В конце коридора он чуть не сбивает с ног входящего в тюрьму старшину.
Гаррис. Сэр, заключенные…
Старшина. Можно подумать, что тут празднуют победу. Быстро собрать сюда всех из охраны!
Гаррис. С оружием?
Старшина. Ты что, черт возьми, забыл, где находишься? Думаешь, что ты в Чикаго? Не хватало еще переводить на них пули, хватит им и моего языка… Выпустить всех из камер!
Гаррис с недоумением смотрит на старшину, затем быстро идет по коридору от камеры к камере, отпирая двери и командуя: «Выходи!» Люди быстро заполняют коридор, продолжая кричать.
Старшина останавливается на середине коридора и, нахмурив брови, смотрит на заключенных. Шум постепенно затихает.
Старшина (обращается к одному из заключенных). Как твоя фамилия? Оливер Твист? (Заключенный не отвечает.) Поставь кружку на место. До завтрака еще далеко. (Заключенный не двигается.) Я спрашиваю, как твоя фамилия?
Заключенный. Стивенс.
Старшина сдвигает брови и пристально смотрит на заключенного.
Старшина (Бартону, который стоит у двери). Сержант!
Бартон. Слушаю, сэр.
Старшина. Произошло чудо. Сюда пришел мертвец! Отведите его обратно в морг.
Бартон. В морг, сэр?
Старшина. Да, в морг, через холм. Дайте ему в последний раз перед тем, как мы его похороним, как следует пробежаться.
Заключенный бросается на старшину, но тот делает шаг в сторону.
Бартон (хватая заключенного). Бе-гом!
Заключенный останавливается, затем бежит мелкой рысцой к выходу. Старшина смотрит на другого заключенного.
Старшина. Сержант!
Сержант. Слушаю, сэр.
Старшина. Принесите мне Королевский воинский устав. Быстро.
Сержант. Слушаюсь, сэр! (Убегает.)
Старшина (заключенному). Фамилия?
Заключенный. Джонсон, сэр.
Старшина. Это ты затеял бунт?
Заключенный. Что?.. Я?.. Я ничего не затевал.
Старшина. Ну а что тогда значит этот крик? Вы что, развиваете легкие?
Заключенный. Кто убил Стивенса?
Старшина. Сержант!
Второй сержант. Слушаю, сэр.
Старшина. Пробегитесь-ка с этим до морга. Покажите ему труп. Если он найдет на нем какие-нибудь следы холодного или огнестрельного оружия, отведите его в комендатуру, и пусть он там это изложит на бумаге. А потом пустите его к коменданту одного, чтобы он не боялся говорить все, что захочет.
Второй сержант. Слушаюсь, сэр.
Старшина. Бегом марш!
Сержант и заключенный убегают.
Старшина. Надрали глотки — теперь хватит. А не то я всех вас выгоню на холм. Всех до единого, негодяи!.. (В рядах заключенных слышны злобные выкрики. Старшина ждет, пока они утихнут.) Если у вас есть какие-нибудь жалобы, вам никто не запрещает обратиться к коменданту. Назовите только свою фамилию старшему по корпусу. Но смотрите, чтобы жалоба была правдой, а не выдумкой… (Снова шум.) А теперь запомните: если это безобразие сейчас же не прекратится, я предъявлю зачинщикам обвинение в бунтарстве.
Голос. А вы знаете, кто зачинщики?
Старшина. Каждый пятый. Один из каждой камеры. Подумайте хорошенько. Вы меня знаете. Я зря не запугиваю… Ну так у кого из вас есть жалобы? (Молчание.) Кто-нибудь из вас хочет пойти к коменданту? (Молчание.)
Старшина, удовлетворенно усмехнувшись, направляется к выходу. В этот момент Джо делает три шага вперед. Старшина останавливается. Лицо его мрачнеет.
Старшина. Зачем тебе нужен комендант?
Джо. Хочу доложить ему, сэр, что в смерти Стивенса виноват сержант Вильямс.
Старшина. Полагаю, у тебя есть доказательства, Робертс?
Д ж о. Я буду рад представить возможность суду доказать это.
Старшина. Ты обвиняешь сержанта Вильямса в убийстве рядового Стивенса?
Джо. Да, сэр.
Старшина. Так-так… И у тебя есть свидетели?
Джо. Все в нашей камере знают об этом.
Старшина. Хорошо. В таком случае, если нам повезет, мы будем наблюдать, как Вильямса поставят к стенке. Ты этого хочешь, Робертс, не так ли?
Джо. Да, сэр.
