вновь стоял напротив маленькой Ливии и видел на ее лице насмешливую, но добрую улыбку. Ребенок словно ловко вскрывал обертку и показывал всему миру, что король слаб и подавлен. Это злило Кая, но он не мог избавиться от изъедающего сердце чувства.
Совсем скоро вернулся Анорион. Он поставил на пол возле ребенка деревянную миску с небольшим куском жареного мяса и флягу, наполненную водой, а затем, дождавшись кивка короля, снова ушел.
Задержав на миг дыхание, Кай незаметно проследил за девочкой. К еде она не притронулась; сидела, не шевелясь и хмурясь, и сверлила тяжелым взглядом горячий кусок мяса. У любого ребенка демона подобная еда вызвала бы аппетит, а манящий запах, щекочущий ноздри, — слюнки. Но маленькой полукровке оказался неприятен такой аромат — она забавно повела носиком и, насупившись, отодвинула от себя миску.
— А ты привередливая.
Кайлан усмехнулся, поднялся на ноги и достал из потрепанной тканевой сумки несколько засахаренных лепестков фиалок. Такой изысканный десерт он приобрел в людском городе пару дней назад, когда вместе с советником, с помощью заклинания скрыв рога и крылья, посетил столицу Восточных королевств, чтобы разузнать о нахождении охотников. Тогда в его голову пришла неожиданная мысль: крылатым детишкам наверняка понравится это вкусное лакомство.
— Как насчет этого? — спросил Кай и, присев на корточки напротив девочки, протянул ей лепестки цветов.
С интересом осмотрев их, она осторожно взяла одну засахаренную фиалку и откусила маленький кусочек. Каю казалось, что он был готов к любой реакции с ее стороны, но внезапная радость, мелькнувшая на милом личике, ввела его в замешательство, а нежная улыбка, коснувшаяся пухленьких губ, заставила усиленно биться его сердце.
Девочка быстро съела оставшийся кусочек десерта и потянулась к остальным, но замерла, едва коснувшись мужских пальцев. Спрятав улыбку, посмотрела на Кая и слегка склонила голову набок, ожидая его слов.
— Этим не наешься, — сказал он, перекладывая оставшиеся лепестки в маленькую ладошку. — Любишь фрукты?
Коротко кивнув, девочка облизнула губки и, улыбнувшись, торопливо схрумкала все засахаренные фиалки.
— Тогда стоит запастись… — Судорожно сглотнув, Кай аккуратным движением смахнул с ее носика крупицы сахара и тихо спросил: — Сможешь что-нибудь рассказать?
Зоркие глазки сузились, выдавая некое недовольство, маленькие ноздри дрогнули, и ребенок легонько похлопал пальчиками по своим губам.
— Знаю, — выдохнул мужчина. — Объяснишь без слов? Я буду рад узнать о тебе хоть что-нибудь.
Девочка вздохнула как-то излишне тяжело, и взгляд ее показался Каю чересчур осознанным. Казалось, она все понимает, знает, что от нее ждут ответов, но поведать тайну, затаившуюся глубоко в душе, не может. Пару мгновений она сидела неподвижно, стойко выдерживая ожидающий взгляд Кая, а затем указала на себя пальчиком. Словно поддразнивая, девочка начала шустро показывать различные жесты: сначала накрыла ключицы ладошкой, после ударила кулачком по кисти другой руки и в конце сомкнула ладони кончиками пальцев в виде крыши.
— Дом?.. — выпалил Кай и невольно нахмурился, когда девчушка недовольно сложила на груди ручки. — Прости, это все, что я смог понять, — с искренним сожалением шепнул он. — Где твой дом?
Недолго думая, девочка взяла фляжку и потрясла ею перед лицом демона. Раздавшееся бульканье разрезало тишину и слабым эхом отразилось от каменных стен пещеры.
— В воде, значит… — задумчиво протянул Кайлан. — Хорошо. А сможешь показать, как тебя зовут?
