class="p1">— Ну уж нет, дорогая моя. Ты же в детстве учила — там олигархия! Власть принадлежит десятку влиятельнейших семей. И Тафты среди них занимают лидирующее положение. И сохраняют его уже лет тридцать. Так что по уровню влияния, даже после ухода с поста действующего президента, их предводитель будет по влиянию эквивалентен герцогу в этом их «демократическом» королевстве. А Роберт — сын сильнейшего «герцога». И папаша, в обмен на династически скрепленный договор, готов предоставить Гримальди ряд редких и очень ценных ресурсов.
— Знаю я эти ресурсы, — процедил Лудильщиков, вспоминая вампумы.
— Ваня, а может, пойдем отсюда? Эта старая ве… –девушка стрельнула глазами в сторону отца, — э-э-э… леди, конечно, приказала мне познакомиться с «перспективным претендентом», но я вполне могу сказать, что мне нездоровится!
— А смысл? — Лудильщиков бы с удовольствием высказал пару ласковых о критериях «перспективности» одной старой… мадам, но сдержался. — Проблемы нужно решать, а не бежать он них.
И подставив любимой локоть, граф Лудильщиков направился по направлению к этой самой «проблеме».
Парочка прошла лишь несколько шагов, как наперерез им устремилась жгучая рыжая красотка в строгом деловом костюме.
— Прошу прощения, княгиня! Я только на пару слов. Глава, поставленная задача выполнена — месье Жан-Батист согласен встретиться с Вами на этой неделе и обсудить вопрос обмена опытом. Будут ли ещё указания?
— Замечательно, не думал, что он так легко отступит! Лилия, ты молодец! Нет, новых поручений пока не будет. Можешь отдыхать.
— Как скажете, Глава! Могу я сопровождать Вас? — и девушка продолжила молча шествовать «в кильватере».
Теперь по настоянию своей подруги Лудильщиков посещал официальные мероприятия обязательно в обществе личного секретаря. Так уж вышло, что в последние полгода Лилия, урождённая фон Корпф, старшая из воспитанников, заняла место Родиона на должности Ваниного секретаря. Бывший каторжник и вернейший его слуга давно перерос эту должность, курируя нынче все проекты своего беспокойного графа, а потребность в секретаре после «активизации» Лудильщикова на политическом поприще резко увеличилась. А благодаря её классу Метаморф, девушка могла принять любой облик. Нынешний образ они подбирали вместе с вдовствующей княгиней Натальей. «Пусть тебя видят рядом со „знойной“ секретаршей. Пусть народ догадки строит, что у тебя с ней. А про нас меньше сплетен будет»., И вот Лилия выглядела лет на десять старше своего реального возраста, изображая состоявшуюся (и при этом блистательную) магиню, на которую уже не смотрели свысока, как на молодую пигалицу.
Иван тряхнул головой. Сейчас это не важно. Где там эти американцы?
Но не успели они с Наташей «выйти на позицию», как их перехватил улыбающийся во все тридцать два зуба Каюзак.
— Иван! Как я рад тебя видеть! Наталья! Лилия! — француз галантно склонил голову. — Моё почтение.
— И я рад Вас видеть, дружище! — усмехнулся Ваня. — Какими судьбами? И куда сам умудрился подевать свою ненаглядную?
— Серафима наотрез отказалась показываться на подобном сборище. «Моя нога не ступит в этот вертеп интриг и моральных уродов», — это если дословно. Но ты понимаешь, высшее общество, после всего, что с нами случилось, её, мягко говоря, раздражает. А сам я тут аж в двух своих ипостасях, — и Анри кровожадно оскалился. — Нет, нет! Не о том ты думаешь! — заметив, как насторожился Лудильщиков, Каюзак поспешно замахал руками. — Я тут местного повара консультировал, только-только от него вырвался. А сейчас буду работать наглядным пособием!
Мужчина выпятил грудь и кивнул в сторону господина Фрёйда, толкающего жаркую речь в другом конце зала.
— Мой начальник решил продемонстрировать эффективность и перспективность своих исследований и выбить новые инвестиции. Вот я и буду демонстрировать его успехи!
— Ну, и как?
— Э-э-э… — оскалился приятель, — если ты спрашиваешь о лечении, то тут я могу изобразить всё, что угодно. А если об изучении протекающих ментальных и духовных процессах, то Фрёйд действительно гений! Мы с Анри, можно сказать, впервые смогли разглядеть друг друга по отдельности!
— Рад за вас!
— Слушай! — Каюзак придвинулся поближе и заговорщицки зашептал. — Может, как тут всё закончится, в казино рванём? Народу нового понаехало, можно будет знатно повеселиться!
На подобный пассаж Иван не смог сдержать улыбку. Он любил наблюдать за Анри в казино. Благодаря двойственности своей природы Каюзак виртуозно блефовал. Точнее, так: Каюзак умел мастерски играть, а Анри не знал ни раскладов, ни правил. Причём, не запоминал специально. А потому мог искренне радоваться самому худшему раскладу и натурально грызть ногти, когда ему выпал роял флеш… На это попадались даже самые опытные игроки.
— Это, конечно, здорово, но не уверен, что сегодня… — договорить у Лудильщикова не получилось, ибо именно в этот момент к ним подошла компания молодых и дерзких американцев.
— Наталья Феликсовна, — тщательно выговаривая непривычное для него отчество, один из них обратился в девушке. — Наконец-то я смог Вас увидеть! Позвольте представиться — Роберт Альфонсо Тафт, сын Уильяма Говарда Тафта, президента Соединенных Штатов Америки, для друзей и близких просто Боб. А это мои друзья…
Дальше пошли светские представления и приветствия всех и вся, и вот очередь дошла до Ивана.
— А это мой близкий друг, с которым ещё в юности мы вместе учились в Царскосельском лицее. Рассейский граф и наследный Бо империи Цин, Высший Целитель Лудильщиков Иван Федорович.
— Очень приятно! — сверкнул белозубой улыбкой сын президента. Но пока его больше интересовала Наталья. — Знаете, Наталья Феликсовна, мне показывали Ваш портрет! И должен сказать, что он был прекрасен. Но в жизни Вы ещё великолепнее.
— Боб, ты счастливчик! Такая Красавица! А сколько в ней магии! Мы все очарованы! — выдал один из приятелей, вызывающе сверкнув глазами.
«Как кобылу покупает! Ах он хорёк!» — окончательно разозлился Иван, но продолжал внимательно прислушиваться к завязавшейся беседе. В которой пока предпочёл не участвовать. Каюзак с Лилией стояли рядом, как верные оруженосцы.
— А вот подскажите…
— Не поверите, но с Вами ощущаю себя так легко…
— Ну, что вы!…
— Нет, нет! Это что-то! Фантастика! Прямо родство душ. Нам нужно обязательно…
Наталья? Наташа, будучи хозяйкой приёма, была обязана проявить радушие. Американец? Никаких граней дозволенного он не пересекал. В открытую «подкатывал» в Наталье? Так на это он получил одобрение её семьи. Иван? А Иван даже кавалером на вечер не выступал, да и в целом в рамках их с Наташей отношений никакого статуса, дарующего ему право
