Однажды епископ Воронежский Тихон возразил нечто по поводу западноевропейского «прогресса» одному из местных «образованных» помещиков. В ответ святой и чудотворец получил увесистую пощечину. Диалог нарождающегося «свободомыслия» и веры был именно таким.
Они были почти ровесниками. Петра Величковского, родившегося в 1722 году, духовное оскудение повлекло в поиск старца, наставника. Сначала – из Малороссии – в Моддовлахию, потом из екатерининской империи, от мертвящей веселости галлицизмов – к безмолвно-бесстрастной жизни во Христе, на Афон. Здесь он положил начало переводу с греческого языка «Добротолюбия». Так при посредстве духоносных старцев между собой вновь начали «переговариваться» богоизбранные языки. Из этого собрания услышали люди русские голоса многих великих святых. Тех, кто говорил не от себя, а от Бога.
![]()
Преп. Паисий (Величковский).
На Святой Горе Величковский стал старцем сам, в монашестве – Паисием. И «вернул» Третьему Риму Византию.
Для России старец Паисий возобновил практику умного делания. Повторил подвиг свт. Григория Паламы, священнобезмолвие которого помешало говорливому Ренессансу захлестнуть империю Ромеев.
Для многих других неудовлетворенная жажда духовного стала наживкой греха. Николай Новиков «клюнул», и прилог развился в помысел: напиться из источника, что за пределами видимой Церкви. Нет, мысль нашего «первого интеллигента» устремилась не к горнему. На Запад! Среди изданных им книг христианскими можно назвать лишь часть. Именно он положил начало тиражированию оккультной литературы в России. Из благих побуждений? Наверное, да. Никто и не отрицает прекраснодушия Николая Ивановича. Но благими намерениями вымощена дорога в ад. И незнание духовных законов не освобождает от ответственности.
В ад? Стремление образовать людей, смягчить нравы, защитить слабых и униженных – ведет в ад?
Когда интеллигент по гордыне своей забредает в ложу, Дух Святый отходит от него – и вместе с ним – умение различать духов. Так он принимает за «божественные» – творения различных бесноватых сведенборгов. В итоге прилог «духовного образования» перерастает в страшный грех масонского соблазна. О таком грехе сказано: кто соблазнит одного из малых сих, тому бы лучше не родиться на свет. Действительно, грех, как и сам диавол, как и говорящая о несуществующем ложь, не имеет бытия. Грех является искажением и умалением добродетели. И это есть самое тонкое, едва различимое зло, которым «эманирует» прекраснодушие интеллигента. И вот уже греческое слово «метанойя» масон переводит не как старец Паисий, не как «покаяние», [15] а как… «инакомыслие»… «Всегда будь против», – нашептывает инфернальный противник.
До поры до времени оппозиционность, революционность масонов таится. Когда вера в народе еще достаточно сильна, как во времена Новикова, или уже набирает силу, как в наши дни, «братьями» используется лозунг: через масонство мы идем к Богу.
И вот, словно вернувшись в XVIII век, я выслушиваю современного «вольного каменщика», носителя знаменитой масонской фамилии:
– Так исторически сложилось: всегда была Церковь, и параллельно были мистерии, ордена. Второй путь – более сложный, он не для всех. Он предполагает более активный поиск истины.
– Но ведь сказано: если ты нашел Истину в Священном Писании и ищешь что-то еще, ты ищешь ложь.
– Мы считаем… То есть, я считаю (масонство – организация свободных людей, и каждый вправе говорить лишь за себя), что необходимо брать все самое ценное из разных источников. Вы, например, почитаете Ветхий Завет?
– Конечно!
– Тогда почему же не прислушаться к выросшей из Ветхого Завета каббале? (Тут я от изумления успел лишь поднять брови, – а мой собеседник, увлекаясь, продолжал – Ю.В.). Какая мудрость заложена в идее «древа жизни»! А Таро? Но вместе с тем я с удовольствием читаю и блаженного Иеронима, и Оригена.
