Вождь-попаданец холодно ответил:
- Я все это уже изведал и, честно говоря, не понимаю в чем тут удовольствие. А за время войны, болью и смертельной усталость сыт, по горло. Ну, разве, что голода по-настоящему познать не приходилось. В Красной Армии неплохое снабжение, а я как раз дрался в районе Одессы, затем Севастополя где до сто граммовой пайки как например в Ленинграде дело не дошло!
- Я тоже успела побывать в преисподней! - Послышался звонкий голосок. Михаил улыбнулся и увидел девушку или может даже девочку. Такая, вот светленький подросток, худенькая, в рваном домотканом платьице и естественно босая, но зато с медной медалькой на груди. Громыко показалось, что он вроде бы и её когда-то видел. Что-то знакомое было в её глазах. Впрочем Сфэро не дал затянуться интриге:
- Это Зина Портнова, герой советского союза. Тоже надоело ей гипермироздание в котором можно реализовать абсолютно любую свою фантазию, построить сверх рай где лишь одно ограничение это собственная фантазия. Где яхта из сусального золота размеров в миллионом парсеков( Это размером примерно в десять тысяч галактик!) появиться быстрее, чем ты прикажешь её заказать.
Юная девушка перебила:
- Хватит! Я не хочу рая, перед которым сказки Магомеда, меркнут так лучина, при взрыве водородной бомбы. Подлинная жизнь, это помочь отстоять нашим предкам Малаховой курган, который в реальной истории пал, вмести с ним погиб и генерал Нахимов. А следствие капитулировал Севастополь и, впервые за почти четверть тысячелетия Россия проиграла целую войну. В этом и есть подлинная жизнь - совершать подвиги!
Сфэро указал пальцем на линию горизонта:
- Сейчас будет жарко! Очень знойно!
Артобстрел из всех видом орудий все более усиливался. Это, в самом деле, наступали критические и переломные дни обороны Севастополя. Защитники почти отвечали, берегли порох, ожидая атаки основных сил. Зина Портного всматривалась вдаль с помощью самодельного приспособления. Вроде подзорной трубы из картона. Девушке, судя по всему, тут приходилось несладко. Огрубевшие подошвы уже не одну неделю прыгали по каменьям бастионов и скал. Набитые мозоли на девичьих ступнях потрескались, и кровоточили. Уже шел одиннадцатый месяц осады и Зина недоедала из-за чего её некогда круглое детское личико похудело, проступили скулы, черты лица заострились. От разрывов, даже если они звучали рядом и на чумазое личико сыпались комья земли, отважная девочка даже не вздрагивала. Мишке вдруг стало любопытно, чтобы перекричать орудийный раскаты он наклонился к самому её ушу:
- Давно ты здесь Зина?
Девушка со вздохом ответила:
- Уже шестой месяц.
- И не стала ли война для тебя война рутиной? - Громыко знал толк, в данном вопросе испытав все прелести, в том числе адской скуки ратных будней( хотя тем кто судит о войне лишь по компьютерным "стрелялкам" этого не понять!).
Зина Портнова возразила:
- Нет! Сфэро умеет сделать жизнь на войне очень разнообразной, как в приключенческой книге для пионеров. Он очень талантливый.
Громыко оторопел:
- И ты тоже полгода на этой войне?
Сфэро опять хитренько ухмыльнулся, он говорил, не повышая голоса, но его было отлично слышно, словно вокруг тишина пустыни Сахара:
- Время у нас у всемогущих идет, как мы хотим сами. Поэтому... Кроме, того разделить свою личность, на множество ипостасей для нас тоже не проблема. По аналогии с Библией, когда Иисус вместе с Отцом управлял вселенной и одновременно висел прибитый гвоздями к кресту. - Мальчишка зло сверкнул глазами. - Но вот сейчас, похоже, начинается самое интересное!
Действительно гул труб, стук от множества ударами палочек по барабан слегка перекрыл грохот от артподготовки. Похоже, английские и французские войска перешли в наступление. Они двигались в атаку по старинке, шеренгами, так как новый строй, движение густыми или редкими цепями еще не был разработан. За пехотой передвигалась и кавалерия. Командиры союзников тщательно выбирали место, с которого можно было бы нанести решающий удар. Например, в разрушенные или присыпанные стены бастиона, или места рва, присыпанные фашинами.
Сфэро приказал друзьям:
- На батарею... Будем помогать припасы носить бомбардирам.
Мишка презрительно шмыгнул носом:
- И где тут военная романтика? Быть шестерками!
Сфэро "утешил" небрежно махнув рукой:
- Ну, ты меня знаешь! Все будет, тем более из современно ружья вы из все равно не достанете.
И он замелькал почерневшими о копоти пяточками. На батарее и в самом деле был, кошмар. Много раненых, разбитые пушки. Стоны, бред, вонь. Мишка чувствовал, как саднят от острых камней подошвы, не слишком нежные, но не особенно огрубевшие, все же он мальчишка городской, не так часто они босоногие по жесткой поверхности бегают. А тут всюду скалы, камешки, да еще разогретые на крымском солнышке. Недаром Зинка так измучилась, но вида все-таки не подает, шустро бегает. А Сфэро даже нарочно старается ступать крепкими подошвами на головешки, угольки, и пробивающееся пламя. Толи он йог, то ли и в самом деле ему нравиться, когда обжигает?
Мишка и Зинка подносят ядра или бумажные мешочки с заранее отмерянным порохом. Видно, даже не спецу, по технике, что русская артиллерия заметно устарела. Что ядра, используемые в данном случае бомбы, или картечь уже вчерашний день.
Но вот Сфэро сам начинает наводить оружие. Старые артиллеристы ему не препятствуют, один даже с выбитыми передними зубами, и подпаленной бородой произносит:
- Правильно Сфера! Гони их и бей!
Мальчишка-создатель подмигивает напарникам:
- Ну что смотрите!
Сфэро послал снаряд из единорога по высокой дуге и глубоко в тылу. За шеренгами, как рванет. Грохот и вспышки, словно от вакуумной бомбы. Мишка видит, как несколько орудий летят вверх тормашками, переворачиваясь в воздухе и кривя стволы. Сфэро восклицает:
