Читаем без скачивания В объятиях страха - Ма Татьяна

– Дверь на ночь запри, – бросил Степан, направляясь к выходу.

Я последовала его совету и тут же задвинула тяжелый засов, стоило Степану выйти за порог. Потом я позвонила Любаше, рассказала, как доехала и каким нашла ее домик. С ее слов я знала, что жила она здесь сразу после того, как вышла из колонии, которая находилась где-то в Сибири. Здесь всю ее отсидку жила дочка с Любашиной родной сестрой, которая взяла девочку к себе и перевезла из Челябинска вот в эту деревеньку: отсюда было проще навещать мать. Любаша освободилась, сестра вернулась в Челябинск, а они с дочкой, поняв, что в глухой Усть-Манской делать им было нечего, уехали в Смоленскую область. Дом, однако, продавать не стали. Да и кто его купит в такой дали от больших городов? Местным – не надо, а дачники искали места поближе к тому же Томску или хотя бы к Дивнореченску.

Зато мне это место казалось идеальным. Может, первое время местные и поинтересуются, кто такая и зачем приехала, но наверняка скоро перестанут обращать внимание. Тем более я не собиралась мозолить им глаза. О том, что мне нужно будет работать, чтобы иметь хоть какие-то деньги, я пока не думала. Я что-нибудь придумаю, но потом, когда приду в себя. Меня беспокоило другое: местный участковый наверняка прознает, что я здесь поселилась, и потребует сделать регистрацию.

– Там участковым Авдеич, нормальный мужик, – сказала на это Любаша. – Надо с ним поговорить.

– И что я ему скажу? Не регистрируйте меня и не светите мой паспорт, потому что я прячусь от мужа-садиста?

– Вот так и скажи, он мужик хороший.

– Не знаю даже… – с сомнением протянула я.

– Ладно, я сама скумекаю, как лучше сделать, – пообещала Любаша и отключилась.

После разговора с ней на душе потеплело. Я, как и планировала, полазила по шкафам и полкам, изучила их содержимое. Посуды было много. Я также нашла постельное белье, целый ворох теплой одежды, аккуратно сложенной на полках. Здесь были даже носки. Все казалось чистым, но Степан оказался прав: после нескольких лет все залежалось и издавало затхлый запах. Нужно будет перестирать и проветрить. То же самое желательно сделать с матрасом и одеялами. Правда, сегодня ночью придется спать как есть.

В небольшой кухне я нашла упаковку макарон, пачку риса и гречки. Вроде бы без жучков, но лучше купить новое.

Покончив с осмотром содержимого шкафов, я разобрала сумки, которые привез мне Степан: хлеб, сыр, нарезка сырокопченой колбасы, упаковка чая в пакетиках и небольшая баночка растворимого кофе. Спасибо и на этом.

Я заправила постель, а потом, расстелив на полу найденную в ванной клеенку, кое-как помылась из тазика и ковшика. Перетаскивать ведро с водой в ванную комнату я не стала, да и не смогла бы: вход в ванную был с улицы, и чтобы туда попасть, нужно было обойти весь дом. С больной рукой и треснувшим, а может, и сломанным ребром для меня это было бы смертельным марафоном.

Прежде чем лечь спать, я составила список того, что мне нужно будет купить в городе. Любаша мне дала огромную сумму: здесь хватит денег и на бойлер, и на стиральную машину, и на многое другое, но мне все равно нужно будет экономить. Неизвестно, когда я смогу найти здесь хоть какую-то работу. У меня еще были часы и серьги – его подарки. В циферблат часов были инкрустированы двенадцать больших бриллиантов. Если их продать, можно выручить хорошую сумму. Но это потом, когда денег совсем не останется.

Я еще раз проверила засов на двери, осмотрела окна. Потом погасила свет и почти тут же уснула, погрузившись, однако, не в благословенное забвение, а в ужас, в котором он подстерегал меня, чтобы снова мучить и истязать.

Меня спас собственный крик и пробуждение. Поднявшись и переодевшись, я умылась уже остывшей водой, вскипятила чайник и позавтракала. Вскоре раздался шум приближающегося автомобиля и сигнал клаксона. Я осторожно выглянула в окно и облегченно выдохнула. Приехал Степан.

Глава 12

Забираясь на высокий порог внедорожника, я невольно поморщилась от боли. Подняв глаза, тут же наткнулась на внимательный взгляд Степана.

