Не знаю, хорошо или плохо, когда такая зависимость. Но, по крайней мере, рада, что не забрасываю учебу как, например, Вика, моя одногруппница и подруга. Когда она влюбляется, то ей категорически по барабану на уроки. А меня наоборот заставляет тянуться.
Боже! Но почему я влюбилась именно в него? Почему не в Тима? С ним так легко! С ним весело! И вообще здорово, когда он не пытается перейти определенную грань… ага. Смогу ли я его подпустить ближе?
Конечно же, сердце вопило, что нет. А вот какой-то критический внутренний голос нашептывал: почему бы и нет? Все же девятнадцать лет! Хотя бы ради любопытства попробовать. Это же приятно. Эх…
Так ничего не решив, скатилась в сон. Сон, в котором главным героем был… Тим. А вот Дима… Дима вдруг оказался главным злодеем. Он избил Тима, а меня окинул презрительным взглядом и, развернувшись, свалил в… рассвет. А я плакала, сама не знаю, о чем: об избитом друге или о своем разбитом сердце?
А с самого утра меня взяла в оборот опять же Таня с девчонками.
— Тебе же понравилось в прошлый раз? — воскликнула она сразу после завтрака, вручила Олежку мужу, который совсем не против, чмокнула обоих и утащила меня в тот самый салон, в котором мы уже отдыхали.
С нами сегодня была Маша и Ксюша. Приветствовали, как старую знакомую, от чего стало приятно на душе.
— Сегодня без шоппинга. Ты должна быть бодрая и свежая. — Я закатила глаза, не понимая, к чему эти разговоры. — Чтобы Дима оценил красоту.
Я замерла и резко обернулась к Тане, но она махнула ручкой и скрылась в массажном кабинете. Вот зараза! И что бы это значило? Она меня с ним специально познакомила? Или приметила мои неравнодушные взгляды. Как понимать? Девчонки тоже как-то быстро рассосались, кто куда. Мне ничего не оставалось, как расслабиться и получать удовольствие.
Дальше был маникюр, педикюр, стилист, визажист. Наконец на меня надели выбранное черное платье и доставили к дому Воронцовых ровно в тот момент, когда подъехало красное авто Тимофея.
— Удачи, Даш, и это… — Таня замялась. — Не дури, ладно?
Что она имела в виду, я поняла несколько позже. Вечер принес несколько сюрпризов.
Глава 12
Все началось с неадекватного поведения… я даже затрудняюсь сказать, кого… Всех, кого я знала из присутствующих.
Тим вдруг собственнически обхватил меня за талию. Хотя в машине мы вроде как договорились не афишировать нашу… «дружбу». Но когда он снял с меня куртку, его лицо изменилось. Явно не ожидал такого поворота. Я покраснела под оценивающим взглядом. Он приметил все: и вызывающе вздернутую пуш-апом грудь, и обтянутую тонкой тканью фигуру.
— Боже, Дашенька, ты меня убила наповал.
В голубых глазах восхищение, и это приятно.
— Тим, привет… эээ… ты не один? — именно в тот момент он меня и обнял. Я узнаю этот женский голос. Ольга Александровна! Блин, я не поняла, так совпало или это что-то значит?
— Олька, солнце, привет!
Тим с искренней улыбкой повернулся к ней. Нет, наверное, все же совпадение. Они просто друзья — он сам говорил. Хотя вон с Димой она тоже дружит, что не мешает ему ее тр… тьфу!
— Даша? — в тоне самой Ольги полное изумление, только не пойму чем, моим видом или моим сопровождающим.
— Добрый вечер, Ольга Александровна. — Вот почему она так смотрит, что мне хочется провалиться под землю? Я же ничего не сделала. Или она ревнует друга? Может, привыкла, что он всегда рядом?
— Димон, уже тут? — поинтересовался мужчина.
— Да, мы вместе приехали минут пять назад. Он отошел.
Тим еще сильнее притянул меня к себе.
— А мы вот с Дашей познакомились на вечеринке у Харперов, помнишь, я тебе говорил, что собираюсь?
Тим смотрел на нее с каким-то вызовом, что мне совершенно не нравилось. В душе вдруг вспыхнули смутные подозрения. Уж не звал ли Тим ее с собой на праздник к Филу? Она отказала?
