— Не обижайся, — меня вдруг хлопнули по плечу, да так, что я чуть не присел. Рука оказалась тяжелой. Обернулся и встретился с чистым взглядом рыцарских глаз нашего Ульки. — Мы ведь все на самом деле волнуемся за тебя. А как помочь, не знаем. Вот и нервничаем, поэтому… — на этом у прямолинейного рыцаря слова кончились, и он лишь крепче сжал на секунду мое плечо, чтобы почти сразу отпустить.
Как не странно, но его вмешательство меня отрезвило. Действительно, что-то я не к месту и не ко времени расхорохорился. Ир, конечно, зараза и перестраховщик, да и вообще редкостный гад, но его тоже понять можно. Впрочем, как и меня. Я ведь не баба какая, чтобы со мной как с писаной торбой носиться. Спатушки укладывать, бальзамчиками всякими отпаивать и прочее, прочее, прочее. Но с другой стороны, если по-другому мне тут у них выжить просто нереально, что я возникаю? Да обидно мне, вот и все! Хочется в любых обстоятельствах себя мужиком чувствовать, но, к сожалению, это не всегда получается, особенно в такой героической компании, как эта. Поэтому единственный выход из ситуации, если не смириться, но как-то научиться с этим жить. Хотя, на досуге, надо будет обмозговать, вдруг в голову придет более продуктивная идея.
— Мы все сегодня перенервничали, — заговорил ректор, вышедший из-за стола. Обращался он не к кому-то конкретно, а ко всем сразу. — Поэтому в первую очередь следует отдохнуть и еще раз убедиться, что ни у кого из участников происшествия нет серьезных травм и повреждений. Господин капитан, — обратился Карл к Мимозке, — пока маги университета будут восстанавливать ваш дирижабль, предлагаю вам и вашей команде разместиться в пустующих комнатах учительского крыла главного корпуса. Думаю, там вам будет вполне комфортно.
— Вы собираетесь восстановить мой дирижабль? — Недоверчиво уточнил эльф, который, похоже, пропустил мимо ушей все кроме этой — самой главной для него новости.
— По моей личной просьбе, — вмешался Камю, все еще сидящий в своем кресле и наблюдающий за всеми.
— И чем же мы обязаны такой чести? — спросил Ай, как правая рука капитана.
— Думаю, нам с вами еще представиться возможность это обсудить. А пока младшее поколение следует отправить по комнатам. Пусть разбирают после перелета вещи и готовятся к началу нового полугодия. — Он обвел взглядом колокольчиков, потом чуть задержался на мне и посмотрел на Ира. — Насчет аудиторской проверки я уже говорил с Карлом, теперь озвучиваю специально для тебя. Ничего не нужно предпринимать, а то я подозреваю… — он сделал паузу и впился в меня цепким взглядом, — что если задействовать одного не безызвестного нам всем умельца, — снова взгляд был адресован только Иру, — даже княжеского аудитора удастся переманить на вашу сторону. Но пока не стоит. Я сам со всем разберусь. Просто добросовестно исполняйте свои должностные обязанности. Не более того. И это вас обоих касается. Все ясно?
— Чего уж непонятного, — хмуро бросил в его сторону и покосился на мерцающего. Встретился с Иром взглядом, но ничего кроме уже озвученного говорить не стал. Ирка тоже. На этой многообещающей ноте мы могли бы, в принципе, уже расстаться с серым кардиналом и слинять ко мне, но Камю неожиданно посмотрел на меня совсем уж странным взглядом. В нем словно бы проснулась неуверенность, которую он сам в себе не ожидал откопать.
— Что? — спросил я, не утерпев.
Серый кардинал вздохнул и отвернулся к окну.
— Мой брат в ссоре с темным. Разберись… — и после невыносимо томительной паузы он все так же, не глядя на меня, добавил, — пожалуйста.
Вот они, оказывается, какие, личные просьбы вершителей судеб. Не зря мне показалось, что между командорами кошка пробежала. Но Камю меня поразил. Не думал, что все могло зайти так далеко, что ради брата этот холеный эльф опуститься до банальной просьбы ко мне, человеку.
— Карал, когда они освободятся, может, вы их ко мне пришлете? — спросил ректора.
Тот величественно кивнул и указал взглядом в дальнюю часть комнаты, где за деревьями и лианами скрывалась неприметная дверь в так называемую лаборантскую, которая на поверку была самой обычной квартирой в одном из российских городов моей родной Земли. Собственно, туда мы с Иром и ушли, оставив колокольчиков на попечении ректора и других учителей. Хотя, они у меня ребята самостоятельные, сами разберутся, чем им теперь в свободное время заниматься. А мне вот с Иром хочется поговорить, и желательно до того, как к нам завалятся командоры.
Поговорить у нас с мерцающим так и не получилось. Оба были на нервах после всего свалившегося на нас сегодня. Поэтому я отправил Ира в душ релаксировать, а то он со своим мерцающим темпераментов мог таких дел наворотить, что страшо подумать. А сам устроился в зале с ноутбуком на коленях командоров ждать, было у меня такое чувство, что они скоро появятся. Интересно, что они там не поделили на этот раз.
Предчувствие меня не обмануло. Они пришли. Разумеется, я сразу вспомнил, что меня просил вмешаться не кто-нибудь, а Камю, поэтому задался вопросом, неужели семейство Барсика приняло их связь с Муркой. Если так, то другой вопрос, так сказать, с подводными камнями, знает ли сам темный, что Барсимы не против его в семью на правах возлюбленного Тарэля принять?
— Привет, давно не виделись, — выскочил из кресла, протягивая им обоим руку. Первым обменялся рукопожатием с Муркой, потом перешел к Барсику. Его руку сразу отпускать не стал. Задержался. Эльф показушно выгнул брови и тряхнул красногривой шевелюрой.
— Твой брат просил вас помирить, — огорошил, применив уже не раз опробованную тактику: ошеломить натиском и обезоружить откровенностью. На этих двоих я её уже как-то применял. Теперь эльф сам стиснул мою руку так, что было нелегко вырваться из мертвой хватки длинных пальцев. Глаза светлого командора сузились, но ярость, мелькнувшая в них, быстро улеглась. Еще при первом знакомстве с ним, я обратил внимание, что у него просто железное самообладание, которому можно было только позавидовать.
— И ты не мог как-то поделикатнее… — начал он. Но тут вмешался темный.
— Твой брат в курсе? — тихо спросил Мурка.
Светлый не ответил. Так и остался стоять, держа меня за руку, словно и вовсе забыл, что я нахожусь с ними в одной комнате.
— Ну, раз такое дело, — протянул, с трудом уже по собственной инициативе разорвав затянувшееся рукопожатие, — начнем мы, Мурка, с тебя. А то Барсик еще долго рожать будет.
— Что я буду? — зашипел светлый, но быстро заткнулся, когда встретился со мной взглядом. — Ладно, — посмотрел в сторону окна и отошел к дивану, плюхнувшись на него без приглашения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
