ещё раз, барон стал рыться в ящике стола, ища нужный документ.
— Только вот, вампир был не один.
После этих слов, Деян как по команде замер и недовольно зыркнув на мешок хмыкнул.
— И кто же с вампиром дружбу водил?
— Его высочество, Некромант.
Сделав непонятный жест рукой, Рогнеда притворно поклонилась.
— Чего?
Недоумевающе, спросил барон.
— Ну, некромант, мёртвых оживляет, уродец с чёрной магией, и вот этим вот дрыном.
Ответила девушка, приподняв для наглядности костяной посох, который она принесла с собой.
— Мне граф про вампира сказал, ваша правда, а вот за некроманта и слова не было.
Лениво потянувшись, Деян продолжил.
— Может вы вообще какого бедолагу зарубили и теперь мне эту лохматую башку продать пытаетесь за баснословную сумму.
— Каждый раз одно и тоже.
Раздражённо сказал охотник подходя к столу толстяка.
— Ты взгляни получше, сильно он на бедолагу похож?
С этими словами Вдоводел перевернул мешок, вываливая на стол барона головы вампира и некроманта. Испуганно вскрикнув Деян брезгливо оттолкнул головы, роняя их на пол. Громко смеясь, ведьма едва не повалилась на пол, а толстяк краснея от злости начал кричать.
— За вампира заплатим, а этого голодранца можете в канаву выбрасить, или в жопу себе засунуть! О некромате речи не было, да и хрен разберёшь, некромант это, или хрен какой с помойки!
— Этот хрен с помойки столько народу погубил что ты и представить не можешь.
Повышая голос ответил охотник.
— Да мне и не надо, был на вампира договор, вот за вампира и плачу, а коли там и некромант был ещё, то это уже ваши проблемы. А вообще, добрые дела, они возвращаются, боги они к добрякам благосклонны. Так что всё, вот документ, в казне заплатят сколько граф сказал. А мне некогда, есть дела поважнее, чем головы оборванцев разглядывать.
Ловко выхватив нож из ножен, Вдоводел воткнул его в стол между средним и указательным пальцем барона.
— Ты сука забыл кто я такой?!
Уставившись на нож, толстяк замер.
— Каким тебе угодно богом клянусь, что если ты не заплатишь мне за этого ублюдка, то до завтрашнего дня тебе не жить.
Взяв себя в руки, Деян приподнялся и глядя в глаза охотнику ответил.
— Да тебя стража на куски порвёт, ты же с города живым не выйдешь, бери деньги за вампира и топай. На некроманта договора нет, а значит платить я не обязан, а кем ты будешь, если со своими же правилами поступишся? Кто с тобой дело захочет иметь? Кто …
— Ах ты свинина, да я тебя прокляну.
Вышедшая из себя ведьма злобно скалясь перебила барона.
Громко ругаясь на непонятном языке девушка чертила в воздухе непонятные символы, а из глаз её по щекам и шее начала струиться тьма. Замерев на месте, побледневший Деян молча наблюдал за её действиями. Закончив ритуал, девушка клятвенно пообещала проломить барону голову отобранной у некроманта дубиной, если тот продолжит припираться, принижать их заслуги, и пытаться украсть их честно заработанные деньги. Клятва эта была подкрепленна сильным ударом окраваленного костяного посоха о стол. Выпучивший от испуга глаза барон упал на задницу мимо своего кресла, вскочил и быстро закивал подписывая бумаги. Напуганный ведьмой, он был похож на чумного порося и мысль эта, заставила охотника улыбнуться.
Идя в казну с улыбкой на лице, Алан спросил.
— А чего ты ему такого сказала?
— Да чёрт его знает, бредни всякие, назвала слова пострашнее.
Посмеиваясь ответила Рогнеда.
— Надо было ещё и цеплёнка забрать.
— И правда.
С сожалением вздохнул Вдоводел. Весь день ходя по городу от лавок к мастерским и от мастерских к лавкам. Они делали заказы и покупали необходимые в их деле вещи. Бандит на удивление оказался вовсе немногословен и ко всему прочему куда то сильно спешил. Охотник быстро договорившись с ним о цене за помощь в убийстве кровожадной парочки, вскоре распращался с Кабаном, и в сопровождении Рогнеды направлся в сторону дома старика. Заспанный и помятый Аурик, вероятно разбуженный громким стуком в дверь, удивился приходу девушки.
Проводив охотников в гостиную, старик скрылся за одной из дверей, вскоре вернувшись с тремя бокалами и бутылкой вина.
— Красивая у Вас спутница, Вдоводел.
Искренне улыбаясь сказал старик наливая вино.
— Краше весны, господин Аурик.
Согласился Алан, подмигнув засмущавшейся девушке.
— Сколь тяжело было её достать?
С лёгким беспокойством спросил Аурик
— Вам правда интересно?
Задал встречный вопрос охотник.
— Если вы переживаете за цену, то она не вырастет, мы ведь договорились.
Рассмеявшись от такого ответа старик закашлялся.
— Эх юноша, неужели в наше время, всё упирается в деньги и простой вопрос с моими искренними переживаниями воспринимается как опасение о изменении цены?
Неожидавший такого ответа, Алан взглянул на Рогнеду и встретив такой же взгляд, смущённо улыбнулся.
— Прошу прощения, это издержки моей профессии. Как не сложно понять, мне крайне редко встречаются воспитанные и честные люди. Куда чаще я имею дело с людьми жадными и хитрыми, которых моё удобство волнует в последнюю очередь.
— Да, что за времена пошли.
Задумчиво проговорил старик. Некоторое время все они сидели молча. Тишину нарушил голос Аурика.
— Прошу меня простить за то, сколь я не терпелив, но, могу ли я увидеть шкатулку?
— Конечно.
С улыбкой ответил охотник доставая из сумы столь дорогую старику вещь. Развернув тряпицу, заказчик стал заворожённо рассматривать её. С некоторой опаской негнущиеся пальцы коснулись крышки и осторожно поглаживая защёлки, неуверенно открыли их, откидывая крышку вверх. Осторожно выкладывая содержимое на стол, старик то и дело замирал, вздыхая и предаваясь воспоминаниям. В какой то момент в дрожащих от волнения руках над столом завис серебряный кулон. Помимо кулона на тонкой серебрянной цепочке тускло поблёскивало золотом, обручальное кольцо. Подёргивающийся в трясущихся руках кулон то и дело бился о кольцо издавая едва слышный звон, нарушавший царившую в полумраке гостиной тишину. Осторожным движением, будто боясь что эти частички былых лет обратяся в прах, Аурик открыл кулон. Некоторое время он напрягал свои слабо видящие глаза и в конце концов прочитал заветное имя своей возлюбленной. Последним из шактулки он достал платок. Некогда белый, он давно выцвел и лишь изящные узоры фигурной вышивки напоминали о его давно утраченной красоте. Поднеся платок к лицу старик втянул носом воздух. Вместе с запахами земли и сырости, его обоняния коснулся аромат давно минувших лет.
— Всё ещё пахнет её духами.
Улыбаясь дрожащими губами, всхлипывая, едва слышно прошептал Аурик. Оглядев содержимое шкатулки старик с сожалением вздохнул.
— Сколько лет прошло, а я всё помню будто всё было вчера.
Повернувшись к столу,
