в Москву, но поездка была отложена ввиду его заболевания сыпным тифом, и в Москве я должен был представлен Красину или его заместителю в первых числах апреля. После чего я должен был возвратиться в Киев с докладом о результате нашей поездки и убыть вместе со Щепкиным в Германию через Москву» [10, л. 15]. Таким образом, можно с уверенностью говорить о том, что до июля 1920 года жизнь семьи была, пусть и нервной, напряженной из-за бесконечной смены властей, но, во всяком случае, обеспеченной. После же национализации фирмы, переезда из семикомнатной квартиры на Крещатике в трехкомнатную квартиру по ул. Житомирской, 10, двух арестов Самоила (об этом далее), наконец, его унизительной «службы» в электрическом отделе Комунхоза, жизнь семьи в корне изменилась. Неоднократные обыски, видимо, «вымели» все признаки благополучия семьи. Надо полагать, что забрали действительно все. Свидетельством этому может служить донесение сотрудника Киевского ЧК некоего М. Солодухина. Приводим его в оригинальной орфографии автора:
«Заведующему Оперативной Части КГЧК
Донесение20/ІІІ.1921
Доношу что по ордиру № 870 Мной призведин обыск по Большой Житомирской в доме № 10 кв. 9 в гр. Горовица при обыске ничиво ниобноружино но грож. Горовиц ористован и доставлин в КГЧК
Сотрудник Оперативной Части М. Солодухин» [10, л. 7].
Незадолго перед своей смертью Владимир Горовиц так передавал свои ощущения об этом времени: «Мой отец был сломлен. Как белка, он собирал еду. Это было намного ужаснее, чем я сейчас могу рассказать» [47, p. 12].
Арест произошел 20 марта 1921 года, о чем свидетельствует и предыдущий документ, и ордер на арест, хранящийся в деле:
«Копия треб. 290 осн. 156 20/ІІІ.21 г.
Выписать ордер на обыск и арест С. Е. (так в оригинале. — Ю. З.) Горовица (инженер) прожив. По Б-Житомирской 10 кв 9.
20/ІІІ. А. Розанов
С подлинным верно Подпись 24/ІІІ.21 г.» [10, л. 3].
Интересно, что Самоила Горовица после первого же допроса отпускают под подписку о невыезде:
«Постановление
20/ІІІ 1921.
Я дежурный следователь Киев. Губ. Чрезв. Комиссии по борьбе с контрреволюцией, бандитизмом, спекуляцией и преступлениями по должности, опросив гражданина Горовица Самоила по обв.: (ничего не написано. — Ю. З.)
арестованного Губчека по ордеру № 870 нахожу нужным освободить под подписку о невыезде
Деж. Следователь Маркин» [10, л. 9].
Могут быть два объяснения такой «гуманности» большевиков: либо к 1921 году ЧК в Киеве еще не были столь кровавыми как в последующие годы, либо, что более вероятно, С. И. Горовиц был настолько крупным специалистом и обладал таким весомым авторитетом в городе, что «соввласть» очень нуждалась в нем. Последнее подтверждается и приведенными далее фактами.
Самоил Горовиц вызывался на допросы еще три раза: 24 и 29 марта, и 9 апреля.
Ответы С. И. Горовица на вопросы следователя позволяют заключить, что арест 1921 г. был не первым, а третьим в эти смутные времена. Оказывается, Самоил Горовиц был арестован контрразведкой А. Деникина по обвинению в содействии большевикам. Это произошло осенью 1919 года[68]: «После ухода соввласти вскоре после занятия Киева Деникиным я был арестован контрразведкой по обвинению в сочувствии соввласти выразившегося в моих действиях в Контрибуционной комиссии», — пишет подследственный [10, л. 11].
Затем из «Обоснования дела», то есть выводов следователя мы узнаем, что большевики уже арестовывали Самоила Горовица[69], более того, он был осужден на три года общественных работ (видимо, условно, т. к. продолжал работать) по некоему «Делу Вайнштейна»[70], о котором упоминалось выше: «При чем[71] его умалчивание о том, что он присужден Губревтрибуналом за недонесение попытки шантажа со стороны Вайнштейна, к 3 годам общественных работ (подчеркивание мое. — Ю. З.) без лишения свободы, также не понятна», — недоумевает в этом «Обосновании» следователь.
