Читаем без скачивания Особенный наследник (СИ) - "Amazerak"

Белобрысый поднялся, схватил выпавший из руки тесак и стал махать им перед моим носом, пытаясь достать. Попал мне по виску. Я выпустил из руки пистолет, прошёл парню в корпус. Бросок. Мой противник снова распластался на дороге. Не давая ему опомниться, я стал бить по лицу. Фибральное зрение показывало, что мои руки черны от нитей. Кожу покрывала плотная сеть. У моих соперников нитей было поменьше.

Девушка рубанула меня тесаком по затылку. Я развернулся и пробил ей в челюсть. Не давая очухаться, обрушил на неё ещё два удара, уложив на асфальт. Опять раздались хлопки — это стрелял прятавшийся за кабриолетом молодой человек. Идти в рукопашную он не решался.

Белобрысый малый и его подруга лежали не дороге побитые. Эта компания вряд ли могла мне что-то сделать, но если их друзья приедут, проблем будет больше.

Я поднял свой пистолет, чтобы не оставлять улик, и бросился прочь. Вслед мне грохотали редкие выстрелы. Одна из пуль чиркнула по столбу фонаря, мимо которого я пробегал. Кривой дебил не попал в меня ни разу.

Свернул за угол, на следующем перекрёстке — ещё раз. Оказался на тесной улочке, по обе стороны которой сплошной стеной стояли трёхэтажные дома. Прислушался — погони нет. Отдышался, пошёл дальше спокойным шагом.

Всю ночь я бродил по городу, пытаясь найти дорогу к акрополю. Встретилась ещё одна компания «охотников». Вначале мимо пробежал смуглый мужчина, похожий на индуса. На нём был ошейник со светоотражающей полосой. Он свернул за угол. Буквально через пару минут в том же направлении проехал внедорожник с открытым верхом. Сидящая в нём троица, увлечённая погоней, не обратила на меня внимания. Вскоре ночной город огласил предсмертный вопль.

Чёрт знает что, думал я, охота на людей, дикость какая-то. Аристократы совсем от рук отбились. Неужели здешние законы позволяют творить такое? Или ребят просто некому остановить?

Домой добрался рано утром. Нашёл-таки путь, хоть и пришлось ждать, пока откроется метро. Дома за завтраком мачеха бросала на меня недовольные взгляды, но ничего не сказала. Семейство собиралось идти на службу в храм, а потом — к кому-то в гости. Я же отказался, поскольку очень хотел спать. После завтрака Ирина отвела меня в сторону.

— Когда я вернусь вечером, мы с тобой очень серьёзно поговорим, — произнесла она сдержанным тоном.

— Буду ждать, — ответил я равнодушно.

Но поспать долго не получилось — вздремнул часа три всего. А потом позвонил дядя Андрей. Он тоже хотел со мной поговорить. Предложил встретиться возле шлагбаума. Я, естественно, согласился. Стало интересно, что дядя замыслил.

Андрей подъехал за мной к шлагбауму акрополя на своём дорогом авто с плавниками. Решили поболтать в ресторане, там же и поговорить по душам.

Заведение, куда меня повёз Андрей, находилось на набережной, на втором этаже крупного бизнес-центра. Мы устроились за столиком на террасе. Отсюда открывался неплохой вид на водный простор, раскинувшийся от горизонта до горизонта, портовые краны и высотные дома восточнее, где берег делал изгиб. Многоэтажные свечки сверкали белизной в лучах яркого южного солнца.

Пока ждали заказ, Андрей расспросил меня самочувствии. Я сказал, что волноваться не о чем.

— Это хорошо, — кивнул он. — Надеюсь, что и память твоя вернётся. Могу представить, как это тяжело — оказаться в совершенно незнакомой обстановке, когда не знаешь ни кто ты, ни где ты.

Андрей очень верно подметил то, что я чувствовал в первые дни своего попадания в этот мир.

— Есть такое, — сказал я. — Привыкаю. Однако некоторые вещи, кажется, лучше не вспоминать.

Я решил перевести разговор в интересующее меня русло и узнать, как Андрей видит ситуацию в моей семье со своей стороны.

Тот вздохнул и опять закивал головой:

— К сожалению, твоя жизнь действительно была не самой… простой, — проговорил он, тщательно подбирая слова.

— А если точнее, то дерьмовее некуда, верно?

Дядя Андрей рассмеялся.

— Есть люди, которым Господь даровал гораздо более тяжёлую судьбу. Нам грех жаловаться.

