тугой узел. Мне срочно надо отмыться!
Как ненормальная шарю по лицу и телу. Мне чудится, что я вся покрыта пороком этих мужчин. Мучителей, что возомнили о себе невесть что! Даже если бы я, и правда, была той, за кого они меня принимают, неужели, можно вот так?! Поставить на колени и жёстко оттрахать в рот? Будто я — никто. Просто вещь без чувств и эмоций? Они попользовались мной, удовлетворили свою похоть, втоптали меня в грязь! И что остаётся мне? Ощущать себя использованной и поруганной?
— Тихо, тихо, крошка, — вздрагиваю от дьявольски бархатистого голоса Михаила. — Не три так сильно, ты оцарапаешься.
Дрожа всем телом, демонстративно прополаскиваю горло и выплёвываю воду. Смываю растёкшийся макияж…
Мужчины, совершенно не стесняясь меня, тоже встают под струи совершенно голые. Стараюсь не смотреть вниз. Боюсь увидеть, что у них снова стоят… что они захотят повторения…
— Я помогу, — Александр выдавливает на руку ароматную пену для душа и размыливает её в ладонях.
— Нет… — скулю, чувствуя себя загнанной в угол. — Прошу, не надо…
— Тсс… — мужчина делает шаг ко мне, а я снова пытаюсь хоть как-то прикрыть обнажённое тело. — Я хочу, чтобы ты пахла свежестью, — он проводит ладонью по моему бедру, перемещается на живот, потом опускается чуть ниже.
Хватаю его за запястье и пытаюсь убрать нахальную ладонь.
— В чём дело, малышка? Разве мы не задолжали тебе пару оргазмов?
— Я не хочу, — цежу сквозь зубы. — Просто оставьте меня в покое!
Стреляю в них убийственным взглядом и сцепляю зубы.
— Ммм… какая дикая и непреступная. Ещё скажи, что не текла, когда мы имели тебя в рот?
Взгляд тёмных глаз Александра испытующе впивается в меня.
Михаил обходит сзади, прижимает меня спиной к своей горячей груди. От соприкосновения наших обнажённых тел меня простреливает острым током.
— Я вас не хочу! — смотрю дико в карие глаза. — Вы меня не возбуждаете!
— Вот, значит, как? — в взгляде Александра зажигается азарт. Он смывает пену с пальцев, а потом, без предупреждения касается меня между ног. Быстро проскальзывает между складок и попадает в самый эпицентр…
— Ай! — взволнованно вскрикиваю, чувствуя, как его пальцы грубо раздвигаю предательски влажные складки. Двигают между ними несколько раз, а потом также внезапно поднимаются вверх.
— Тогда что это?
Мужчина трёт большой и указательный пальцы, разводит их, и между ними повисает белёсая нить.
Пульс зашкаливает. Щёки снова краснеют.
— Это… — сбивчиво шепчу, стараясь успокоить дыхание. — Это просто вода…
Губы мучителя изгибаются в демонической усмешке.
— Просто вода? Как же. Тогда ты просто брехливая шлюшка. Набиваешь себе цену? Или просто не хочешь привязываться к клиентам?
Стискиваю зубы плотнее. Очередной укол гордости отзывается внутри ноющей болью. Я не хочу так на них реагировать! Эти отвратительные, порочные мачо мне противны! Я хочу оставаться равнодушной к их домогательствам, но отчего-то тело живёт своей жизнью!
— Открой рот, — Михаил берёт меня за подбородок, а потом давит на щёки. Припухшие после их варварского вторжения губы распахиваются будто по команде.
Александр касается их покрытым моей смазкой пальцем и проталкивает глубже.
— Чувствуешь вкус, м? — он наклоняет голову, внимательно следя за моей реакцией. — Это твоё желание, крошка. Такое острое, тягучее и очень порочное…
Его палец двигает в моём рту также быстро, как только что двигался в нём его член.
Я охаю, когда стоящий сзади Михаил принимается ласкать мой живот, а потом уверенно спускается вниз. Когда его пальцы накрывают клитор, тело пронзает острый спазм.
На секунду взгляд затуманивается, и я тихо и отчаянно стону.
Господи… какой позор!
— Считай оргазмы, крошка. Посмотрим, сколько ты выдержишь!
Глава 12
Маша
Хочется выть от безысходности, но этот мерзавец Михаил накрывает мой рот жёсткой ладонью.
— Тсс… — тихий шёпот опаляет кожу шеи, и она покрывается острыми колышками мурашек. — Ты же не хочешь, чтобы сюда пришли остальные гости?
Сознание простреливает вспышка паники. Остальные гости… те полуголые старые мужики, что смотрели на меня как на кусок сочного бифштекса? Боже… нет, только не это!
Александр проводит пальцем по набухшим складкам, собирает влагу и довольно усмехается.
Я задыхаюсь! И мне… дико страшно! Трясусь всем телом и не знаю, чего ожидать в следующий момент. Ведь никто и ничто не помешает им сделать со мной то самое, ради чего они меня сюда привезли. «Отработать» правонарушение! Какой же дурой я была, согласившись поехать! Настолько испугалась угрозы попасть в камеру, что мозги отключились! Надо было ехать в полицейский участок! Быть может, там бы я добилась хоть какой-то справедливости?
Опускаю взгляд вниз и с ужасом вижу вздыбленные члены. У них опять эрекция… Мои мучители будто наслаждаются моим беспомощным состоянием, готовые ворваться в меня, долбить, клеймить, рвать на части… От этих мыслей в животе всё скручивается в тугой комок…
Ноги дрожат, дышать нечем — Александр сжимает меня за горло, перекрывая кислород.
Сердце бешено бьётся. Выхода нет…
Наверное, мне надо смириться? Смириться с тем, что моя невинность достанется этим волкам в форме полицейских! Быть может, когда они увидят девственную кровь, это их хоть как-то отрезвит?
Александр следит за мой. Ловит каждую эмоцию. Усмехается, видя, как я дрожу. Неужели думает, это от возбуждения?
Он приближается и целует в шею. Медленно и, на удивление, очень нежно ласкает языком покрытую мурашками кожу, опускается ниже, накрывает губами тугой сосок. От его прикосновений горит кожа. Пальцами другой руки он касается моих складок, и горячая лава внутри меня начинает крутиться в бешеном водовороте.
Против воли тело начинает дрожать вовсе не от страха… Пытаюсь собрать в кулак остатки самообладания и впиваюсь в грудь мужчины ногтями!
Но он будто не чувствует боли. Мой притягательный мучитель снова дразнит клитор. В ответ моя горошина отчаянно пульсирует, словно там, между ног, нажали какую-то неведомую кнопку. По телу мощной волной прокатывается электричество. Импульс рождается где-то внизу живота, мгновенно распространяется по
