к фашистам. Тяжелые испытания выпали на его долю — унижения, оскорбления человеческого достоинства, страшная жизнь в концентрационных лагерях. Но все это не сломило воли Владимира Афанасьевича, не погасило в нем беспредельной любви к Родине. Ему невыносимо было находиться в плену в то время, когда товарищи вели бои за свободу Отчизны. Шесть раз он бежал из плена. Пять раз ело ловили. Шестой побег оказался удачным. Проломив пол вагона, в котором их везли, пленники на ходу выбросились на полотно железной дороги. С большими трудностями добрался Кузько до партизан. Он стал командиром подрывной группы одного из партизанских отрядов, действовавшего в Ленинградской области. В прошлом году по приглашению школьников он выезжал в места, где партизанил когда-то.
Сейчас Владимир Афанасьевич — член местного комитета, шофер-отличник. Кузько не может равнодушно смотреть, как какой-нибудь лихач-шофер калечит людей, за жизнь которых он, бывший партизан, самоотверженно дрался с врагами. И поэтому Владимир Афанасьевич — один из активнейших членов совета общественных автоинспекторов.
В состав совета входят коммунисты бригадир В. Скок и шофер А. Сидоренко, комсомолец Д. Евдокимов и другие. Среди них пять шоферов-отличников.
А кто же общественные автоинспектора? Это лучшие производственники, коммунисты, комсомольцы, бригадиры, профорги, инженерно-технические работники. Тут мы видим депутата горсовета Михаила Ивановича Андронова, секретаря партийной организации шофера Василия Афанасьевича Пономарева, комсорга Виталия Фисуненко, шоферов И. Процкого, Н. Степанова и многих других. Все они отличные производственники, выполняют различные общественные поручения, почти у каждого есть семья. И все-таки они находят время для участия в работе совета.
Требуя соблюдения правил движения автотранспорта от шоферов других организаций, совет особенно строго относится к «своим». Каждые пять дней в пять часов утра выделенная советом комиссия становится у ворот автохозяйства. Начинается тщательная проверка технического состояния выезжающих автомашин. От глаз проверяющих не ускользнет ни малейшая неисправность. Каждая будет отмечена в акте осмотра. А потом…
«22 октября в 11.00 проводится заседание совета общественных автоинспекторов пассажирского автохозяйства. Для разбора дел приглашаются шоферы обеих смен с автомашин №№…
Явка обязательна.
Совет».
Сначала казалось: ну что страшного держать ответ перед таким же шофером, как ты сам? Но первое же заседание показало, что товарищи по работе могут подойти строже, чем работники госавтоинспекции. Ведь от них ничего не скроешь: вся твоя работа перед ними как на ладони. На некоторых, конечно, общественное порицание не действовало. Таким нарушителям совет решил нанести более чувствительный удар — ходатайствовать перед администрацией о лишении нарушителей выплаты им безаварийных. Особенно злостным госавтоинспекция по представлению совета заменила талон № 1 на № 2, или № 2 на № 3. Чем грозит такая замена, хорошо знает любой шофер. Если его вновь задержат за нарушение правил, то по талону узнают, что оно у него уже не первое, и могут лишить прав на управление автомобилем.
Теперь все поняли: совет может не только пожурить, но и наказать.
Такие заседания проводятся почти каждую неделю. И многие водители сейчас благодарны совету за то, что он вовремя помог им исправить ошибки. Некоторые бывшие нарушители после разбора на заседании совета не только исправились, но и сами стали активными общественными автоинспекторами. Так произошло, например, с шоферами Осминкиным, Дергачом и Мищенко.
Казалось бы, частые проверки, задерживающие выезд машин из парка, приведут к снижению производственных показателей. Не видящий далеко вперед администратор встретил бы деятельность совета если не в штыки, то крайне недоброжелательно. К счастью, администрация хозяйства сразу поняла, какую пользу может принести вмешательство общественности в производственные дела. Она стала всемерно поддерживать совет. Результаты превзошли все ожидания. Количество аварий, поломок, задержаний машин госавтоинспекцией стало уменьшаться. Каждый шофер стал теперь постоянно заботиться о хорошем состоянии своей машины. И вот план, который раньше не выполнялся из месяца в месяц, стал выполняться. Сорок четыре водителя получили талоны отличников.
Авторитет совета неизмеримо вырос. Не каждый желающий может стать общественным автоинспектором. Сначала шофер должен пройти месячный кандидатский стаж, во время которого товарищи посмотрят, достоин ли он стать внештатным инспектором ГАИ. А уж коли получил удостоверение инспектора, то с тебя и спрос вдвойне. Чтобы требовать с других — будь образцам сам.
…Десятки машин с табличкой «Общественный автоинспектор» движутся по улицам города. Ими управляют руки мастеров вождения, энтузиастов своей «второй профессии».
«СПОКОЙНАЯ» ДОЛЖНОСТЬ
Писаного закона о привлечении к ответственности за равнодушие нет. Но в обществе, строящем коммунизм, есть и неписаные законы. Один из них гласит: «Не проходи мимо!» Не проходи мимо преступления, не закрывай глаза на нарушение общественного порядка, не отворачивайся от человека, если ему нужна твоя помощь.
Этот неписаный закон, созданный обществом в противовес мещанскому, обывательскому «моя хата с краю», вошел в плоть и кровь миллионов советских людей. Они смотрят на жизнь глазами хозяев и по-хозяйски выметают весь сор, который мешает жить.
Появляется новое отношение к труду и к поддержанию советского правопорядка. Все громче звучит голос бригад коммунистического труда. Возникли добровольные народные дружины, которые состоят из людей, не знающих равнодушия и покоя.
Об одном из скромных, рядовых работников милиции, труд которых так же благороден, как и незаметен, мы хотим рассказать.
…Серая с черными подпалинами овчарка рвалась с поводка. След был не особенно «свежим». Преступники прошли здесь несколько часов назад. Собака горячилась, и даже привыкший к быстрым переходам проводник с трудом поспевал за нею. А чуть позади, не отставая ни на шаг, бежал по заснеженной дороге невысокий, худощавый человек с погонами лейтенанта милиции.
Бежали молча, тяжело дыша. Позади осталось уже больше десяти километров, а поводок по-прежнему был натянут, как струна. Ноги наливались свинцом, пот заливал глаза, кровь стучала в висках. Двенадцатый километр. Неожиданно собака остановилась, заметалась, бросилась вправо, влево и, окончательно потеряв след, подняла на проводника виноватые глаза, будто хотела сказать: «Больше ничего сделать не могу. На меня теперь не рассчитывай». Но сделано было уже немало. Удалось установить, что преступники, ограбившие в селе Чкаловке магазин, сели в этом месте на машину. Через некоторое время их задержали.
Кто же были люди, пробежавшие двенадцать километров, чтобы узнать, куда скрылись воры? Один, как уже говорилось, проводник служебно-розыскной собаки, а второй…
Второй, как ни странно, занимал должность, которая считается в милиции самой спокойной. Это был начальник паспортного стола Чкаловского районного отделения милиции Григорий Леонтьевич Шевчук. Как удивились бы посетители паспортного стола, увидев здесь этого чуть медлительного человека, занимавшегося обычной на их взгляд канцелярской работой — пропиской и выдачей паспортов.
Но ничуть не удивились сослуживцы Григория Леонтьевича, когда он, зная, что оперативные работники заняты другими неотложными делами, сам
