Читаем без скачивания Центурион - Евгений Гаглоев

– Мы ведь поможем ему? – с надеждой спросила Марина. – Им обоим?

– Конечно! – заверил ее Артем. – Мы же обещали!

– Но почему он просто не сбежит от них? Почему выполняет приказы?

– Наверное, чтобы быть в курсе того, что происходит! – предположила Ирина.

– Вот встретимся с ним вечером и обо всем узнаем, – сказал Артем.

– Ну а теперь и нам пора! – скомандовала Ирина. – Раз Матвей спокоен, значит, у него точно есть какой-то план!

И ребята разошлись по домам. Но прежде отыскали в сарае большой лист фанеры и закрыли им разбитое окно. Нельзя оставлять особняк в таком виде. Катерина, когда вернется, отнюдь не обрадуется, если за время ее отсутствия в дом залезут воры.

Глава седьмая

Особняк князя Сухорукова

Черный лимузин с красными драконами на дверцах мягко скользил по автостраде, направляясь в сторону имения князя Сухорукова. Серебристые башни небоскребов Санкт-Эринбурга остались далеко позади, как и шум просыпающегося города. Солнце поднималось над горизонтом, начинался новый день.

Матвей, расположившись на обитом кожей сиденье, с невозмутимым видом смотрел на проносящиеся за окном деревья и старался меньше думать о том, что еще вчера его жизнь была совершенно другой. Ему становилось горько, когда он вспоминал застывшие статуи цирковых артистов, все еще запертые в темном зале театра «Иллюзион», Аглаю, своего отца и Катерину.

Интересно, как она сейчас? Алекс последовал за ней, и только это утешало Матвея. С таким сорвиголовой она точно не пропадет! При условии, что тому удастся разыскать ее в Зерцалии, где она скрылась от преследования злодеев.

Матвей ощущал на себе пристальный взгляд Шахини. Она всю дорогу, подозрительно прищурившись, разглядывала его. Раньше ему стало бы неловко, но сейчас он не чувствовал ничего, кроме безразличия и холодной ненависти ко всем этим людям. Он пообещал себе сделать все, чтобы помешать им осуществить их черные замыслы и чтобы снова воссоединиться с Катериной. Но пока ему лучше изображать покорность. Ведь только так он сможет подобраться к зеркалам Трианона и выведать все злодейские планы этих безумцев.

Водитель лимузина, здоровенный амбал, изредка бросал на него косые взгляды в зеркало заднего вида, но хранил молчание. За всю дорогу он вообще не проронил ни слова.

Зато Вест не умолкал, рассуждая о том, что им предстоит.

– Я ведь помню Сухорукова, – произнес Иннокентий, когда Матвей повернул к нему лицо. – Тот еще был тип! Жадный, злобный, завистливый старикашка. Истинный член Клуба Калиостро! Если бы Шадурская не расправилась с ним, он точно занял бы место председателя.

– А как она с ним поступила? – спросила Шахиня.

– Когда он стал ее конкурентом, она наплевала на их многолетнюю дружбу, – усмехнулся Вест. – Никто не знает подробностей случившегося, но Сухорукова вдруг разбил паралич, причем в очень удобное для графини время. С тех пор он прикован к постели и полностью отошел от дел. А ведь когда-то проворачивал такое, что у многих волосы дыбом вставали.

– Чем он занимался? – поинтересовался Матвей.

– Тебе полезно будет это узнать, – наставительно сказал Бест, – чтобы представлять, с кем предстоит иметь дело. Сухоруков водил дружбу с профессором Владимиром Штерном.

– Кто это? – нахмурился юноша.

– О, это одна из самых темных страниц в истории города. Немецкий эмигрант, долгое время живший в России. Штерн занимался генетикой и, по слухам, не чурался проводить опыты над людьми. Говорят, он пытался скрестить дээнка человека и животных, дабы создать мутантов, наделенных способностями и повадками разных зверей.

Матвей изумленно приподнял брови.

– Штерн имел титул барона и долгое время состоял в Клубе Калиостро. Там он и познакомился с Сухоруковым. Вместе они изучали оккультизм, много путешествовали по стране, собирая сведения о сверхъестественных фактах и событиях. Помнится, навязчивой идеей Штерна были оборотни. – Бест хохотнул. – Почему-то он сильно интересовался этими монстра ми и искал любые доказательства их существования. Как бы то ни было, все закончилось весьма печально. Штерн погиб при взрыве своей лаборатории. Здание сгорело дотла, уцелели лишь немногие. А самое интересное – позже на пепелище обнаружили странные останки. Скелеты существ, лишь отдаленно напоминающие человеческие.

