Майор достал из внутреннего кармана пиджака сложенный листок бумаги и протянул мне. Я развернула и увидела женское лицо, показавшееся мне знакомым.
— Кто это? — поинтересовалась я.
— Не знаю, — вздохнул Нежный. — Если верить Карине Георгиевне, это её сестра Светлана. А если своим глазам — актриса Любовь Полищук, ныне покойная. Но это я немного забежал вперёд. Сначала я попытался выяснить какие-нибудь данные пропавшей. Фамилия — неизвестна, адрес — аналогично, номер телефона — точно так же. О круге друзей и знакомых нечего и говорить. Сёстры, как оказалось, жили каждая своей жизнью. Ну, и как прикажете искать по таким куцым обрывкам информации? Вы бы нашли, Елена Михайловна? Не саму пропавшую, разумеется, а её фамилию и всё остальное?
— Наверно. А вы?
— Я нашёл. В системе МВД есть база всех выданных нами паспортов, по ней я нашёл девичью фамилию Карины Георгиевны, затем по той же фамилии отыскался паспорт и её сестры. Потом она поменяла паспорт, когда вышла замуж, и всё — имею и фамилию, и адрес, — майор замолчал, явно ожидая моих оваций.
— Я бы зашла с другой стороны. Недавно Карина делила с сестрой наследство, договориться не удалось, понадобился суд. Найти это дело в архивах суда — не проблема, особенно если сослаться на того, кого нельзя называть, — я так взглянула на побагровевшего от возмущения Юру, что он проглотил уже готовое вырваться заявление протеста. — В протоколе суда наверняка есть и фамилия, и адрес. А потом я бы обратилась к мобильным операторам, они бы мне дали не только номер телефона Светланы, но и сказали бы, где она находится. То есть, не она сама, а её телефон. Не думаю, что это законно, но они такую информацию дают, хоть и не всем. Я точно знаю, ещё по работе в муниципалитете.
Нежный неожиданно вскочил, вытянулся по стойке смирно и восхищённо сообщил:
— Снимаю шляпу, Елена Михайловна! Ну, снял бы, если бы носил. Теперь вижу, как именно вы посадили в лужу важняков из Генпрокуратуры! У вас блестящие аналитические способности! Или это действительно колдовство?
— Не знаю, — я смутилась, но всё равно было приятно.
— Ладно, продолжим, — он вновь уселся за столик и отхлебнул пива. — Я тоже обратился к мобильным операторам, и узнал, что телефон Светланы Георгиевны уже неделю безвылазно пребывает в славном городе Анапе. Кстати, о белой шляпе. Я её, правда, не надевал, но в Анапу поехал. В другом случае просто послал бы запрос тамошней полиции, но — дело же на контроле, так что нельзя было перепоручать никому. Заодно супругу свою прихватил, а то как-то раз без неё съездил по службе в Сочи, так скандал был просто неописуемый. Пока мы с ней летели, местные коллеги отыскали Светлану Георгиевну, она поселилась в одном из пансионатов, не самом дорогом, но и не из совсем дешёвых. Тем же вечером я имел возможность с ней побеседовать.
— Я знаю, что она не подтвердила слова сестры. Но вы же проверили, покидала ли она Анапу?
— Конечно, проверил. Её показания подтвердили многие свидетели. Например, её любовник, с которым она делит двухместный номер. Изрядно побитый жизнью пятидесятилетний мужик из Саратова, с весьма средней внешностью. Он, надо полагать, эту поездку и оплачивает.
— Он мог и соврать по её просьбе.
— Конечно. Но её там видели и другие. Например, девушка, которая делала нашей пропавшей без вести ежедневный массаж. Ещё горничная, убиравшая у них в номере, и бармен, подтвердивший, что эта пара посещала бар каждый вечер. Были и другие, нет смысла их перечислять. Этих — достаточно.
— Это могли быть разные женщины? Если, конечно, Карина всё не выдумала от начала до конца?
— Если не выдумала, то женщины наверняка разные. Одна из них сильно порезала ногу, другая — продемонстрировала мне абсолютно целые подошвы. Так что в этом вопросе у меня сомнений не возникло. После этого я позвонил Карине и уточнил, уверена ли она, что ночью к ней приходила именно её сестра, а не кто-либо иной. Она подтвердила. Значит, самозванкой должна была оказаться вторая. Но она предъявила паспорт, причём сходства с фотографией там больше, чем, например, у меня.
— Фото и переклеить можно.
— Не тот случай, — усмехнулся Нежный. — Фотография точно такая же, как в нашей базе. Да и Карина подтвердила, что на фото — её сестра.
— А отпечатки пальцев?
— Проверил, конечно. Правда, в нашей картотеке пальчиков Светланы Георгиевны не оказалось, но наши эксперты нашли отпечатки женщины из Анапы в огромных количествах и дома у Светланы, и на клавиатуре и мышке её рабочего компьютера, и на столе в офисе. А ещё я на всякий случай поручил эксперту-графологу сравнить по почерку заявление на отпуск и текст, который написала эта дама в моём присутствии. Почерк совпал.
— На этом, я так понимаю, расследование было закончено?
— Нет, не совсем. В таких делах, которые разматываются честно, нужно проверять всё до конца. Пока я в Анапе работал и самую малость отдыхал на пляже, наши эксперты исследовали пол квартиры Карины Георгиевны и лестницу в её подъезде. Нашли следы крови, причём группа совпадает с группой Светланы. Кстати, группа крови и резус-фактор, проставленные у неё в паспорте, совпадают с тем, что определил полицейский врач в Анапе.
— Кровь нашли! Значит, к Карине кто-то приходил!
— Не уверен, Елена Михайловна. У Карины с сестрой группы крови одинаковы. Да и вторая положительная очень распространена, у меня вот кровь такая же. Так что это мог быть практически кто угодно. К тому же, эксперты не смогли установить, когда именно там появилась кровь.
— А если сравнить кровь по ДНК-анализу, или как у вас это называется?
— Готов спорить, вы смотрели массу полицейских сериалов. Так вот, в сериалах такие анализы делают запросто. В жизни — гораздо реже. Да и что дал бы этот анализ? Допустим, эксперты нашли кровь Карины. Что это доказывает? Ровным счётом ничего. Ну, пролила она там кровь, это же никак не доказывает, что там не побывала её сестра. А Светлане эта кровь принадлежать не может. Потому что вытекла из раны на подошве, а ведь раны-то и нет.
— Может, она залепила рану каким-нибудь косметическим пластырем телесного цвета? Такие продаются, я видела рекламу. Вы могли не заметить раны.
— Не мог. Я тщательно осмотрел, никаких следов раны не нашёл. И не я один, местный полицейский врач — тоже. Вам было бы достаточно таких доказательств? — самодовольно поинтересовался майор.
— Думаю, да, — осторожно ответила я.
Юра сидел, излучая грусть и разочарование. Видимо, он тоже счёл, что доказательств достаточно, и наше с ним расследование закончено, не успев начаться.
— А вот я решил, что доказательств не хватает. Знаете, почему?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
