Вдруг мимо пронёсся мотоцикл. Каос вздрогнул от неожиданности. И тут вспомнил, что идёт к Эве и что нельзя вот так целый день стоять тут и любоваться водопадом. Он пошёл дальше, но уже не гигантскими шагами, а обычными. По тротуару спешили прохожие. Старуха с большой сумкой, похожей на мешок с ручкой, видимо, отправилась за покупками, может, за овощами. Мешок был небольшой, Каоса в такой не посадишь, но всё-таки он покосился на него с опаской и решил поскорее пройти мимо. Но женщина остановилась и спросила:
– Ты в школу торопишься?
– Нет.
– Так я и думала. Наверное, только на следующий год пойдёшь?
– Да! – крикнул Каос, он уже порядком успел пройти вперёд. Женщина оказалась вполне добродушной, шла себе, помахивая сумкой, – такую нечего бояться. Каос хотел было вернуться и поболтать с ней немного, но потом передумал и пошёл дальше.
Вдруг из переулка вынырнули двое мальчишек. Они были старше Каоса, наверняка школьники. За спинами у них были ранцы. Они держали руки под лямками и шли вприпрыжку, так что и ранцы тоже слегка подпрыгивали. Несколько раз мальчишки принимались толкаться. От встречи с такими ничего хорошего не жди, подумал Каос и огляделся вокруг. Вдоль дороги было много домов, но ни одного магазина. Жаль, он мог бы сделать вид, что ему надо что-то купить, и зайти внутрь.
У одних домов были заборы и запертые калитки, у других только живая изгородь – можно было просто зайти. Каос недолго раздумывал, он прошмыгнул за первую попавшуюся изгородь и затаился: хотел переждать, пока пройдут школьники. Ждать пришлось долго, но вот их голоса стали приближаться. Один мальчишка пнул лежавший на дороге каштан, он прокатился мимо того места, где прятался Каос.
– Я вчера от нечего делать решил на десять задач больше, чем было задано, – сказал один.
– А мы с отцом ходили на футбол. Какой классный там был голкипер! – похвастался другой и снова ударил по каштану.
Мальчишки пошли дальше. Каос встал в полный рост, сердце у него всё ещё тревожно билось. Ну и приключение!
– Что это ты делаешь за моей изгородью? – услышал он чей-то голос. – Я уже давно слежу за тобой.
Каос обернулся и увидел в открытом окне мужчину.
– Я просто спрятался от этих двух мальчишек, – сказал Каос, и это была чистая правда.
– Они что, тебя обижали?
– Нет, но… – Он не знал, как объяснить, что испугался, потому что мальчишки шли и толкали друг дружку.
Но мужчина, кажется, и сам догадался, он вздохнул и сказал:
– Да, непросто быть маленьким. Куда ты идёшь?
– К моей дневной маме.
– Ну, хорошего тебе дня! – пожелал мужчина и закрыл окно.
Каос пошёл дальше. Вдруг из калитки выскочила собака и хотела было перебежать тротуар, но передумала и повернула обратно. Каос замер на месте. Из дома вышла дама, и собака принялась с лаем скакать вокруг неё. Это она так радуется, что её выпустили на прогулку, догадался Каос.
Женщина и собака направились в сторону Каоса. А вдруг пёс и на него бросится? Такому здоровенному ничего не стоит сбить его с ног. Но – нет. Каос услыхал, как дама сказала: «На место! К ноге!» И надо же, собака этому даже обрадовалась, посмотрела на хозяйку и, казалось, улыбнулась, а потом послушно и спокойно пошла рядом, словно ей и не хотелось вовсе поскакать да порезвиться. Когда они прошли мимо, дама сказала:
– А теперь можешь снова немного побегать, Батти.
И та с радостным лаем рванула вперёд.
Каос вспомнил про собаку, которую видел однажды, когда ехал на маленьком голубом автобусе. Она была очень большая. Каос вообразил тогда, будто это его собака, что это он сидит с ней в автобусе и гладит по спине. Будто он везёт её показать дяде и тёте. Дело было зимой. Каос представил, как они катаются вместе на санках. Вот и сейчас ему показалось, что тот пёс снова вместе с ним и что он чуть-чуть похож на Батти. Хозяйка так называла его – Батти. А если собака бежала слишком быстро, то Каос командовал ей: «На место! К ноге! – Но потом говорил: – А теперь можешь чуть-чуть побегать».
Здорово было воображать всё это. Каос не заметил, как дошёл до переулка, который вёл вниз к дому Эвы. Он шагал, высматривая нужный дом, и вдруг увидел в окне Пончика, Олауг и Эву. Они тоже заметили его и принялись ему махать, а Пончик даже запрыгал от радости.
Эва выбежала навстречу:
– Наконец-то! Мы уже собирались идти тебя встречать, уж больно долго тебя не было. Всё хорошо? Ты что, пошёл кружным путём?