Наконец, 15 апреля 1921 г. после четырех допросов в ЧК его вновь арестовали! На этот раз ему было предъявлено обвинение, и некоторое время он провел в камере, что видно из следующих документов:
«Секретно-оперативный отдел
Копия требования № 04294 Дежурному следователю
По ордеру 1307 поручено товарищ. Шульц произвести обыск и внезависимости(вписано чернилом. — Ю. З.) арестовать гражданина Горовица Самоила Иоахимовича обвиняющегося
К. Р. и дискритиров. соввласти согласно постановления коллегии С. О. О.
Апреля 15 дня 1921
к делу № 5293» [10, л.22]
«Анкета №
для арестованных и задержанных с зачислением за Ч. К.
Горовиц Самоил Иоахимович
Гражд. УССР
Нац. еврей
Состав семьи:
Жена София 47 л. Дом. хозяйст.
ДочьРигина 22 г. Служащая
СынГригорий 20 л. Служащий
СынВладимир 17 л. Музыкант
В графе привлекался ли…
надпись: По делу Вайнштейна
Предъявленное обвинение: К-Р и дискритированный соввласти
Приметы (карандаш) В. средн. роста. сид. волос на голове. На левой губе бородавка средн. усы, мал. борота» [10, л. 21].
Загадкой, так и неразрешенной, явился приговор! Как уже отмечалось, в «Обосновании дела» следователь подробно перечисляет все «преступления» Самоила Горовица: участие подследственного в «купеческом комитете» при Раде и Гетмане, его председательство в комиссии по самообложению «Военно-промышленного комитета» при А. Деникине, укрывательство делопроизводства комиссии по обложению буржуазии г. Киева чрезвычайным налогом, сокрытие судимости при большевиках et cetera. Наконец, в «Заключении» следователь, он же, как это принято было в ЧК, и обвинитель делает вывод:
«А посему, принимая во внимание
— Его деятельность в организации торгового союза под именем „объединенного купеческого комитета“, который является явным противником и активно борется против соввласти, в противовес пролетарским организациям профсоюзов
— Сокрытие им, Горовицем С. И. ценных документов комиссии по обложению контрибуцией буржуазии гор. Киева для неопределенных целей, что является преступлением по должности
— Умалчивание о его судимости Губревтрибуналом к 3 годам общественных работ без лишения свободы, а потому считаю гр. Горовица виновным
— как явно противника Соввласти
— в преступлении по должности
— в ложных показаниях.
Полагаю гр. Горовица Самоила Иоахимовича условно заключить в концлагерь на два года без права выезда в течении этого времени из пределов Киева, прикрепить его работать как спеца инженера строителя на предприятие под наблюдением партийного товарища.
Дело следствия прекратить и сдать в архив».
Итак, два года! Более того, в конце документа резолюция «высокого начальства»:
«СОГЛАСЕН
Уполномоченный подпись» (надпись красным карандашом. — Ю. З.)[10, л. 18].
Тем не менее, последний лист «Дела» не оставляет сомнений в том, что С. И. Горовиц был осужден не на два года, как это предлагал следователь и уполномоченный ЧК, а на пять (!) лет:
«Архивное дело следственное № 44194 пересмотрено в соответствии с приказом № 00511 и оставлено для дальнейшего хранения в архиве на основании п.1 перечня Горовиц Самоил Иоахимович 1871 г. р.
осужден на 5 лет ИТИ
Пересмотрел оперуполномоченный
ст. л-т подпись III.1955 г.» [10, л. 39].
И все-таки сомнения по поводу окончательности этого приговора есть. Как указывает друг Владимира Горовица, скрипач Натан Мильштейн в своих мемуарах, в 1923 году С. И. Горовиц выезжал в Москву для организации концертов
