Читаем без скачивания Нелегал - Павел Барчук

восторг и вселенское счастье. Будто мы не виделись сто лет. Но главное, она настолько показушно это сделала, что бедный Станиславский перевернулся в гробу, наверное. Хотелось крикнуть не то самое «не верю», а более подходящее ситуации «да ну на хрен»

Лиличка спустилась со сцены…хотя, нет. Не спустилась. Сбежала. Красиво, театрально, раскинув руки в стороны. Она буквально летела мне навстречу.

— Ты ведь должен быть на работе! Неужели ради меня бросил все? Ты — такой важный человек. Серьёзный человек. Но ради встречи со мной пошел на эту удивительную жертву. Максим! — Выкрикнула она на бегу.

— Сам в шоке. — Пробормотал я себе под нос, искренне желая блондинке споткнуться на ходу и убиться к чёртовой матери. Бесит она меня ужасно. Но сейчас без помощи актрисы не обойтись. К сожалению…

Лиличка повисла у меня на шее, при этом не забывая периодически подглядывать в сторону коллег, которые толпились на сцене. Они смотрели на нас с интересом. Особенно женщины. Некоторые, так понимаю, меня уже знали в лицо.

— Ну, что ты, милая, какая работа, если по тебе соскучился. Идём, посекретничать нужно.

— Посекретничать? О чем? — Лиличка моментально напряглась.

Внешне это не особо было заметно, но я почувствовал реакцию на мои слова по ее телу. Оно просто в этот момент практически слилом с моим. Сложно не почувствовать в такой ситуации.

— О любви, милая. О нашей большой и чистой любви.

Я подхватил актрису под локоток и потащил ее в дальний угол зала. Она не сопротивлялась открыто, конечно, это было бы совсем странно, но от моего напора немного оторопела. Поэтому начала причитать о необходимости вернуться к репетиции. О том, как все это неуместно и неудобно. Люди смотрят, все дела. Я чуть не заржал в голос. Конечно, смотрят, сама же устроила перед ними свой личный спектакль.

— Ничего страшного, продолжат без тебя. Я слишком сильно скучал. — Решил, хрен там. Надо поговорить, значит, мы поговорим.

— О чем посекретничать Максим? — Шипела блондинка, пока я продолжал тянуть ее подальше от сцены.

— Так! Товарищи! Не отвлекаемся. Попрошу всех вернуться к тексту!

Мужик, в странного цвета рубашке и платке, повязанном на шею, который сидел на первом ряду, вскочил, наконец, с кресла и теперь метался перед остальными актерами, требуя внимания. Сначала он, наверное, ожидал, что ситуация рассосется сама собой, а сейчас понял, нет, не рассосется. Нужно брать все в свои руки.

Куда там! Членам трупы гораздо интереснее было выяснить, что же такое происходит у блондинки.

— Иди сюда. Срочный разговор. — Я вообще наплевал на приличия и свидетелей. Ничего страшного. Переживут. Пусть думают, что у нас такая нереальная страсть.

Когда оказались возле самого последнего ряда, подпихнул Лиличку к зрительским местам.

— Присядь, милая. Обсудим кое-что.

Актриса перестала упираться. Наверное, решила, одно дело, если главную роль играет она, и совсем другое, когда приходится подчиняться обстоятельствам. Прошла почти до середины ряда и уселась в кресло, красиво, бочком, поставив ноги. Руки сложила на коленях. Я пристроился рядом.

— Так… Говорим по делу и быстро. У меня проблема. Большая. Споткнулся, упал, ударился головой. Вот так, если вкратце.Теперь — провалы в памяти. Половину всего не помню. По роковому стечению обстоятельств, самую важную половину. Чтоб ты понимала сложность обстоятельств, тебя не помню в том числе. Это случилось вечером. Несколько дней назад. После того, как приходил к тебе в театр с цветами, а ты меня выпроводила. В день приезда. Так что, ситуация серьезная. Откладывать ее или скрывать больше не могу. Нужна твоя помощь.

Я замолчал и уставился на блондинку. Лиличка тоже смотрела на меня, но с выражением лица, которое можно определить, как недоверие, сомнение, ирония. Причем эти три характеристики сменяли друг друга очень быстро. Блондинка пыталась сложить одно к другому и у нее не складывалось. Она явно считала, я вру.

— Почему не сказал сразу? Почему столько дней молчал? Если это, конечно, правда. То, что ты сейчас сообщил.

Естественно, ждал именно такого вопроса от нее. Готовился к нему. Потому что любой на месте Лилички спросил бы то же самое. И я, кстати, в том числе.