Старшина (обводит взглядом заключенных). Бартлетт, ко мне бе-гом! (Монти подбегает к нему.) Ты видел, Бартлетт, как сержант Вильямс убил рядового Стивенса, не так ли?
Монти. Нет, сэр. Я ничего такого не видел, сэр, нет-нет.
Старшина. Не отпирайся, не надо, ты ведь видел кровь на руках Вильямса, ну?
Монти. Нет, сэр, не видел. Я ничего не видел. Прошу перевести меня в другую камеру… Робертс…
Старшина. В просьбе отказано. Стать в строй! (Монти убегает.) Мак Грат, бегом сюда!
Мак Грат подбегает и останавливается перед старшиной.
Старшина. Это правда, Мак Грат, что ты видел, как совершилось убийство?
Мак. Нет, сэр. Но я сам совершу убийство, если Робертс не перестанет каркать!
Старшина. Если с ним что-нибудь случится, я буду знать, кто это сделал, понял?.. На место!
Мак убегает. К старшине подходит Вильямс.
Старшина. Бокумбо, сюда! (Джеко подбегает к старшине и становится перед ним по стойке «смирно».) Ну а ты что скажешь?
Джеко. Что Вильямс убил Стивенса, это так. Но как доказать это? Вот в чем вопрос!
Среди заключенных слышится неясный гул.
Сержант (проходит вдоль рядов). Прекратить разговоры в строю!
Старшина (Вильямсу). Вы слышали, сержант?
Вильямс. Да, сэр.
Старшина. Это серьезное заявление!
Вильямс. Он врет. Я никогда и пальцем не трогал Стивенса.
Появляется Гаррис. Старшина обращается к нему:
— Сержант Гаррис! Приведите Робертса и Бокумбо к коменданту в девять тридцать.
Гаррис. Слушаюсь, сэр.
Старшина. И сообщите врачу, что его тоже вызывают в девять тридцать к коменданту. (Улыбается.) Оказывается, Стивенс умер не от солнечного удара — его убили.
Гаррис. Неужели, сэр?
Старшина. Да. Скажите врачу, чтобы он обязательно пришел. Ставится под сомнение его профессиональная репутация.
Гаррис. Репутация нашего врача, сэр? Чепуха! Все знают, что наш врач может делать чудеса: хромого заставить ходить прямо, слепого — видеть, а калек — с танцами подниматься на холм…
Взрыв смеха в рядах заключенных. Сержант идет вдоль строя, приказывая им замолчать. Старшина смотрит на Гарриса, но ничего не говорит. Он ждет, пока восстановится тишина.
Старшина (после паузы). Что же он еще может делать, сержант?
Гаррис. Ездить по воде на велосипеде и превращать воду в вино, сэр.
Снова взрыв смеха. Старшина жестом приказывает сержанту не кричать на заключенных. Заключенные вскоре сами перестают смеяться.
Старшина. А поднимать мертвых он не может, сержант?
Гаррис. Нет, сэр. Поднимать не может. Он может только опускать их.
Смех. Старшина смотрит на заключенных и тоже улыбается.
Старшина. У вас, сержант, оказывается, талант. Из вас вышел бы хороший комик в мюзик-холле.
Гаррис. Возможно, сэр. Не дадите ли разрешение организовать для заключенных концерт?
Взрыв смеха. Старшина тоже смеется.
Старшина. Ну нет, Чарли, это нет… (Лицо его становится серьезным.) Ты и так многое организовал. Думаешь, я не знаю?.. (Направляется к выходу и по дороге на секунду задерживается возле Бартлетта и Мака Грата.) Бартлетт, Мак Грат, будьте наготове. Вы можете понадобиться… Все по камерам!.. Идемте со мной, Гаррис.
Заключенные, переговариваясь, расходятся.
Гаррис и старшина идут по коридору.
Старшина. Что, подкапываешься под меня?
Гаррис. Я?.. Вы ошибаетесь, сэр!
Старшина. С этой минуты ты будешь подчиняться сержанту Вильямсу.
Гаррис. Ну, что ж…
Старшина. Я знаю, тебе это все равно. Ты всегда хвастался, что не выслуживаешься и что тебе не нужны ни чины, ни почет.
Гаррис. Я хотел бы быть подальше от всего этого, сэр. Как можно дальше…
Старшина. Хорошо. Здесь есть немало тех, кто ниже тебя чином, Они получат повышение. Ну и, конечно, деньги. Все — кроме тебя, Чарли…
Тюремная камера.
Входит Джо, за ним — Вильямс.
Вильямс. Ты думаешь, тебе это пройдет?
Джо. Скорей я должен задать вам этот вопрос, сержант.
