— И где ж твои подарки? — ехидно поинтересовался Сидор, красноречиво косясь на мои пустые руки. — Что-то не видать их!
— А я как поняла, что заблудилась, припрятала их в укромном месте. Дорогу-то налегке искать сподручней, — не растерялась я.
— Дурит она нас, братцы, дурит! — верещал Сидор.
— Вот что, — веско произнес Клим, — кто прав, а кто виноват, это мы у Яги решим. А сейчас надо дорогу искать. Ты, Сидор, нам говорил, что уже близехонько? Вот и не приставай к девице, веди сам. А то уж стемнеет скоро.
На мгновение в глазах Сидора мелькнула паника, и я воспрянула духом — пути он не знает. Но пискля, не будь дурак, с уверенным видом ткнул острым пальцем влево, в теряющуюся среди сосен тропинку.
Клим с Фролом оттеснили меня к тропинке, подразумевая, что моего мнения никто не спрашивает и отныне я продолжаю путь с ними.
— Только если он хоть словечко плохое о бабулечке Ягулечке скажет, я за себя не отвечаю, — ласково предупредила я.
Но напрасно я думала, что это табу избавит меня от противного голоса Сидора. Помимо ужастиков о кровожадности Бабы Яги, в арсенале Сидора имелись леденящие душу триллеры о злодеяниях Кощея, готические сказки о коварстве русалок, мрачные легенды о бесчинствах водяного. Без устали болтая, Сидор шпарил по лесу со скоростью торпеды, Фрол с Климом не отставали, а я очень скоро выдохлась, и мои попутчики смирились с тем, что я плетусь в самом конце, то и дело присаживаясь отдохнуть.
Опустившись на очередной пенек, я чуть не вскрикнула от радости. Чуть в стороне виднелись кусты малины, которой я лакомилась в самом начале своего пути, всего в нескольких минутах ходьбы от избушки Яги. Вон и ягода оборвана с одной стороны, и лоскут от платья на веточке висит. Надо же, а я гадала, когда умудрилась порвать платье! Убедившись, что путники увлечены рассказом Сидора о жестокой русалке, топивших в омуте только русоволосых парней по имени Иван, а сам Сидор уверенно удаляется прочь от нужной тропинки, я метнулась к кустам малины и что было сил бросилась вперед по тропке, которая будто сама стелилась мне под ноги, указывая верное направление.
— Явилась не запылилась, — приветствовала меня избушка. — Хотя очень даже запылилась, — добавила она, когда я подошла ближе. — Надо срочно баню истопить.
— Какая баня? — отмахнулась я. — Не до того сейчас. Как тут обстановочка?
— Без изменений, — доложила изба.
— Эти, — я покосилась на окошко, — там?
— А где же им быть?
— Могли бы сгонять в деревню за сметанкой и в лес за куропаткой, — хмыкнула я, вспомнив о своем пустом желудке. Хотя о чем я думаю, когда нужно срочно спасаться? С криком "Беда!" я ввалилась в горницу, застав врасплох Ива с котом, которые с увлеченным видом изучали разложенные на столе сухие грибы, листья и желуди. Увидев меня, Варфоломей отчего-то смутился и смахнул продовольственные запасы на край стола.
— Собираетесь варить квас из желудей? — укорила я. — А между тем враг у ворот.
Я быстро рассказала о вооруженной троице, бродящей по окрестностям в поисках избы Бабы Яги.
— Теперь дошло? — взволнованно закончила я. — Нужно срочно отсюда убираться.
— Воля ваша, — невозмутимо обронил кот. — Я не держу.
— Да нет же, опасность в первую очередь грозит избушке и тебе! — повторила непонятливому я. — Разве непонятно? Надо уходить всей избушкой и забиться куда-нибудь подальше в лес, где нас никто не найдет. Избушка, слышала? Подъем, направо, вперед!
— Никуда мы не пойдем, — лениво отрезал кот.
— Но как же... — всплеснула руками я.
— Двигаясь по лесу, изба наделает больше шума, лучше затаиться и остаться на месте, — рассудительно заметил Варфоломей. — Изба и так стоит в укромном месте, куда не всякий Сидор путь найдет.
— Ах, так! — Я топнула ногой. — Но я не могу сидеть сложа руки и ждать, пока эти трое постучат в дверь.
— Вот и ладненько, вот и не надо, — обрадовался кот и, подбежав к сундуку, стоящему у печи, ловко открыл его и нырнул внутрь.
— Это кошачье убежище от агрессивно настроенных богатырей? — ухмыльнулась я. — Умно придумано!
Из сундука шлепнулся на пол тяжелый тряпичный мешочек, подняв в воздух белое облачко, а следом появился и сам кот, держа в зубах связку засушенных рыжиков.
— Шо смотришь? — промычал он. — Помоги!
— Это что? — Я в недоумении взяла в руки нанизанные на веревочку грибы.
