и форму. Даже ошейник теперь смотрелся на ней как специфическое колье, хотя сама мысль о нем вызывала в рабыне отвращение, тоску и тревогу.
Женщина утром позавидовала ухоженности Айрины, а теперь завидовать было впору сестре хозяина. Сахана понимала, что занимает в этом доме низшее положение. Но принимать это было легче, когда она сама знала себе цену.
Сахану позвали к ужину, но она не спешила спускаться. Теперь она ждала момента, когда мужчины будут стоять в холле, чтобы эффектно появиться на лестнице. Легкими шагами, будто бы в собственном доме на вечеринке в свою честь она прошла по деревянным ступеням, понимая, что в эту минуту взгляды четырех мужчин прикованы именно к ней. Разговор оборвался. В наступившей тишине Сахана поприветствовала хозяев дома, скромно опустив взгляд:
— Всем, добрый вечер.
Алкид предложил ей руку, чтобы спуститься с нижней ступеньки. Она коснулась его натруженных пальцев со следами черной краски и пошла вместе с ним к столу. Взгляд Нормана неуклонно следовал за ней. Девушке стало неуютно. Она на мгновение пожалела, что так привлекла внимание.
Все сели за стол на те же места, что и утром, видимо здесь так было принято. Василь положил себе на тарелку здоровенный кусок мяса, налил всем по бокалу вина, а себе крепкой настойки и заговорил.
— Алкид, твои поставщики меха пытались обмануть нас, предлагая перетянутые шкуры. Я сторговался с ними за полцены и нашел новых с товаром получше. Комнаты для исцеления будут готовы буквально завтра, правда без мебели. Рабочие уже вынесли мусор, вычистили помещение и сложили кучу старого барахла на чердаке дома. Жаль, что мы уже не дети, я с удовольствием бы там порылся, вместо работы с недалекими людьми, постоянно неумело хитрящими. Думаю, что завтра нам с нашим лекарем стоит прогуляться туда и заняться мебелью на ее вкус, – он выпил свой напиток залпом, не дожидаясь, когда к нему присоединятся остальные и продолжил. – Кстати, Сахана, ты просто сияешь будто солнце, если бы я не отметил расстояние между твоих бровей, посадку глаз и форму черепа, то подумал бы, что за столом совсем другая женщина – моложе и красивее. К счастью, я довольно наблюдательный.
Все сидящие за столом с ужасом посмотрели на Василя, который сидел с абсолютно ровным лицом, а затем на Сахану, которая самым неприличным образом рассмеялась в полной тишине, без всяких попыток закрыть рот рукой.
— Между прочим, – сквозь смех проговорила она. – У меня очень обычное лицо, форма черепа и посадка глаз довольно характерны для рагласиан женского пола. Я бы на твоем месте сделала акцент на форме подбородка и довольно тонкой переносице, – когда Василь снова смерил взглядом ее лицо и одобряюще кивнул, Сахана еще раз взорвалась смехом, теперь утонувшем в дружном гоготе мужчин.
— У свиней тоже все хорошо, хозяин, – подал голос Норман, пользуясь веселой атмосферой, установившейся за столом. – Они сказали, что я великолепно убрал их навоз и своевременно заметил проблему в утеплении свинарника. Еще бы немного и наши запасы мяса померзли и заболели бы.
Алкид внимательно посмотрел на его хитрое лицо и кивнул:
— С завтрашнего дня все же займись счетами, я не могу позволить тебе заниматься физическим трудом в то время, как мне нужна помощь на производстве. Сегодня все прошло не лучшим образом. На складе путаница, отгрузку пришлось проводить под моим личным контролем. Сопровождать товар в этот раз поедет Марк, а ты пригодишься мне здесь. Но не забывай – работаешь бесплатно, пока я продолжаю на тебя злиться.
Норман кивнул с довольным видом.
Марк же просто смотрел на Сахану изучая ее красивое лицо. Южанка заставляла его кровь течь быстрее, он думал о том, было ли у нее с его братом что-то или еще нет, а если было, то как. Впрочем, после тяжелого рабочего дня эти мысли хоть и занимали весь разум юноши, но никак не влияли на его волчий аппетит. Он склонялся над тарелкой и хватал огромные куски пищи, почти как дикарь, на что Айрина привычным жестом прикасалась к его руке, напоминая о правилах поведения за столом. Но Марк давно понял, что блистать этими навыками ему предстоит в кругу волков, медведей, диких и работяг, поэтому на одергивания сестры реагировал слабо.
Сахана с удовольствием пила вино и после второго бокала немного расслабилась, слушая как мужчины рассказывают Айрине важные новости за день. Ей было это не интересно. Она просто наблюдала за обстановкой, пропуская смысл беседы мимо ушей, полностью погрузившись в свои мысли. День выдался непростой, усталость постепенно наваливалась на женщину грузной тяжестью. Так что она не замечала, как Алкид смотрит на нее.
А он думал, что совсем упустил из вида ее красоту, жалел, что с ней пришлось так поступить. Ему было почти стыдно. Если бы она сразу была бы такой, то был риск, что он снял бы с нее цепи, извинился, освободил от своей власти и начал ухаживать, невзирая ни на какие планы. С другой стороны, освободи он ее – через час она уже будет в пути на юг. Через бурю, снег – но навстречу свободе. Он не собирался этого допустить.
Возможно, он шокировал ее. Что если Сахана не сможет смириться? Алкид был не в силах изменить произошедшее и снова прокрутил ситуацию в уме. Все же были плюсы – их отношения установились на его условиях. Ощущалось легкое волнение – в его душе происходило что-то, чего он не мог понять. Сейчас мужчина с трепетом ждал окончания ужина, чтобы скорее увести ее в свои покои. Ему не терпелось узнать, стала ли за день ее кожа нежнее, будет ли она сопротивляться или снова безропотно отдастся ему. Но родня все ела и пила, налегая на вино и настойку.
Работы за день было очень много, в том числе и незапланированной: буря снесла часть кровли над меховым цехом и пришлось вместе с рабочими заделывать крышу. Норман действительно занялся свиньями. Сделал это исключительно из вредности, когда Алкид заявил, что рабыня будет только его. Младший брат понимал, что хозяин сказал про наказание для вида. Он честно провозился в свинарнике весь день, чтобы Алкиду пришлось взвалить на себя и его обязанности. Было понятно, кто сильнее пострадал – брат, который возился в навозе, или сам Алкид, лишившийся его помощи.
Разговор шел бурно, и никто не собирался расходиться по комнатам. Когда Айрина принесла игру «Дикие леса», а Василь