– Доброе утро, – сухо сказала я.

– Доброе.

Он тронул машину с места. В его присутствии я чувствовала себя неловко. Он ведь прекрасно знал, что я приехала сюда прятаться. Конечно, Любаша не рассказала ему всего, но то, что я от кого-то бежала, было и так понятно. Судя по взглядам Степана, он прекрасно понимал, откуда у меня растекшийся по лицу желтушный синяк, хоть и едва видимый, но все же заметный, и сломанный палец. Что ж, это еще что. Он ведь не видел ни мою спину, ни отливающую всеми оттенками фиолетового грудь, ни рваную рану на предплечье, которая ныла каждый раз, стоило мне нагрузить руку.

– Составила список покупок? – спросил Степан.

– Да, – кивнула я.

– Покажи, – попросил он.

Я протянула ему исписанный листок.

– Там сверху то, с чем ты можешь мне помочь: насос, бойлер, холодильник. Со всем остальным я справлюсь сама.

Степан бегло просмотрел наименования вверху списка и вернул листок.

Проехав мост, он вывел машину на основную улицу Усть-Манской, а потом, к моему ужасу, остановился возле небольшого оштукатуренного белого дома с надписью: «Полиция». Я вскинула глаза на Степана, не сумев совладать с вспыхнувшим в них страхом. Неужели Денис так быстро прознал, где я, а Степан решил меня сдать?

– Не бойся ты меня, Тая, – почему-то зло сказал он.

– Зачем… Зачем мы здесь?

Он не успел ответить, потому что из участка вышел коренастый мужик лет пятидесяти. Он подошел к машине. Степан открыл дверь и пожал ему руку.

– Это Кирилл Авдеевич, или по-простому – Авдеич, наш участковый, – представил Степан мужчину.

Тот заглянул в машину и кивнул мне.

– А это, – продолжил Степан, – Любаши Свиридовой племянница.

– Любка мне звонила вчера. – Мужик достал сигарету, сунул в зубы и, прикрыв ладонями ее кончик и зажигалку, прикурил. – Сказала, что ты, Тая, здесь у нас поживешь.

Я безуспешно пыталась сглотнуть стоявший ком в горле, не зная, что ответить.

– В общем, все будет в порядке, не боись, – подмигнул он мне. – Если что помочь нужно, не стесняйся, как говорится, обращайся. Степаныч тебе мой телефончик даст на всякий пожарный.

– Спасибо, – промямлила я.

– Ну, бывайте, – кивнул мне Авдеич.

– Тебе надо что в городе? – спросил его Степан.

– А то!

Степан вылез из машины, закрыв за собой дверь. Конец их разговора я не услышала. Откинувшись на сиденье, я закрыла глаза, пытаясь справиться с накатившей слабостью. Мне не верилось, что после всего того ужаса, в котором я так долго жила, на моем пути повстречались хорошие люди. Я уже очень давно думала, что таких больше не осталось.

Через пять минут Степан вернулся в автомобиль, и мы тронулись в путь.

– Мы в Дивнореченск поедем? – спросила я, нарушив повисшую тишину.

– Нет. Слишком далеко, – отозвался Степан. – Поедем в Лесовец. Там можно купить все необходимое.

До Лесовца езды было около часа. Всю дорогу мы молчали. Степан пытался меня разговорить, но бросил попытки добиться от меня чего-то большего, чем невнятное мычание, почти сразу. Я же смотрела на проносившийся за окном лес. Он казался мне грозным. Тут ведь наверняка водились и волки, и медведи. Кажется, Степан сказал, что водил кого-то на медведя. Он, видимо, любил охоту. Я же не понимала, как можно ради прихоти убивать невинных животных. Лучше бы убивали людей, ведь некоторые были опаснее взбесившегося зверя. Я знала одного такого. Я с ним жила. Слишком долго жила. Моя рука невольно задрожала, и я тут же сжала ее в кулак.

В Лесовце мы сначала подъехали к строительному рынку, где Степан купил насос и выбрал бойлер. Цены были вполне приемлемые. Хотя я понятия не имела, сколько эти штуки стоили в Москве. Бойлер Степан погрузил в багажник сразу, но сказал, что каких-то шлангов к нему сейчас нет, их доставят завтра.

Затем мы оказались в довольно большом торговом центре.