— И то верно, — я вспомнил того несчастного, на которого аристократические выродки устроили охоту сегодня ночью.

— Твоим воспитанием занимался отец. Он обычно сам тебя тренировал. А он был человек жёсткий. Как бы то ни было, хотел он только одного, чтобы ты стал сильнее. И кажется, его желание исполнилось. Надеюсь, он видит, — Андрей показал на небо. — А Ирина… Она всегда за Сашку горой стояла. Поэтому если будут проблем, обращайся, не стесняйся. Я и Евсевий поможем, чем сможем.

Забавно получилось. В то время как Ирина пыталась меня настроить против Евсевия и Андрея, Андрей настраивали меня против Ирины. Похоже, в этой семейке было два враждующих лагеря, и каждый из них преследовал свои неведомые мне цели.

— А какие могут быть проблемы? — спросил я.

— Да любые. В твоей семье царила не самая тёплая атмосфера, особенно после того, как Дмитрий женился на Ирине. Ты сам не раз жаловался, что тебя третируют. Но пока был жив Дмитрий, он держал Ирину в узде. А сейчас сложно представить, что будет. Но я с тобой о другом хотел поговорить, — Андрей сделал паузу и продолжил. — Твой отец мёртв. Сколько протянет Лев Васильевич, тоже никто не знает. Боюсь, осталось ему недолго. В связи с этим появляется много вопросов. Понятно, что имущество деда унаследуешь ты. Другой дело — кто возглавит род? И Лев Васильевич, и твой отец считали, что это должен сделать ты.

— А что не так?

— Твоя амнезия. Видишь ли, предводитель рода — это очень ответственная позиция. Предводитель является связующим звеном между родом и руководством клана. В случае войны он собирает дружину, а в мирное время решает организационные вопросы, в том числе, если говорить про наш род, вопросы, связанные с охотой на бесплотных. Предводитель утверждает браки, занимается трудоустройством членов рода, возглавляет гранд этерию. И это только основные обязанности.

— Да уж, много забот, — согласился я.

— Как я и сказал, это крайне ответственная позиция. Благополучие всего рода зависит от действий предводителя и от его отношений с архонтом филы. К сожалению, после того, как Лев Васильевич утратил разум, в вопросах руководства родом появилась некая неоднозначность. Твой отец, хоть и являлся опекуном Льва Васильевича, но в основном был занят в следственном комитете. Металлургической этерий всегда руководил Евсевий, а гранд этерию до сих пор возглавляет Фёдор Васильевич — это брат твоего деда. Но он тоже немолод и хочет уйти на покой в ближайшее время. Все заботы лягут на плечи нового предводителя. Но даже если герусия утвердит твою кандидатуру, тебе потребуется наместник, который будет заниматься всеми делами, пока ты не достигнешь зрелости. С наследством ситуация обстоит похожим образом. Если Лев Васильевич в ближайшие четыре года отправится на небеса, тебе понадобится попечитель. Законы у нас таковы, что до того, как тебе исполнится двадцать один год, ты не сможешь самостоятельно управлять недвижимостью и счетами.

— Наследство в любом случае получу я. А с предводительством… посмотрим. На роль предводителя ведь могут выбрать кого угодно?

— Предводитель не выбирается. Предводителем становится главный наследник рода, но в некоторых случаях это назначение может быть обжаловано. Следующими на очереди идут младшие братья, а потом — братья по отцовской линии.

— Евсевий. Он третий на очереди.

— Да, твой дядя тоже имеет некоторые шансы. Я не знаю, что решит герусия. Следующие четыре года функции предводителя, скорее всего, перейдут Евсевию. Он станет твоим наместником. Что будет потом, не знаю. Евсевий — человек небогатый, у него почти ничего нет за душой. Выбор будет непростой. Но в любом случае, я уверен, старейшины примут наилучшее решение. Гораздо больше меня беспокоит Ирина.

— И есть причины?

— Видишь ли, смерть Дмитрия смешала все карты. Если бы твой дедушка преставился бы раньше отца, всё наследство досталось бы Дмитрию, а после его смерти — ей. Теперь ситуация в корне иная. Ирина фактически осталась ни с чем. Да, она пока занимает должность публикана, но, по большому счёту, единственная для неё надежда удержать власть в семье — это стать твоей попечительницей. А глубоко в душе, уверен, она желала бы, чтобы наследство получил бы её Сашка, а не ты.