Сын Антиоха III Антиох IV, правивший с 175 по 164 год до н. э., пытался восстановить могущество своей державы при помощи активной (и во многом насильственной) эллинизации негреческого населения. Те, кто начинал жить «по-гречески», пользовались множественными привилегиями, начиная с освобождения от ряда налогов и заканчивая широкими карьерными возможностями. Подобные затеи требуют вдумчивости и неспешности, а с этими качествами у Антиоха IV явно были проблемы.
В 170 году до н. э. эллинизация спровоцировала восстание в Иерусалиме. Подавив его, Антиох решил добавить в похлебку перца[58]: превратил Иерусалимский храм в святилище Зевса и на глазах у народа лично принес в жертву свинью на алтаре. Этот акт сопровождался жестокими преследованиями евреев, не желавшими превращаться в греков. Ответом стало новое восстание под предводительством Иуды Маккавея, поднятое в 165 году до н. э., а конечным результатом – фактическое обретение Иудеей независимости в 142 году до н. э. Примерно в одно время с этим восстанием от власти Селевкидов решили освободиться восточные сатрапии – Армения, Персия и Атропатена, а в 161 году до н. э., уже после смерти Антиоха, – Мидия и Вавилония. Военные походы против взбунтовавшихся сатрапов оказывали непродолжительное действие. При первом же удобном случае сепаратистские настроения вспыхивали сильнее прежнего.
Обстоятельства смерти Антиоха IV туманны. То ли пятидесятилетний царь погиб при очередном усмирении мятежников в восточных пределах державы, то ли умер от болезни. Если при нем государство Селевкидов ухитрялось балансировать на краю пропасти, то после его смерти оно покатилось вниз и это падение уже невозможно было остановить. В 83 году до н. э. то, что осталось от некогда могущественной державы, захватил царь Армении Тигран II, а в 63 г. до н. э. эти земли перешли к разгромившим Тиграна римлянам.
Парфянское царство
Древние иранцы звали эту землю «Апартик», но греки, привыкшие переиначивать все на свой лад, назвали ее «Парфией». Под этим именем она вошла в историю. На севере Парфию ограничивали Каракумы, на юге – пустыня Деште-Кевир[59], на севере, на западе она граничила с Мидией, а на востоке доходила до Герата. При Ахеменидах и Селевкидах Парфия была зависимой сатрапией, но около 250 года до н. э. попыталась обрести самостоятельность. На этот шаг парфян сподвиг пример соседней Бактрии, разница была лишь в том, что в Бактрии восстание поднял Диодот, провозгласивший себя царем, а восстание парфян было направлено против правившего ими сатрапа Андрагора (Агафокла). Лидерами восстания стали братья Аршак и Тиридат, о которых известно немногое. По одним сведениям, братья были приближенными Андрагора, а по другим – предводителями кочевых племен парнов, вторгшихся в Парфию с севера примерно в 238 году до н. э.
Аршак стал править Парфией, затем его сменил Тиридат, которому удалось провести корабль своего государства меж двух скал – государством Селевкидов и Бактрией, называвшейся теперь Греко-Бактрийским царством. Каждое из этих государств намеревалось вернуть Парфию себе. Да и Бактрию тоже, потому что после смерти Александра Македонского Парфия некоторое время была объединена с Бактрией. Тиридат умер около 211 года до н. э., пробыв у власти около 40 лет. Его можно считать основателем парфянского государства, поскольку вряд ли Аршак успел заложить какие-то основы.
