычу и тут же встал в стойку.
— Просто свали с дороги и не мешай, — я дернул его за рукав, пытаясь откинуть с дороги, но он отбил мою руку.
— Ээ, нет, дружище. Это — мой дом. И без моего разрешения ты туда не войдешь.
— Мне надо поговорить с женой.
— А ей не надо. Больше — не надо, — повторил с нажимом Кирилл.
У меня перед глазами танцевали кровавые черти:
— Ты опять за старое?
— Просто уходи, Руслан. Оставь её в покое. Она не хочет тебя видеть.
— Ты ещё скажи, что тебя хочет, — прорычал я, с трудом удерживаясь от рукоприкладства.
Кир ничего не ответил, только плечом как-то неопределённо дернул, и этот жест выбесил меня окончательно. Потому что в нём не было отказа, наоборот, прямым текстом звучало «ещё посмотрим».
— Только посмей сунуться к моей жене, — процедил я по слогам, голосом больше