Малышка нахмурила светлые бровки, задумавшись, а после, словно осененная какой-то мыслью, уверенно кивнула. Вскочила на ножки, случайно задев ручкой напряженное крыло демона, и начала собирать мелкие камни. Выпрямившись, Кай внимательно проследил за тем, как девочка старательно складывает на полу камушки, образуя какое-то коротенькое слово.
— Нелли. — Губы мужчины дрогнули в теплой улыбке. Он посмотрел на девочку с позабытой нежностью и протянул ей руку. — Рад знакомству, Нелли.
Миловидное личико озарила улыбка, но малышка не успела коснуться пальчиками мужской ладони. Неожиданный испуг смахнул с ее лица радость, и она, чем-то встревоженная, стремительно спрятавшись за крылом демона, прижалась к его ноге.
— Что такое? — спросил Кай, осторожно сжав плечо девочки.
Ответа ждать не пришлось — он почувствовал постороннюю энергию, волной пробежавшую по жилам. Разъяренной фурией в каморку влетела Элуна, остановилась напротив короля и, вскинув голову, посмотрела на него раздраженно и сердито. И даже напряженный взгляд глубоких синих глаз не остудил ее пыл.
— Человека… — выдохнула она, задыхаясь от собственной злости и негодования. — Как ты мог привести к нам человека?
— Она полукровка, — спокойно произнес Кай. — И она останется здесь, пока я не решу, что делать с ней дальше.
— Какая разница — полукровка или нет! — вскрикнула девушка, сжав изящные пальцы в кулаки.
Мужчина почувствовал, как малышка вздрогнула от внезапного крика и прижалась лобиком к штанине, пряча глаза. Медленно погладив ее по волосам, он процедил сквозь плотно сжатые зубы:
— Успокойся.
— У нас уже был один полукровка, — резким, нервным движением смахнув с лица белесую прядь, продолжила Элуна. — От них одни неприятности! Не меньше чем от людей! Грязная кровь… Кай, что ты вообще творишь?!
— Замолкни! — гаркнул демон грубым голосом. Одной рукой поближе прижал к себе Нелли, успокаивающе погладил ее по плечу и заметил, как резко изменилось выражение лица девушки. Раздражение и налет агрессивности исчезли, уступив место смятению и страху. — Ты забываешься, Элуна, — холодно отрезал Кай. — Из-за своей надменности и губительной гордыни ты принесла мне гораздо больше хлопот, чем полукровки. Знай свое место.
Слова прозвучали явственно и жестко. Элуна напряглась под грозным взглядом короля, позабыв о своей недавней злости, и рвано выдохнула, как после удара морозного ветра по распаленным щекам. Кайлан заметил слезы в уголках ее миндалевидных глаз. Она сдерживала рвущиеся наружу обиду, разочарование и грусть, но Кай не знал, сколько усилий ей стоило не расплакаться перед ним.
— Оно всегда было рядом с вами, ваше величество, — полушепотом произнесла Элуна. Голос и губы ее дрожали, голова мелко подергивалась, отчего фразы получались негладкими, глухими и сухими, как раскаленный воздух в пустыне. — Мое место определили еще до моего рождения. У меня не было выбора. Не было такой непозволительной роскоши…
— Элуна, — тихо перебил ее Кай.
— Прошу прощения, ваше величество. Доброй ночи.
Девушка низко поклонилась и, не поднимая головы, быстро скрылась за поворотом.
По телу Кая растекся жар, обжег лицо, порождая глубоко внутри неприятное чувство беспомощности. Обычно он не позволял себе грубить Элуне, несмотря на ее недостойное поведение и хлесткие, полные желчи слова. Порой она вела себя вызывающе, не понимая, что своими действиями порочит род Луноликих и, главное, саму себя. Но она, равно как и остальные демоны, была частью его семьи, частичкой некогда великого народа и другом детства,
