— Я сделаю всё, что в моих силах.
Глядя на ответ Тацуи и поклон Миюки перед их уходом, Мари тихо прошептала:
— Он, наверное, добьётся лучших результатов.
◊ ◊ ◊
Особенность графика работы членов дисциплинарного комитета в том, что нет необходимости каждый день приходить в штаб и докладывать.
Сама Глава чаще всего была в комнате школьного совета.
Поскольку большинство членов были приняты за их боевые навыки, то рабочие и организационные аспекты не являются сильной стороной комитета. А с отсутствием нормального управления сам штаб превратился в зону бедствия.
До событий недели наборов в клубы Тацуя выделялся впечатляющими рабочими навыками. Так что, хотел он этого или нет, это и определило его место в дисциплинарном комитете.
Сегодня несмотря на свой выходной, Тацуя был вызван Мари помочь в написании и приведении в порядок отчетов об инцидентах прошедшей недели. И хотя он был вызван помочь, на самом деле работал только он сам.
Всю эту работу просто свалили на него.
Изначально планировалось использовать время после занятий для просмотра неизданных файлов, находящихся в магических университетах и разрешенных для просмотра в терминалах школьной библиотеке. Но теперь все эти планы покатились к черту.
"В любом случае надо покончить с этими докладами сегодня"
Осознание своей беспомощности не могло прекратить постоянные вздохи Тацуи. Он планировал отключиться от терминала и встретиться с Миюки.
И именно в эту секунду на экране возникло оповещение о входящем сообщении.
Оно содержало школьную эмблему.
Другими словами, это было нечто такое, что ученик не мог проигнорировать. Такие сообщения обычно расходились с заданиями от учителей.
Он не мог его проигнорировать — выпрямившись, Тацуя открыл его.
Имя отправителя — «Оно Харука».
◊ ◊ ◊
— Извини, что так срочно позвала тебя.
— Ничего, у меня не было срочных дел.
В комнате консультаций на улыбку Харуки, свободную от вины и извинений, Тацуя решил ответить просто.
Сказать по правде, такой вызов сильно помешал его планам.
Пусть это было не к спеху, но извинения и отказ от просьбы Мари вели к нагромождению работы.
А когда он сказал Миюки, что сегодня они домой идут раздельно, то, несмотря на её внешнее спокойствие, его уже начинала мучить головная боль от мысли «как ей вернуть хорошее расположение духа».
После всего этого он просто не мог понять, зачем его вызвал школьный консультант.
И Тацуя хотел бы узнать это побыстрее.
— Ну как, ты уже привык к школьной жизни?
"Она ведь не может читать мои мысли?.. нет, это невозможно" — подумал Тацуя, услышав обычный вопрос Харуки.
— Пока нет.
В ответ она услышала довольно нетипичный ответ.
— ...ты столкнулся с некоторыми трудностями?
— Ну, достаточно много неожиданных ситуаций отвлекают меня от учебы.
"Короче, переходи уже к сути разговора и прекращай тратить моё время"
Даже если она не слышала эту реплику, то должна была догадаться по его столь неприветливому поведению. Её искусственная улыбка чуть увеличилась, и она закинула одну ногу на другую.
Под мини-юбкой уже почти были видны ягодицы, скрытые шелковыми чулками.
А для человека, сидящего напротив, обзор был идеальный.
Вообще-то, общепринятые стандарты советуют свести обнажение тела к минимуму.
Поэтому это очень сильно бросалось в глаза, так как обычно женщины носили плотные чулки, скрывающие всё под платьями. А благодаря прогрессу в легкой промышленности, даже ношение их в летнюю жару не вызывало дискомфорта.
Кроме того, она была одета в достаточно открытую блузку, под которой проглядывались бретельки бюстгальтера.
Довольно фривольная одежда для преподавателя на работе.
— ...Что-то не так?
Харука озорно спросила Тацую, подозрительно смотрящего на неё.
Он сразу изменил направление взгляда и ответил бесстрастным голосом:
— С точки зрения современного дресс-кода, вызывающая одежда Оно-сэнсея подобрана немного не к месту.
— П-прошу прощения.
На столь холодный ответ и не менее прохладный взгляд Тацуи, Харука тут же вернулась к обычной позе.
Использовать обольщение оппонента, чтобы захватить инициативу в разговоре — довольно известная тактика. Скорее всего Харука сделала ставку именно на этом. Но только вот этот орешек (Тацуя) оказался ей не по зубам.
Невозможно контролировать его.
Харука поразилась своей неспособностью взять превосходство в беседе.
— Итак, зачем вы меня вызвали?
Пусть он и старался это скрыть, но тень упрека слышалась в его голосе.
"Он что, всё заранее просчитал?" — пролетело в голове Харуки.
Ему было всего лишь 16 лет, и так как она хотела избежать возрастного барьера в разговоре, то заставила себя использовать обольщение, в котором была не сильна. Но в текущих условиях придется отказаться от данной тактики.
Решив это, Харука обратилась к нему снова.
— Я хотела, чтобы Шиба-кун помог нам.
— Помочь вам?
О его интеллекте говорили его оценки на вступительных экзаменах.
К тому же, если бы она продолжила темнить и дальше, то он бы еще больше насторожился.
— Ага, в работе Департамента консультаций.
Харука решила выложить все карты на стол, хотя, наверное, он уже и сам догадался.
И в чём заключается эта «работа в Департаменте Консультаций» ей ещё придется рассказать.
— Мышление учеников меняется каждый год. К примеру, Шиба-кун, обращаясь к себе, ты говоришь «орэ».[5] Для учеников-волшебников, которые стремятся вступить в армию, тут нет ничего странного. Однако так ученики стали говорить только после победы в Битве при обороне Окинавы три года назад. Изменения в обществе меняют и мышление учеников. Особенно сильно влияют крупные инциденты, которые заставляют посмотреть на свой реальный возраст по-другому.
Сказав это, Харука внимательно изучила лицо Тацуи.
На его лице не было ни тени сомнения, а если сказать точнее — эти слова он пропустил мимо ушей.
— Поэтому каждый год мы опрашиваем около 10% учеников с целью подробного изучения и обсуждения их идеологий и мнений.
— Другими словами — мы объекты наблюдения?
Прямой вопрос без тени оскорбления и возмущения.
— Ну, если это действительно так, то я не имею ничего против. Однако, что же является вашей истинной целью?
Чуть улыбнувшись, он сам ответил вопросом.
Харука собрала всю волю в кулак — лишь бы ответить без запинки.
— ...Ты думаешь, что у меня есть скрытые мотивы? Ух, как грубо. Я не настолько коварна.
Кокетливый, почти шутливый тон был полностью задействован, лишь бы собраться и перестать паниковать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