Мне впервые с нашего знакомства стало неуютно рядом. То, как вдруг он изменился, меня смущало. Надменный и самоуверенный. А того ли Тима я знаю? Додумать не успела, поскольку появился третий член этой маленькой компашки — Дмитрий Сергеевич.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вот тут мне реально стало не до размышлений. Пульс участился, во рту пересохло, ладони вспотели и задрожали. Какой же красивый в этом безупречном черном костюме! Белая рубашка оттеняет загорелую кожу. Прическа явно обновлена сегодня, и он побрился! Гладкий подбородок вызывал дикое желание прижаться к нему губами.
Но мне, как никогда, нужно было держать лицо. Потому что все трое смотрели на меня.
— Дарья. Добрый вечер. Тим.
Он опять не в духе, опять пронизывает меня недовольным взглядом, опять сжимает губы в тонкую линию. Да что я опять не так сделала? Пришла же! Вон даже приготовилась.
Может, дело в Тиме? Дима очень не любит фамильярность — можно понять по тому, как он с завидным постоянством называет меня Дарьей.
Я попыталась отстраниться, но Тим, как назло, не собирался так легко меня отпускать. Железная хватка. Но не могу же я у всех на глазах начать вырываться. Пришлось смириться.
— Ну идемте, — как-то обреченно произнесла Ольга Александровна, и Зарецкий подставил ей локоть. А вот теперь пришло мое время испытать… злость… Нет, то даже не злость. Как я могу злиться на эту женщину? Она так по-доброму ко мне отнеслась.
Ирония судьбы! На Ольгу не могу, на Таню тоже. Остается только сам Дима. Но должно случиться что-то очень серьезное, чтоб я показала ему свои истинные эмоции.
Усадили нас всех за один столик. Не знаю, как так получилось, но я оказалась между Тимом и Дмитрием Сергеевичем, напротив Ольги. К нам подсел Геннадий Павлович и еще один доктор из нашего же отделения. Вот эти двое взяли на себя ухаживания за Ольгой, и я их прекрасно понимаю, она великолепна! Такая элегантная, стильная, недоступная. А Дима и Тим с какого-то перепугу оба занялись мной, что невероятно смущало. Правда, чуть меньше, чем мужское бедро под столом, непрерывно касающееся моей левой ноги. Оно по-настоящему лишало способности мыслить трезво.
После третьего или четвертого тоста, залитого каждый раз целым бокалом шампанского, я уже плыла и непроизвольно стремилась к этому теплу. Наши ноги творили что-то, не зависимо от нас самих. Я утонула в ощущении нереальности.
Его сдержанные ухаживания, прохладное «Дарья», и горячее бедро вплотную к моему. Наверное, я пьяна — путаюсь в мыслях и мечтах.
Не могу думать ни о чем другом. Ни о ведущем, ни о поздравлениях начальства, ни о недоуменных взглядах Ольги Александровны, и еще меньше о Тиме, что ухаживает нежно, сопровождая действия бархатными «Дашенька», да «Дашуля», но мне не хочется ни капли сдвинуться в его сторону, чтобы ощутить его тепло.
— Ты сегодня на редкость молчалива, — сообщил мне на ухо. Ну и как ему объяснить, что со мной? Опустила глаза в тарелку. Но наткнулась на руки Димы, и в груди полыхнуло жаром, отдавая куда-то вниз стремительной волной. Такие красивые кисти, с длинными пальцами, очень умелыми пальцами, которые умели делать как безумно сложные нейрохирургические операции, так и… я покраснела, вспоминая, что они делали со мной.
— Даша, о чем задумалась, детка? Скажи, что обо мне.
Голос Тима привел в чувство, и я поняла, что от диких ощущений внутри часто дышу, привлекая излишнее внимание хоть и к скромному декольте, но на моей немаленькой груди весьма впечатляющему.
Глянула на Тима и до жути захотелось треснуть ему чем-нибудь по голове. Его поведение здесь, на людях, меня безумно раздражало. Просто, занятая более интимными мыслями о втором соседе, я не сразу сообразила, что происходит.
Он действительно изменился при своих друзьях или я просто раньше что-то упускала из виду? Однако никак не пойму, что именно не так. Интуитивно чувствую, а оформить в ясную мысль не получается.
Между тем официальная часть мероприятия подходила к концу, и ведущие все ближе подводили собравшихся к более неформальному общению. Настроение вокруг повышалось вместе с градусом выпитого. А меня уже можно было выносить. Какого фига так надралась? Жара. Во всем виновата жара. Уверена, стоит только встать, ноги сразу ослабнут. Пока сижу вроде бы ничего.
