Читаем без скачивания Приговоренные к безумию - Нора Робертс

– Очень интересно, Рини, но я спрашиваю не о его сексуальных предпочтениях. Впрочем, раз уж вы это упомянули… Он был вашим постоянным клиен­том?

– Что-то вроде того. – Рини двигалась по ком­нате, подбирая одежду и бросая ее в шкаф. – Он приходил раз в две недели с тех пор, как я въехала сюда. Мистер Когберн был очень вежлив, говорил, как удобно иметь в доме лицензированную компаньонку, и даже предлагал расплачиваться своим то­варом. Но я ответила, что предпочитаю деньги, так как коплю на лицензию девушки по вызову, а нар­котиками не балуюсь и все такое… О! – Она хлоп­нула себя ладонью по рту. – Я не должна была го­ворить о его занятиях. Но раз уж он мертв…

– И все такое. Не беспокойтесь, Рини, мы знаем о его бизнесе. Скажите, Когберн ссорился с кем-ни­будь из жильцов до вчерашнего вечера?

– Никогда. Он всегда был тихим и вежливым. Держался особняком, ни с кем особо не общался.

– Когберн когда-нибудь упоминал о каких-ни­будь проблемах, связанных с Ралфом Вустером или Сузанн Коэн?

– Нет. Я знакома с Сузи. Несколько дней назад мы с ней сидели на крыльце и пили пиво, потому что внутри было очень жарко. Сузи славная. Она рассказывала, что они с Ралфом собираются поже­ниться, и все такое. Сузи работает в закусочной за углом, а Ралф был вышибалой в клубе – забыла, в каком. Может, я навещу ее в больнице.

– Думаю, она будет рада. Вы не заметили какие-нибудь изменения в мистере Когберне за последние несколько дней?

– Вообще-то да. Хотите чего-нибудь холоднень­кого? У меня есть лимонад.

– Нет, спасибо. Продолжайте.

– Я бы выпила воды, если не возражаете, – ска­зала Пибоди.

– Конечно. Небось трудно быть копом?

– Бывает нелегко. – Ева наблюдала, как Рини достает лимонад из холодильника. – Зато узнаешь все стороны человеческой жизни.

– Лицензированные компаньонки тоже многое видят.

– Так какие изменения вы заметили недавно в мистере Когберне?

– Ну… – Рини вернулась со стаканом лимонада для Пибоди и отпила немного из своего стакана. – Когда мы с Сузи сидели на крыльце, Луи как раз возвращался домой. Выглядел он скверно – блед­ный, потный и все такое. Я спросила, как он переносит жару. А он злобно посмотрел на меня и посо­ветовал держать язык за зубами, если я не в состоя­нии говорить ничего, кроме глупостей. – Она надула неподкрашенные губки. – Я сначала обиде­лась, но потом поняла, что он это не со зла, а пото­му что плохо себя чувствует. Я предложила ему пива. Луи снова посмотрел на меня так, словно опять хочет сказать какую-то гадость, и Сузи вся на­пряглась. Но он вытер лицо, извинился и пожало­вался, что у него из-за жары голова раскалывается и все такое. Я предложила ему таблетку – наверно, это тоже было глупо: когда занимаешься таким бизнесом, как Луи, наверняка имеешь рее необходи­мое, чтобы унять боль. Но он не рассердился, а про­сто сказал, что постарается заснуть.

– Вы видели его после того случая?

– Не видела, но слышала вчера утром. Я спала и проснулась оттого, что Луи колотил в дверь управ­ляющего и кричал, чтобы тот установил кондицио­нер. Он ругался на чем свет стоит – никогда от него такого не слышала, – но управляющий не открыл дверь. Тогда Луи поднялся к себе, хотя обычно по утрам выходит на улицу.

– Он поднялся в свою квартиру после попытки попасть к управляющему?

– Да, и это довольно странно. Луи всегда был очень дисциплинированным во всем, что касалось работы. Не думаю, что он вчера вообще выходил из дому. А когда я одевалась, то услышала крики и гро­хот наверху. Я выглянула на секунду и увидела, что молодой красивый коп бежит по лестнице. Тогда я спряталась в стенном шкафу. Коп кричал, чтобы кто-нибудь позвонил девять-один-один. Конечно, мне надо было это сделать, но я очень испугалась и все такое.

– Значит, вы слышали, как полицейский про­сил вызвать подкрепление?

– Да, – кивнула Рини. – Мне жаль, что я ему не помогла, но я думала, что это сделает кто-нибудь другой. Хотя вряд ли это что-нибудь бы изменило – все произошло очень быстро. Тот коп побежал на­верх, когда все в доме попрятались по углам. Если увидите его, то передайте ему, что он настоящий герой и мне стыдно, что я ему не помогла.

– Обязательно передам, – пообещала Ева.

Ева решила явиться к майору Уитни с устным рапортом. Ей пришлось подольститься к секретар­ше, чтобы та выкроила для нее пятиминутное окно у своего шефа.

– Спасибо, что нашли для меня время, майор.

– Я для всех находил бы время, если бы мой день состоял из сорока восьми часов. Пожалуйста, побыстрее, лейтенант.

Говоря это, Уитни продолжал читать данные на экране компьютера. Его профиль казался камен­ным. Массивная фигура была под стать его столь же массивному, а также непререкаемому, авторитету.

– Это касается инцидента с участием полицей­ского Трухарта, сэр. Я собрала дополнительные данные, свидетельствующие, что напавший на него человек страдал заболеванием, которое явилось причиной его смерти. Медэксперт Моррис еще проводит тесты, но он заявил, что, судя по его состоя­нию, он и так должен был умереть в течение часа.

– Моррис уже сообщил мне об этом. У вас пре­данные друзья, Даллас.

– Трухарт уже прошел тестирование, сэр, и ре­зультаты должны быть к утру. Я подумала, что мож­но было бы отложить вмешательство БВД. Ведь не исключено, что такое вмешательство вообще не по­надобится.

Уитни повернулся к ней.

– У вас есть причины полагать, лейтенант, что стандартное расследование, проводимое БВД, бро­сит какую-то тень на действия, предпринятые этим полицейским?

– Нет, майор.

– Тогда пусть все идет своим чередом. Пускай парень сам постоит за себя. Это пойдет ему на пользу. Чувствовать вашу поддержку – это одно, а пря­таться за вашей спиной – совсем другое.

– Я вовсе не пытаюсь… – Ева оборвала фразу, поняв, что противоречит сама себе. – Позвольте го­ворить откровенно, майор.

– Пожалуйста, только покороче.

– Я чувствую определенную ответственность, так как сама перевела Трухарта в Главное управле­ние. Несколько месяцев тому назад он серьезно по­страдал во время одной из моих операций. Трухарт всегда в точности выполняет приказы, и мужества ему не занимать. Но он еще очень молод, и кожа не­достаточно огрубела. Я не хочу, чтобы он получил больше ударов, чем заслуживает.

– Если он не в состоянии держать удары, то пусть лучше узнает это сразу.

– Согласна. Но если у нападавшего действи­тельно было заболевание, приведшее его к смерти, можно избежать месячного отстранения Трухарта от службы. Вы ведь знаете, майор, какую душевную травму может причинить эта процедура. Трухарт от­кликнулся на призыв о помощи, без колебаний под­вергнув себя опасности.