— Это работа тебе, пирог печь будешь, — заявил кот, спрыгивая на пол. — Мука вот, — он кивнул на тряпичный мешочек. А потом нырнул под лавку и выкатил оттуда крохотное рябое яйцо неизвестной лесной птицы. — Куропаткино, — пояснил он, глядя на мое озадаченное лицо.
Я в недоумении хмурила лоб, и тут меня осенило.
— Грибы отравлены, да? — Я подмигнула коту, который тут же встопорщил шерсть и выгнул спину.
— Обижаешь, хозяйка, — оскорбленно мяукнул он. — Глаза-то разуй да погляди, это ж рыжики отборные, а не мухоморы с поганками.
— Да вижу, что рыжики. Так они съедобные?
— Сам отбирал, а Василиса заготавливала. Урожай этого года, — горделиво поведал кот.
— Тогда ничего не понимаю, — призналась я. — Мы их травить разве не будем?
— Кого? — вытаращился на меня кот.
— Этих троих молодцев!
Варфоломей закатил глаза и сердито профырчал:
— Вот из-за таких заместительниц Бабу Ягу в злодейки и записывают.
Я смущенно потупилась.
— Тогда что ты предлагаешь?
— Это не я предлагаю, это ты на правах хозяйки должна будешь предложить этим трем дурням пищу и кров.
Я опешила.
— Да они Ягу убить хотят, а избу — спалить. А ты печешься, чтобы они были накормлены?!
— Удальцы твои только на словах Ягу отделать горазды, — сощурился кот. — А как придут, как избушку увидят, так сразу разленятся, начнут требовать, чтобы ты их накормила, напоила, спать уложила.
При последних словах кота Ив ощутимо напрягся:
— Спать? — переспросил он, обводя недоуменным взглядом горницу. — Но их трое, где же они разместятся?
— Кто на печи не уместится, тот пусть в печи ночует, — мстительно предложила я.
— В общем, ты меня поняла? — сощурился кот. — Не накормишь гостей, пеняй на себя!
— Что ж, смысл в этом есть, — усмехнулся Ив. — Находившись по лесу и отведав сытного обеда, они без сил повалятся по лавкам, и им уже не до подвигов будет.
Вот ведь предатель!
— Да даже если я что напеку, как я перед ними предстану? — возразила я. — Они ж меня в лесу видели!
— Ничего, Василису в Ягу превратил и из тебя Ягу сделаю, — обещание кота прозвучало как угроза. — А ну живо к печи!
— Не думаю, что это разумно, — неожиданно вступился за меня Ив.
Я взглянула на него с благодарностью. Как я могла сомневаться в его любви! Не знаю, какая муха его укусила несколькими часами ранее, но сейчас яд этой мерзавки явно рассосался и к рыцарю вернулась его прежняя галантность и забота обо мне.
— По дыму из трубы воины, о которых говорила Яна, отыщут нас без труда, — продолжил Ив, разбив мои надежды на примирение в пух и прах.
Избушка вся затряслась еле слышным хохотом, а кот снисходительно обронил:
— Голуба, весь лес — вековые сосны, а мы находимся в самой чаще. Вычислить по дыму нас можно только с высоты полета Змея Горыныча. Но не думаю, чтобы тот так низко пал, чтобы наняться в услужение трем неотесанным деревенским болванам, возомнившим себя тремя богатырями. Так что, хозяйка, — повернулся ко мне кот, — вставай к печи!
Пирогов я не пекла ни разу в жизни, рецепта мне кот не подсказал, пришлось действовать наобум, припоминая кухонные посиделки с мамой и кулинарные шоу, которые я изредка смотрела, если в гостях были мои любимые артисты. Стоит ли рассказывать, что мука сыпалась в глаза и мимо стола, тесто не месилось и липло к рукам, кот открыто посмеивался, а Ив с жалостью наблюдал за моими попытками приготовить пироги. Вредный кот не помог даже печь разжечь. В результате я вся измазалась в саже, как Золушка, подпалила прядь волос, обожгла пальцы, но с операцией "Печь" все-таки справилась, заставив избушку расчихаться и выпустить из трубы дымок. Разложив криво слепленные пироги на подобие противня и отправив их в печь, я в изнеможении опустилась на лавку.
— Избушка, как там в окрестностях? — поинтересовался кот. — Не видать гостей?
— Тихо, Варфоломеюшка, — доложила обстановку изба. — Не видать никого. Тишь стоит — листок не шелохнется.
— Значит, намнут сегодня Сидору бока, — не удержалась от злорадства я.
— Значит, Лешему в ноги кланяться нужно — отвел беду, — заметил кот.
— Расскажешь, что дальше с Василисой было? — попросила я.
— Так уж и быть, — с притворной неохотой согласился кот и продолжил прерванный рассказ с того момента, как в избушке Бабы Яги появился жених Василисы.
Василиса
