Усевшись за стол, Стивен взял колоду карт и начал внимательно их изучать. Глаза Патриции весело блеснули.
— Уверяю вас, капитан Керкленд, карты не крапленые.
— Я всего лишь хочу убедиться, что на них есть государственное клеймо, — насмешливо сказал он. — Карты импортные, и мне не хотелось бы, чтобы результат нашей игры был объявлен недействительным из-за нарушения закона.
— Не беспокойтесь, капитан Керкленд, за карты, которыми мы пользуемся, уплачена ввозная пошлина. — Патриция весело улыбнулась. — Не думала, что, учитывая характер вашей деятельности, вы столь щепетильны в отношении уплаты налогов.
Глаза Стивена удивленно расширились.
— Вы заблуждаетесь, мадам Фэрчайлд. Я не против уплаты налогов вообще. Я лишь возражаю против несправедливых поборов.
— Мне кажется, вы считаете несправедливыми любые сборы, установленные британскими властями, — заметила она. Стивен добродушно усмехнулся.
— Я из Виргинии, мадам. У нас, виргинцев, есть собственная законодательная власть с 1619 года. Наш парламент является старейшим органом самоуправления в колониях. — Он твердо продолжал: — Я признаю только это правительство и охотно плачу ему налоги.
— Ваши слова пахнут изменой, капитан, — осторожно заметил Чарлз Рирдон. «Проклятие! Эти чертовы борцы за независимость ни в грош не ставят короля!» Однако он нуждается в этом человеке, и сейчас не время спорить с ним о политике.
— Измена? Кому, мистер Рирдон? Моя верность Виргинии ни у кого не вызывает сомнений. Кажется, скорее вы, бостонцы, страдаете от того, что не можете окончательно определиться, каким властям быть верными.
Чарлз нервно засмеялся и бросил умоляющий взгляд на Патрицию, которая молча слушала их препирательства. Стивен Керкленд совсем не глуп, подумала она. Чарлз напрасно полагает, что сможет легко обмануть капитана и переправить ее с ним в Виргинию. Он очень осторожен и не намерен рисковать своей свободой только ради того, чтобы завоевать ее симпатию.
Патриция начала тасовать карты.
— Сыграешь, Чарлз?
— Пожалуй, нет, — ответил он, испытав облегчение от того, что сменилась тема разговора.
Патриция обратилась к Стивену со сдержанной улыбкой:
— С каких ставок вы хотели бы начать, капитан Керкленд?
Стивен посмотрел на нее, прищурившись.
— Кажется, в прошлый раз вы упомянули о высоких ставках, миледи.
Патриция вопросительно вскинула брови.
— Но как высоки они должны быть по-вашему, капитан? — Она насмешливо взглянула на Рирдона. — Должна сказать, что меня и Чарлза не интересует ваша старая усадьба в Виргинии.
— О, я уверен, до нее дело не дойдет. — Глаза Стивена весело блеснули. — Видите ли, я не собираюсь проигрывать, и меня, в свою очередь, интересует, какова будет ваша ставка в этой игре.
— Меня восхищает ваша уверенность, капитан. Может быть, ограничимся пятью тысячами фунтов? — решительно предложила она.
Стивен улыбнулся:
— У меня другое предложение, Патриция.
Она посмотрела ему в глаза через стол.
— Какое же?
— Ночь, проведенная вместе.
Патриция скрыла свое негодование за внешним бесстрастием.
— Это весьма дерзкое предложение! Но мне непонятны условия, капитан. Вы полагаете, что я должна играть ради удовольствия провести ночь с вами, а вы — ради удовольствия провести ночь со мной?
Стивен усмехнулся:
— Все очень просто, Патриция. Если вы проиграете, то должны будете провести ночь со мной.
— А если выиграю, капитан?
— Назовите свои условия, — коротко ответил он. Его темные глаза были непроницаемы.
— Мне крайне необходимо как можно скорее попасть в Виргинию, и я знаю, что завтра вы туда отплываете на своем судне.
— Вас ввели в заблуждение, миледи. Вам должно быть известно, что бостонская гавань закрыта для всех кораблей, кроме британских, и было бы преступлением нарушить этот закон.
Патриция согласно кивнула.
— Хорошо, капитан. Тогда я скажу по-другому. Я хочу, чтобы вы обеспечили мне место на любом корабле, отправляющемся завтра в Виргинию.
— Я незнаком с расписанием, миледи, и потому не могу гарантировать выполнение этого условия.
— О, думаю, сможете, капитан, — сказала Патриция. Стивен на несколько секунд задумался.
— Так, значит, если я правильно вас понял, вы согласны провести со мной ночь в случае моего выигрыша, а в случае проигрыша я должен обеспечить вам место на каком-нибудь корабле, отходящем в Виргинию?
Патриция устремила на Чарлза тревожный взгляд. Настал решительный момент. Рирдон достал из кармана носовой платок и вытер вспотевший лоб. Ему было стыдно смотреть ей в глаза. Он не предвидел такого поворота событий. Он не ожидал, что этот наглец может сделать такое возмутительное предложение. Чарлз повернулся к ним спиной и, быстро налив себе стаканчик виски у буфета, нервно проглотил спиртное одним глотком.
Патриция молчала, надеясь, что Чарлз подаст ей знак, освобождающий ее от данного ему обещания. Когда же тот предательски повернулся спиной, она поняла, что ее надежды напрасны и придется принять ужасные условия игры.
Стивен Керкленд был неглуп. Он давно понял, что Рирдон умышленно вовлекает его в игру. Стивен мысленно вернулся к встрече, которая состоялась час назад на втором этаже кирпичной таверны на Юнион-стрит. Там присутствовали многие известные виги, члены организации «Сыны свободы», выступающие за независимость американских колоний.
Чарлза Рирдона давно подозревали как британского шпиона в связи с его явным интересом к передвижениям Стивена Керкленда, и члены организации убедили того продолжить общение с англичанином, чтобы узнать, какую цель тот преследует.
Заметив неистовый взгляд Патриции, устремленный на своего делового партнера, Стивен понял, что она действовала не по собственному желанию, а по указке Рирдона. Эта мысль уязвила его самолюбие. До этого момента он не предполагал, что Рирдон его обманул, заставив поверить, что Патриция добровольно помогала ему осуществить свой план. Неужели Рирдон настолько ей дорог, что она готова пожертвовать ради него даже своей честью? Что ж, она сполна за это заплатит.
— Я еще раньше вас предупреждал, Патриция, что всегда играю только по-крупному. Жду вашего ответа, миледи, — холодно произнес он.
Патриция какое-то мгновение колебалась, затем с решительным видом подвинула колоду карт на середину стола.
— Может быть, приступим к делу, капитан?
Она не подняла головы на звук закрывающейся двери, когда Чарлз Рирдон поспешно покинул комнату.
Глава 6
Казалось, результат игры был предопределен с самого начала. Госпожа Удача прочно обосновалась на стороне Керкленда. Патриция храбро сражалась, но он в каждой партии неизбежно выходил победителем.