– Вы, наверно, верите в реинкарнацию? Ведь эта идея есть в каббале, говорил о ней и Ориген, за что был осужден.
– Я не могу сказать, что верю. Но у этой идеи есть очень серьезные аргументы… Должен отметить, что по мере своего духовного роста в масонстве я стал чаще ходить в церковь. Меня тянет туда.
– Но разве вам не известно, что церковная традиция отрицает масонство?
– Церковная традиция? А где это написано? Найдите, пожалуйста, мне эти ссылки… Потом, я встречаюсь с самыми известными нашими старцами (не буду называть их имена, их все хорошо знают), и они благословляют меня: ты знаешь, что нужно делать для блага России? Действуй!
– Благословляют вас, как масона?
– Да, было бы нечестно скрыть это перед ними…
– И никто вам не говорил, что масонская инициация считается управляемым вселением в человека беса? (Тут тень прошла по улыбчивому лицу моего собеседника, и в разговор вступил его спутник. Он старается говорит тихо и бесстрастно – почти как монах).
– Когда меня посвящали в первый градус, у меня было такое же состояние, как во время причастия. Ощущение, что я приобщился к чему-то огромному. И никаких бесов я не увидел.
– Есть такая монашеская мудрость: слова опровергаются словами, но кто опровергнет жизнь? Церковь дала миру обожившихся людей, которых мы называем святыми и которые даже после земной смерти чудотворят. Это – «аргумент», чтобы при – слушаться именно к ним. Кто же может сравниться с ними из масонских «старцев»?
– Новиков, Лопухин, Гамалея…
…Да, псевдоправославная фразеология этих классиков русского масонства до сих пор прельщает нашу интеллигенцию. И с якобы христианского древа их «мудрости» неофиты все срывают и срывают яркие плоды – каббалистики и талмудизма.
Архимандрит Киприан (Керн) писал, что в плоде с древа познания «было не чистое отрешенное зло (т.к. он цвел красотою), но и не чистое добро (т.к. он скрывал в себе зло), но смесь того и другого. Отсюда ясно, что подлинное добро по природе своей просто, однолично, чуждо всякой двойственности и сочетания с противоположным, а зло разнообразно и прикровенно, иным чем-то признается, а иным оказывается на опыте; и ведение его, т.е. опытное познание, делается началом и причиною смерти и тления».
Смерть ползет на «мушьих ножках»
А часы на ратуше все шли и шли назад.
И вот лукавый масонский язык назвал русскую императрицу Екатерину Минервой. Вскоре ей донесли: в Санкт-Петербурге основана ложа, гроссмейстером коей является граф Р.Л. Воронцов, а входят в оную молодые гвардейские офицеры. Императрица лишь посмеялась: ей уже сообщали, что это за масоны. (Впоследствии один из главных «вольных каменщиков» России, И.П. Елагин, напишет, что в ложах того времени умели только «при торжественном вечере за трапезой несогласным воплем непонятные реветь песни и за счет ближнего хорошим упиваться вином, да начатое Минерве служение окончится празднеством Бахусу»).
Но постепенно в ложах стали собираться уже не только легкомысленные выпивохи. В 70-е годы здесь все чаще звучали вольтерианские речи, царили идеи естественного права. Помесь физиократизма и интереса к магии была странной лишь на первый взгляд. Весь каббала и является Абраксасом, сочетающим одно и другое.
Преобразование вчерашнего христианина в существо нового типа сопровождалось ритуалами. В XVIII веке для этого еще требовался весь арсенал каббалы. Тут и французский иудей Калиостро подскочил со своими фокусами. Поселился не где-нибудь, а в доме все того же Елагина. Фокусы были в древнеегипетском стиле. Само слово «Мицраим» – завораживало тайной. И – на самом деле – весьма точно передавало происхождение продолженной публике магии. Ведь Мемфис – это еврейское название Египта. От впадения в екатерининскую Неву древнего Нила образовалась воронка, засосавшая многих с головой.