Вообще, единственный вариант, родившийся в голове — это история про несчастный случай. Нелепая, да. Но других не имелось. В принципе, не так уж далеко от правды. Несчастный случай на самом деле имел место быть, только выглядел он иначе и последствия имел совсем другие. Но знать об этом Лиличке нельзя. А никак по-другому жизненно необходимые вопросы не задать. Жизненно необходимые, естественно, для меня. Хотя… Уже не в чем не уверен. Поэтому пришел к выводу, иногда можно извлечь пользу даже из тупой истории. Умных историй нет. С самого начала как-то не задалось с умными историями.

Я должен преподнести все так, будто не помню бо́льшую часть своего прошлого. Ту, которая касается конкретно моего задания. Потому что, если с Комаровой ситуация прояснилась, то с прошлым самого Беляева и тем более с его будущим, просто полная задница.

— Думал, это состояние –временно. Надеялся, что все пройдет. Послушай, милая, если ты хорошо подумаешь, то сообразишь, я вел себя странно. Когда ты пришла на следующий день. Ну? Помнишь? Помнишь, как я удивился твоему появлению? И потом тоже.

Актриса слегка нахмурилась, продолжая меня гипнотизировать внимательным взглядом.

— Странно? Возможно…На себя ты точно был не похож. И связался с никчемной девкой. Тоже удивительно, конечно…

— Вот видишь! Просто я утром проснулся и обалдел. Часть информации на месте, а часть стерлась к чертям. Так бывает. Временная амнезия. Представляешь, насколько это серьезно и опасно в нашем случае?

— Вот черт… — Лиличка, наконец, перестала разыгрывать из себя ди́ву и прониклась моими словами.

— Я о том же. Милая, все дело в этом. Только в этом. А вчера ты сказала о… — Я посмотрел в сторону сцены, — Сама знаешь, о чем. И я всю ночь был на нервах. Пытался найти решение проблемы. Но без тебя не вышло.

Факт важности ее персоны Лиличку вдохновил. Она заметно подобрела.

— Ладно, хорошо. Допустим, говоришь сейчас правду. Что конкретно ты помнишь? Хоть что-то помнишь? — Блондинка стала собранной.

Ситуация действительно напряжная, это понятно. Если моя новость не шутка и не попытка таким образом соскочить с предстоящего мероприятия, то я бы на ее месте тоже начал переживать за последствия.

— Ну…помню о себе. О том, откуда сам…

Снова посмотрел на сцену. Разговор у нас, конечно, не самый подходящий для этого места. Однако, выяснить детали и подробности будущего задания необходимо, как можно быстрее.

— Слушай… плохая затея — обсуждать все это здесь. Давай, так. Сегодня вечером встретимся. Это же нормально, правда? — Лиличка заглянула мне в глаза. — Мы ведь любим друг друга. Ты увлечен мной сильно. Тоже не помнишь? Поэтому связался с этой…с этой девкой? Просто забыл. Да? Но теперь, когда ты признался, мы сможем все наладить.

Я мысленно усмехнулся и поаплодировал блондинке. Молодец, Лиличка. Просто молодец. Решила под шумок впарить мне версию, что я был в нее безумно влюблён. Хотя, это точно не так.

Я, может, пока не полную версию предыдущей жизни Максима Сергеевича вспомнил, но тем не менее, знаю наверняка, врет наглейшим образом блондинистая нимфа. Потом что, например, рядом с Комаровой во мне просыпаются эмоции, которые Беляев испытывал к Александре Сергеевне. Не все, конечно и не в такой степени, как у него, однако, я уверен, что ею он несомненно был увлечён. Бесился, раздражался, нервничал, но точно имел определённый интерес. А вот рядом с Лиличкой нет ничего. Вообще. Соответственно, уже по опыту прошлых ситуаций и того, как именно они появлялись, могу сказать наверняка, с актрисой Беляев спал просто так. Не через силу, конечно. Это понятно. Все же, не маленький мальчик. Однако, чувств Максим Сергеевич к Лиличке точно не имел. Совместил приятное с полезным. Скажем так. Тем более, раз легенда у них общая, одна на двоих. Встретились, увлеклись, завязались отношения. Видимо, Беляев был непротив придать этой легенде чпстичку достоверности. Одинокий мужик, можно понять. А мне, так тем более ясны его мотивы.

— Согласен. Просто я решил не тянуть больше с правдой. Сегодня утром пришел на работу и понял, нам надо поговорить. Ситуация явно выходит из-под контроля. Очень не вовремя. Пока буду приходить в себя, могут сложится хреновые обстоятельства

— Милый, тебе надо