Но все это произошло уже позже. А тогда, как уже упоминалось, террастиане были еще только в начале пути.
Следующий шаг разработчиков программы TR-передачи пробудил к ней новую волну интереса. Осуществился посыл в физический вакуум и возврат оттуда комбинаций обладающих массой частиц, а также групп атомов легких элементов.
Каких только терминов в связи с этим не напридумывали неотехнологи: «портаж-преобразование», «VC-трансляция», «паранормальная кинетика», «депространственная модуляция», «тахионная рекомбинация и овердрайв», «гиперлайн-фикшн», «прецидив-трансформ-рекорд», «глоб-тайм-активация»… Снарт конечно же не упустил случая поиздеваться над перлами теоретиков и переиначил все по-своему: «гипер-гав-фикшн», «рецидив-транформ-рекорд», «гроб-тайм-активация»… В общем, полная «TR-канализация»…
Но и в этот раз надежды трансляционщиков не оправдались. Как выяснилось, одни из возвратившихся атомов оказались намного старше возраста вселенной, другим еще не пришел черед родиться. Петля времени управлению не поддавалась. В схеме что-то не сходилось. Ладно еще частицы, атомы, молекулярные комплексы. А как быть с мегатоннами металлов, материалов, руды? Как все это перенести и далее реинтегрировать на новом месте? Анализ показывал, что, несмотря на астрономические затраты, легче по каплям натопить из вакуума необходимые для жизнедеятельности космоцива компоненты, чем перемещать их предлагаемым способом. К тому же оказалось: достигнутая сверхсветовая скорость, это вовсе не то, что принято понимать под гиперскоростью, то есть передвижением не только выше, а многократно выше скорости света. А значит, по-прежнему не поддавались воссозданию условия устойчивости мироздания, при которых, по меркам системного времени, оно не могло до сих пор не разделиться на Фрагменты со своими, только им присущими мерами состояний, взаимодействий и зависимости. От темы вновь отступились…
Подпространство… Сверхскоростная передача… Набор наблюдаемых и «n-мерных» упорядоченных структур… Как во всем этом разобраться? Какой концепции отдать предпочтение?..
Очередное оживление у проводников TR-связи вызвало экспериментальное подтверждение безволновой природы фундаментального поля. Именно это открытие и оказалось впоследствии краеугольным камнем теории инфортации. Безволновая передача — значит потенциально мгновенный переброс сигнала, потому как сам принцип волны уже подразумевает распространение информации со сколь угодно большой, но конечной скоростью и всегда с определенным запаздыванием по отношению к причине эту волну вызвавшей.
Как известно, все новое — это хорошо забытое старое. Еще на заре космонавтики люди предполагали, что наблюдаемая четырехмерная вселенная «плавает» в океане многомерного или другими словами полифазного инфинитума (чаще, чтобы не забивать голову дурью, называемого просто пятым измерением или подпространством), а частицы, из которых сложено вещество, тяготеют к поверхности, отделяющей континуум от этого многомериума.
В последующем появились подтверждения тому, что вакуум — это некое подобие квантовой жидкости, сверхтекучей, несжимаемой, потому и не мешающей движению погруженных в нее тел. А универсум — лишь следствие возбуждения вакуумной под — или предосновы. Что-то вроде заполняющего пространство и в разных видах реализующегося в нем продукта отработки волн динамического эфира или попросту говоря квантконденсатная «пена». В свете новых данных о строении подпространственного проклада появились сверхскоростные аппараты, способные помимо реверс-маневров оказывать воздействие на вакуумные точки. Но опять же они оказывались либо чрезмерно громоздкими, либо излишне энергоемкими. Выработка топлива для TR-установок едва не ввергла в ступор экономику космоцива. Намечаемый к производству анамезон так и остался той кистью винограда, которую с таким вожделением хотела заполучить лиса из известной басни. Мало того, что никто толком не знал, как удержать его от распада, а тем более накопить в макроколичествах, так еще и неизвестно было как и где искать этот продукт в пределах освоенного космоса. Сверхоткосы внеконтинуального запределья и трансформационные закрути парадоксальной физики снова оказались недоступны инфант-сознанию. Посылы бесчисленных программ раз за разом проваливались в тартарары, а если и возвращались, то в таком несообразии, что даже самих авторов разработок брала оторопь.
Вместе с тем, число желающих повариться в «вакуумном бульоне» возрастало с каждым циклом. По мере того как взрослел космоцив, менялось и отношение к альтернативе континуального отражения мира. Со временем пришло понимание, что вакуум, независимо от меры наполнения континуума веществом, присутствует повсюду и может быть обнаружен в любой точке пространства на уровне суб-межъядерных расстояний. Отсюда, с позиций классической физики, стало объяснимым и такое понятие как многомерность. В любом месте пространства, сопоставимом с размерами инстантонов* (*Инстантоны — спонтанно возникающие в вакууме частицеподобные образования с мнимым временем), можно войти в латентную материю и выйти из нее. Главное, знать как сориентироваться в «пране» и не угодить в безмериум. При этом надо суметь преодолеть действующие на сверхмалых расстояниях электростатические силы, понять как распространяется в квантовом конденсате присущий только конкретной структуре информаген и как он «растянут» по меркам системного времени. Но опять же, по состоянию дел на тот период реализовать это должным образом никому не удалось.
Как ни странно, но следующий толчок в разработке темы перемещения материи без затрат времени дали биологи. Доказательство существования волнового генома биоструктур заставило по-новому взглянуть на затасканные до безобразия положения теории информационных полей. Как оказалось, любая материальная сущность, а прежде всего биологическая, есть проявление изначально сформировавшегося в природе дуализма, то есть одновременное нахождение этой сущности в двух фазах: вещество — поле. Об этом давно говорили, но не более. У одних (следствие фантомной боли) годами болели ампутированные конечности и удаленные органы, у других ныли давно вырванные зубы. Волновой геном намного дольше сохранял память об объекте и не соответствовал ни конфигурации генома биологического, ни полевой оторочке косного вещества. Человек невзрачной внешности мог оказаться гением, а писанный красавец — полным идиотом.
Открытие волногена и придание ему статуса материальной сущности в какой-то мере примирило науку и религию, хотя в определения «волноген», «душа», «дух» каждая сторона вкладывала разный смысл. Сходились в одном: под душой теперь понимали сгусток электромагнитного поля, EM-солитон (иными словами, характеризующий каждого человека особый вид информагена), сформированный определенным способом. И так же, как живая материя, душа характеризуется свойственной ей частотой вибраций и набором ряда физико-химических характеристик, включая способность к записи и хранению информации. В отличие от присущего всему живому биополя и свойственного косным объектам информагена, душа есть только у человека или иного носителя Разума. И поскольку душа является составной частью биополя, она оказывает на организм воздействие: изменяет скорость и регулирует протекающие в теле физ-химические процессы. И все! Никаких особых видов полей. И не обязательно поле души должно быть сильным. Просто оно закодировано природой особым, пока не поддающимся расшифровке способом… Правда, что касается «духа», то церковь по-прежнему считала духовное ниспосланим божьим, соглашаясь при этом, что душевное (в отличие от духовного), обходит Бога и тянется к тому, что Бог не дает от рождения: знаниям, совершенствованию, мастерству.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
