— У тебя нет семьи? — киборг казался по-настоящему заинтересованным, но Джилл медлила с ответом.
— Ты так хочешь услышать эту историю?
— А похоже, что у меня есть занятие получше?
— Нет, — она придвинулась ближе и, внимательно следя за тряпкой, вернула шорты на место. Мужчина снова приподнял бедра и помог ей. Затем Джилл сделала шаг назад, подошла к пустому ящику и, сев на него, посмотрела киборгу в глаза. — Ты когда-нибудь слышал о кровавом торговце Большом Джиме?
Он покачал головой.
— Кого-то и правда так зовут?
— Не стану врать и говорить, что отец не заслужил свое прозвище. Моя тетя — его сестра — никогда не скрывала, чем он зарабатывал на жизнь. В космосе у него была репутация жестокого человека. Если кто-нибудь поступал с ним дерьмово или пытался обмануть, то умирал в муках. Отсюда и пошло слово «кровавый». Моя мать происходила из богатой семьи, и они с отцом познакомились, когда он похитил ее, чтобы получить выкуп. Они полюбили друг друга, и на свет появилась я. Тетя говорила, что отец буквально поклонялся моей матери, но враги узнали о ней и, пока он был на сделке, напали на судно. Тете Мэри удалось тайком увезти меня с корабля, а мама выиграла нам время.
— Она боролась с ними?
— Да, — по щекам Джилл потекли горячие слезы, и она их сморгнула. — Мне было всего несколько месяцев. Тетя Мэри сбежала со мной в спасательной капсуле, а те мужчины поймали маму, и у них не было нужды ловить еще и нас. Она отдала свою жизнь, чтобы спасти меня.
— Именно так и поступают матери.
Это звучало холодно, но Джилл кивнула.
— Наверное. Отец выследил каждого и убил так жестоко, что это стало примером для всех, кто помышлял плохо поступить с Большим Джимом. Он действовал настолько кровожадно, что сделал себе имя убийцы холодного, как лед. Затем отец купил на Земле ферму, где меня растила тетя, скрывая факт моего существования. Враги отца знали, что у Большого Джима когда-то был ребенок, но сочти его погибшим вместе с матерью. В прошлом году отец связался со мной и приказал пойти с двумя посланными им мужчинами. Жить ему оставалось всего несколько недель, и он хотел увидеть меня в последний раз.
— Именно так ты оказалась в космосе.
Джилл мрачно кивнула.
— Если бы я знала, чем все закончится, не поехала бы. Большой Джим считал, что тем людям можно верить, но эти придурки предали его в ту же секунду, как он умер. Они клялись ему на крови, но их преданности пришел конец вместе с его последним вдохом. Они решили, что один из них женится на мне и получит все деньги, — она замялась. — Просто поверь на слово, ни один из тех парней не был тем, за кого хотелось бы выйти замуж. Не сомневаюсь, что во время принудительного медового месяца со мной случился бы организованный несчастный случай.
— Если у твоего отца были деньги, ты могла достать топливо и добраться до Земли.
— Конечно, если бы знала, где он их хранил. Полагаю, они взорвались вместе с судном. Те люди хотели использовать нас, но тетя меня спасла, а сама погибла. После смерти моей матери она всегда путешествовала с оружием, поэтому мы вступили в бой, и меня ранили в плечо. Я помню, как тетя Мэри отвела меня на Дженни, — Джилл обвела руками грузовой отсек. — Она склонилась надо мной и поклялась, что эти люди никогда до меня не доберутся. Она обещала вернуться ко мне. Но так и не вернулась. Тетя Мэри поставила Дженни на автопилот и взорвала Викинга — судно моего отца. Несколько часов спустя я проснулась одна, дрейфующей в космосе, а о случившемся узнала из регистраций на компьютере. Тетя Мэри оставила мне сообщение, где сказала, что могла удержать нападавших только одним способом — остаться на борту и не позволить им последовать за мной в спасательных капсулах. Также она сказала, что любит меня и велела возвращаться домой на Землю, — Джилл сморгнула слезы. — Только вот топлива не хватило.
Киборг ничего не сказал и безмолвно наблюдал за ней.
— Таким образом, у тебя никого нет.
— Я уже говорила тебе, что у меня есть андроиды, — она вскинула голову. — И у меня есть Дженни.
— Если развяжешь меня, я тебя не трону и не украду твое судно. Но я хочу получить доступ к коммуникациям, чтобы связаться с моими друзьями.
Джилл покачала головой.
— А что, если твои друзья захотят забрать шаттл или продать меня? Я — одинокая женщина в космосе и уже поняла, чем это грозит. Если бы я не врала и не притворялась помощницей Большого Джима, никогда бы не прожила так долго. Большинство торговцев, с которыми я имею дело, слишком его боятся, чтобы связываться со мной.
— Мои люди не продадут тебя в рабство. Учитывая нашу историю, мы никогда бы этого не сделали.
Джилл было очень жаль.
— Мне хочется тебе верить, но я просто не могу позволить себе такой риск. Знаю, что рассказала слишком многое. Полагаю, сказывается отсутствие на борту живых собеседников. Я была неосмотрительна, но сомневаюсь, что ты общаешься с людьми, а значит, сохранишь мою тайну. Также я рассказала о себе, поскольку ты, должно быть, беспокоишься насчет моих планов. Я хочу, чтобы ты понял — мы оба беззащитны перед хищниками открытого космоса. У нас это общее. Через несколько дней мы доберемся до станции Хикстон, и я велю Ройду снять для тебя комнату. Если думаешь, что твои друзья смогут тебя забрать, то свяжешься с ними, если же нет, снимешь отсек на шаттле и доберешься до места встречи. Станция известная, посетителей много, поэтому гарантирую, что ты не застрянешь там надолго. Я даже дам тебе оружие для самозащиты.
— Я хочу освободиться сейчас.
— А я хочу знать наверняка, что ты мне не врешь. Мне бы очень хотелось тебе верить, но я не могу, — Джилл помолчала. — Ты тоже мне не веришь, и мы оба знаем, что пока не окажешься на Хикстон, какая-то часть тебя будет считать все это ловушкой.
— Верно, — он задумчиво прищурился.
— Чертовски верно. Я не вчера родилась, — она глубоко вздохнула. — Ты когда-нибудь скажешь мне свое имя?
— Коэл[5].
— Серьезно? — удивилась Джилл.
— Что не так с моим именем? — нахмурился киборг.
— Просто я ждала чего-то более… ну, не знаю… киборгского.
— На Земле меня создали для работ в лунных шахтах, а из-за цвета глаз назвали Коэлом. Имя прижилось.
— Ясно, — его глаза выглядели почти черными, и Джилл признала, что они прекрасно сочетаются с именем. — Приятно познакомиться, Коэл.
— Я не разделяю это чувство.
— Находиться здесь лучше, чем на том грузовом судне.
— На твоем шаттле надо мной никто не издевается.
— И не будет, — она встала. — Ты готов признаться, чем питаешься? Не сомневаюсь, ты проголодался.