– Неужели оборотни? – удивилась Шахиня. – Быть такого не может!

– Или Штерну все-таки удалось создать мутантов. Об этом мы уже никогда не узнаем, ведь свидетелей не осталось. Что-то мог знать князь Сухоруков, но незадолго до взрыва с ним приключилась эта его загадочная болезнь. Все произошло примерно через год после пожара в доме Башаровых, когда Трианон уже был разобран.

– Какая-то чертовщина! – бросила Шахиня. – Этот город как будто проклят!

– Но согласись, жить здесь гораздо интереснее, чем где-либо! – рассмеялся Иннокентий. – Кстати, вот мы и приехали.

Лимузин Беста остановился у массивной чугунной ограды большого мрачного особняка.

Матвей вышел из машины и увидел настоящий замок с красивыми башенками, высокими окнами и увитыми плющом стенами.

Архитектор, проектировавший это здание, явно обладал богатым воображением – оно было весьма необычной формы и представляло собой шестигранник, вытянутый вверх. Крыша – целое нагромождение башенок и каминных труб. Главная башня возвышалась по центру строения и казалась стержнем, вокруг которого располагались остальные части постройки.

Дом окружал большой сад, некогда красивый и ухоженный, но сейчас невероятно запущенный. Дорожки, вымощенные белым камнем, покрывал толстый слой опавших листьев, на газонах и клумбах вместо цветов торчали побеги репейника и чертополоха. Неподалеку от особняка за костлявыми деревьями была видна большая оранжерея с запыленными мутными стеклами.

По обе стороны от главной дороги ровными рядами на невысоких постаментах стояли черные рыцари в человеческий рост. В руках они сжимали длинные мечи и алебарды. Матвей насчитал двенадцать статуй.

Шахиня приблизилась к одному из них и прикоснулась к доспехам.

– Это стекло! – не веря глазам, воскликнула она. – Черное стекло!

Бест приподнял бровь:

– По-видимому, князь Сухоруков знал о Зерцалии не понаслышке.

– Думаешь, он бывал там? И эти рыцари… оттуда?

– Вряд ли. Проход в тот мир без хрустального ключа невозможен. Скорее всего он водил дружбу с Казимиром Поплавским, и тот поделился с ним кое-какими секретами. А Сухоруков затем просто заказал подобных рыцарей для своего сада.

Бест поднялся на террасу дома и постучал в тяжелую входную дверь из черного дерева. Странно, но ни у ворот, ни во дворе их никто не встретил. Словно охранников, как и садовников, здесь не держали вовсе.

Им открыла высокая, грузная женщина средних лет. В темном платье, обтягивающем ее мощную фигуру, и в крохотном кружевном передничке она смотрелась очень комично.

– Что вам угодно, господа? – мрачно спросила она.

– Иннокентий Бестужев, – представился Бест. – Могу я поговорить с хозяевами этого дома?

Женщина смерила его недовольным взглядом, затем шагнула в сторону, пропуская гостей.

– Алена Александровна! – рявкнула она так, что Бест и Шахиня едва не присели. – К вам тут гости нарисовались!

Матвей вслед за своими новыми хозяевами вошел в просторный холл. И вдруг почувствовал, как волосы на его голове зашевелились. По коже побежали мурашки. Он словно оказался под действием электрического поля! Но это ощущение быстро прошло.

Юноша поежился и невольно пригладил волосы. Интересно, что это было?

Первый этаж особняка представлял собой большую гостиную. Пол, выложенный черной и белой плиткой, напоминал шахматную доску. Высокие шестигранные колонны поддерживали потолок, мебель в основном была старинная, можно даже сказать – антикварная.

В центре гостиной возвышался необычный предмет из черного камня – на подставке высотой почти в два метра стояла большая чаша в виде человеческой руки с острыми когтями. Когда-то эта рука, видимо, что-то держала: в ней до сих пор находились какие-то осколки. Наверное, это был светильник или что-то вроде того.

Все в гостиной было покрыто толстым слоем пыли. Похоже, уборкой в этом доме давно не занимались.

По широкой каменной лестнице навстречу посетителям спускалась маленькая, щуплая женщина, увешанная драгоценностями, в ярко-красном платье и с большими очками в серебряной оправе на носу. Ее прическа, этакая башня из светлых кудряшек, делала свою обладательницу выше почти на полметра.

– Гости?! – обрадованно воскликнула Алена Александровна. – Так что ты стоишь, Марьяна? А ну организуй-ка нам чайку!