– Нет. Всё в порядке.
– Твоя мама позвонила мне сразу, как пришла в аптеку, и предупредила, что ты идёшь один. А уже столько времени прошло, так что мы стали волноваться. Ну, рассказывай, что с тобой приключилось по дороге?
– Сперва я немножко поиграл с водопадом. А потом проехал мотоцикл.
– Он что, сбил тебя? – испугалась Эва.
– Нет, просто мотор у него очень громкий. А ещё я видел старую колдунью с мешком.
– По правде? – испугалась Олауг.
– Ну, на самом деле это была просто тётенька с большой сумкой. Потом я встретил школьников, которые дрались, но понарошку, они были здоровенные как большие козлы и пихали друг дружку.
– Тебя тоже толкнули? – строго спросила Эва.
– Нет, я спрятался.
– Понятно.
– После этого я встретил собаку, она бежала как угорелая и лаяла – гав-гав-гав.
– Ты испугался?
– Только чуть-чуть, она же просто радовалась, что её взяли на прогулку. Хозяйка приказала ей: «На место!» – и она послушно потрусила рядом. А когда мы пойдём встречать Бьёрнара?
– Завтра, – ответила Эва. – Сегодня его пригласил в гости одноклассник. После уроков. А вы, наверное, уже давно хотите погулять?
Теперь, когда Бьёрнара с ними не было, им приходилось самим придумывать, во что играть. Иногда игру придумывала Олауг, а иногда – Пончик, но чаще всего – Каос. Сегодня они решили сыграть в то, как Каос один шёл по городу.
– Сейчас ты, Каос, как будто смотришь на водопад, – объясняла Олауг. – А ты, Пончик, едешь на мотоцикле. Просто беги мимо и кричи: друм-друм-друм!
У Пончика это здорово получилось. Ему так понравилось, что он потом ещё долго представлял себя мотоциклом.
– А теперь я буду старухой с большой сумкой, – сказала Олауг. – Здравствуй, дружочек, ты что, один идёшь куда-то?
– Спроси, учусь ли я в школе, – подсказал Каос.
– А ты в школе учишься? – повторила Олауг.
– Да, – ответил Каос, он решил на этот раз не объяснять, что начнёт учёбу лишь в следующем году.
– А теперь мы будем теми школьниками, которые дрались понарошку, – сказала Олауг и стала толкать и пихать Каоса, а он – её в ответ.
Но тут Пончику надоело быть мотоциклом.
– Прекратите драться! – потребовал он.
– Да мы так просто играем, – объяснила Олауг. – А хочешь, Пончик, ты теперь будешь той большой собакой, которая радовалась, что её выпустили на прогулку? Мы с Каосом поведём тебя на поводке.
Она взяла свой пояс и завязала поверх комбинезона Пончика.
– Мы станем тебя гладить, а ты говори – гав-гав-гав, – подсказал Каос. – Потом я скомандую: «На место! К ноге!» – и ты пойдёшь рядом со мной. Можешь даже немножко улыбаться.
Из Пончика вышла отличная собака, им так понравилось с ней играть, что время пролетело незаметно. Но вот пришла Эва и сказала:
– Пора обедать.
– А ты сегодня провожала Бьёрнара в школу? – спросил Каос.
– И да и нет, – ответила Эва.
Каос озадаченно посмотрел на неё, и Пончик и Олауг тоже.
– Мы решили делать иначе, – объяснила Эва. – В первый месяц учёбы я каждый день провожала Бьёрнара в школу. Но теперь он понял, что может доехать на кресле сам, нашёл места, где есть съезды с тротуара и нет высоких бордюров. Так что теперь мы поступаем так: он сам выезжает на улицу, а я иду за ним на расстоянии, и мы делаем вид, что не знаем друг друга.
– Зачем? – удивилась Олауг.
– Потому что Бьёрнар хочет всё делать сам, чтобы его одноклассники видели, что он самостоятельно добирается до школы и сам въезжает в ворота.
– Понятно, – кивнул Каос. «Одноклассники» – это было для него новое слово. Может, они встретятся с ними завтра?
Нечего бояться
На следующее утро Каос отправился к Эве не один. Но он поступил так, как Бьёрнар: пошёл впереди мамы, как будто бы сам по себе. Одно только было досадно: он не увидел по дороге ни той женщины с большой сумкой, ни школьников, ни собаки. Вот если бы они повстречались ему снова! Он бы не испугался, даже тех мальчишек!
Дойдя до перекрёстка, откуда начиналась улочка, что вела к дому Эвы, Каос остановился и подождал маму.
– Хорошо, что ты учишься ходить самостоятельно, – похвалила она. – Жаль только, что мы теперь не можем разговаривать по дороге, как прежде.
