class="p1">
Альберт Томмасино, младший наследный принц Мазарии
Наверное, надо было радоваться, что отец пригласил меня в личные покои, а не в тронный зал, потому что в основном мы виделись только там. Большинство наших встреч проходило по одному сценарию. Иногда мне даже совершенно искренне казалось, что отец любит принимать меня при свидетелях. Нередко и унижать при свидетелях. Демонстрируя таким образом свою власть.
Но тут же стоило себя остановить и поправить, отец в принципе любил показывать свою власть и высочайшее положение всеми возможными способами. Он даже говорил о себе во множественном числе, как будто местоимения «я» было недостаточно для его огромного эго. Уж, слишком короткое слово.
Меня редко, точнее, почти никогда не хвалили, император считал, что похвалы удел слабых, а настоящими мужчин делают только трудности, которые он мне и обеспечивал вполне регулярно. Из лучших побуждение и только в воспитательных целях.
Тяжко жить с пониманием, того, что, чтобы ты не сделал, этого будет недостаточно. Нет, пока я был маленьким, я ещё искренне пытался что-то доказать, думал, что у меня получится хоть как-то впечатлить отца, старался из-зо всех сил. Моё детское сознание не могло принять того, факта, в сердце этого человека для меня нет места. Если у отца всё же это сердце было. Я часто в этом сомневался. Но потом пришло осознание, что те успехи, которые вызывали восхищение у учителей и зависть у брата не отражались на лице императора. Как будто он просто смотрел сквозь меня.
Уверен, что даже если бы мне удалось совершить оборот и стать драконом, то и в этом отец бы нашёл недостаток. Либо я был бы недостаточно мощным, а может, и вовсе чешуя была бы неправильного цвета.
Поэтому я не испытывал никакого восторга от предстоящей встречи.
Я, не торопясь с достоинством, распрямив плечи, двинулся сквозь тяжёлые шторы, отмечая, что обстановка здесь совершенно не изменилась с тех пор, как я был здесь в последний раз два года назад. Это также не было сюрпризом, отец был педантичен и консервативен, именно поэтому он совершенно не обрадовался моему намерению отправиться в академию Шикли. Но так и ничего не смог с этим поделать, потому что законы и традиции, которые позволяли мне делать то, что я хочу, он также ценил и уважал. Именно этим разногласием я и воспользовался, отправляясь на учёбу. Такие уловки я научился применять для того, чтобы защищать свои интересы, чтобы выжить.
— Сын, — послышался голос отца, а я настолько растерялся, что споткнулся на ровном месте и чуть было не полетел носом вперёд. Когда отец в последний раз называл меня так? Я остановился, для того чтобы порыться в своей памяти, потому что, даже прилагая усилия, в самом деле не мог вспомнить, что такое вообще было.
— Альберт! — металл зазвенел в голосе отца, а мне пришлось отмереть и поторопиться. Совсем не хотелось портить настолько исторический момент пустой ссорой.
Тёмный бархатные шторы не пропускали солнечный свет, поэтому в комнате царила приятная прохлада и полумрак. Всё как любит император. Более того, отец даже имел в услужении специальных магов, которые контролировали температуру воздуха в его личных покоях, поэтому здесь всегда, даже в самый жаркий день было прохладно.
Огромный, массивный стол из редких пород дерева, столешница, которого была ни много ни мало просто карта нашего мира, оказался на удивление пуст, а император ждал меня за небольшим столиком, на котором стояли фрукты и серебряный кувшин, в котором наверняка было его любимая каркарида. Впрочем, если уж быть честным, то и я любил этот освежающий, красный напиток, который изготовляли из спелых ягод, он прекрасно утолял жажду в жару.
Всё происходящее было настолько необычно и непривычно, что мне на мгновение даже захотелось просто развернуться и сбежать. Вместо этого, я сделал над собой усилие, совершил ритуальный поклон и сел на указанный мне стул.
Наступила неловкая и напряжённая тишина.
Отец молчал, а я не имел права открывать рот первым. Да и не стал бы так рисковать, казалось, стоит мне только открыть рот, как из него тут же выскочит какая-то невообразимая глупость, типа вопроса о том, зачем отец меня сюда вызвал.
Кроме того, я не мог не отметить, что отец сильно сдал, он выглядел осунувшимся, уставшим и сильно постаревшим, чего в принципе было невообразимым. Драконы живут очень и очень долго. А сейчас передо мной был настоящий старик. Вот только спрашивать его о самочувствии и возможных проблемах со здоровьем, можно было, только если захотелось проверить насколько умелые руки у отцовского палача. У меня такого желания не было.
— Ты уже видел своего брата? — наконец, после долгой минуты тишины поинтересовался у меня отец, а моё лицо не смогло удержать маску равнодушного спокойствия и искривилось в гримасе, полностью отражающей, всё, что я на данный момент думал о своём брате.
— Значит, видел, бедный мальчик, он так переживает, — с сожалением произнёс отец, а я приложил все усилия для того, чтобы промолчать и вернуть своему лицу прежнее безразличное выражение лица. Императора вряд ли интересовало моё мнение о брате, который уже давным-давно не был маленьким мальчиком, а скорее просто избалованным разгильдяем, если не хуже.
— Мы должны взять с тебя клятву неразглашения, — поспешил меня порадовать отец, и вот тут я несколько удивился. О чём таком может пойти речь, если отец требует от меня подобное? Я никогда не давал повода сомневаться в своей верности и преданности короне. Впрочем, спорить по этому поводу бесполезно.
Я опустился на одно колено перед отцом и склонив голову, торжественно принёс ему клятву, о том, что всё, что я сейчас услышу, будет храниться в секрете, пока он жив.
— Хорошо, — отец, одобрительно похлопал меня по плечу, а я не ожидавший подобного зашатался. Не от силы его прикосновений, а от нахлынувших на меня чувств и эмоций.
Я поспешил сесть обратно на стул.
— Около полугода назад Бахрия предложила нам соединить наши королевства, выдав за нашего сына их единственную принцессу, — сообщил император, а я начал думать. В принципе в этом не было ничего удивительно, в договор о браке совершенно точно входило бы условие о военной помощи, которую должна была бы оказать Мазария в том конфликте, который уже несколько лет разорял соседние страны. У нас во всём этом был собственный интерес, нам нужен был магический камень, который мы перестали получать из-за продолжительных военных действий. Вот только готов поспорить, что это только начало истории. И у императора гораздо более долгоиграющие планы