После Тиридата власть перешла к его сыну по имени Артабан, которому выпало пережить впечатляющее нашествие войска Антиоха III. Каким-то образом Артабану удалось откупиться «малой кровью», то есть признанием сюзеренитета Селевкидов. Непонятно почему Антиох не стал делить Парфию на несколько мелких сатрапий, как того требовала логика. Одно из двух: или Артабан был великим дипломатом, или же у Антиоха не было сил для установления полноценного собственного контроля над Парфией. Но так или иначе, от 250 (а по некоторым источникам, от 247) года до н. э. можно отсчитывать историю Парфянского царства, поскольку в сатрапию Парфия больше не превращалась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Царь Парфии Митридат I
Митридат унаследовал парфянский престол около 171 года до н. э. после своего брата Фраата. Помпей Трог сообщает о том, что Фраат настолько ценил Митридата, что передал власть ему в обход собственных совершеннолетних сыновей. Если это так, то Митридат оправдал доверие, тем более что обстоятельства на тот момент сложились весьма благоприятные – государство Селевкидов и Греко-Бактрийское царство ослабли настолько, что уже не представляли угрозы. Более того, теперь Парфия стала угрозой для соседей.
![]()
Митридат I
Около[60] 175 года до н. э. в Бактрии вспыхнул мятеж, поднятый одним из военачальников, которому хотелось стать царем. Митридат воспользовался случаем и захватил несколько пограничных бактрийских областей. «Если удача пришла, то уйдет не сразу», – говорят иранцы. Следом за приобретениями на востоке Митридат расширил западные пределы своего царства. Царь Антиох IV в то время воевал в Келесирии, и не смог вовремя воспрепятствовать интервенции. Борьба Парфии и государства Селевкидов пока что напоминала схватку молодого волка со старым тигром, но время было на стороне волка. Для того, чтобы укрепить свои позиции, Митридат захватил Мидию, сатрап которой Тимарх незадолго до того, и, надо сказать, весьма опрометчиво провозгласил себя царем, – отделившаяся провинция не могла рассчитывать на помощь центра, да и вообще, селевкидским правителям хватало забот и без Мидии.
После Мидии Митридат вторгся в Месопотамию, одну из наиболее плодородных областей державы Селевкидов, и правивший в то время царь Деметрий II Никатор («Победитель») не смог противостоять натиску. Захватив Селевкию-на-Тигре[61], служившую Селевкидам восточной столицей, Митридат провозгласил себя здесь царем, что было прямым проявлением намерения покорить всю державу. Однако угроза вторжения кочевников вынудила Митридата повернуть на восток, чем решил воспользоваться Деметрий. Ему удалось вернуть себе часть Месопотамии, но в конечном итоге он попал в плен к парфянам. Надо отдать Митридату должное. Вместо того, чтобы казнить врага, он принял его с почетом и даже выдал за него свою единственную дочь Родогуну, но при этом не отпустил обратно, а оставил при себе. Поступок Митридата был крайне муд– рым. Он создал прецендент, дающий возможность вроде бы как законного занятия селевкидского престола. По другой версии, Родогуну выдал за Деметрия не Митридат, а его сын и преемник Фраат II, пришедший к власти в 138 или 137 году до н. э. Но важно то, что это произошло, и еще важно то, что под занавес своего правления Митридат занял Сузы – один из важнейших городов державы Селевкидов, служивший «ключом» к Вавилонии.
Парфяне вернули Сузам столичный статус, утраченный после падения державы Ахеменидов. Правда, произошло это не сразу. В 144 до н. э. Митридат I сделал столицей своего царства Экбатану, а месопотамский город Опис, впоследствии переименованный в Ктесифон, выбрал в качестве зимней резиденции. Но впоследствии «летняя» столица была перенесена в Сузы.
В имени «Митридат» легко угадывается корень – имя бога Митры. «Митридат»[62] – «данный Митрой». Парфяне возродили свой родной культ Митры в противовес чужим греческим богам, которых им навязывали на протяжении полутораста лет. Есть мнение, что глава «Михр-яшт» («Гимн Митре») была включена в «Авесту» при Митридате I. «Мы почитаем Митру, пастбища которого просторны, а слова истинны…». Возвышение Парфянского царства положило конец эллинизации Передней Азии. Греки так и не поняли одной простой вещи. Эллинизация могла бы быть успешной лишь в том случае, если бы соседние народы захотели бы сами, без какого-либо принуждения, жить по-гречески. Любое принуждение порождало противодействие бо́льшей силы.
