врачей, все они были заполнены потенциальными студентами.
– Мир их не принял.
– И что с ними будет?
– Ничего. – Собеседница пожала острыми плечиками. – Доктор с помощником подчистят им память и вернут домой. К прежней жизни. Не бойся. Им ничего не угрожает. А вот ты останешься. Поздравляю.
– Спасибо.
Девушка еще раз улыбнулась и упорхнула в сторону капсул. А я принялась рассматривать обстановку. Все выглядело по больничному. Гладкие светлые стены, большие окна и пищащая аппаратура. Все это чем-то напоминало реанимационное отделение из американского кино. Если так выглядел обычные академический лазарет, что же тогда делается в настоящей больнице? И насколько вперед ушел у них прогресс?
– Давно проснулась? – В реальность вернул знакомый голос куратора.
Ирлинг стоял рядом. В руках держал два стаканчика с кофе и небольшой сверток.
– Минут двадцать. Привет.
– С ними все будет в порядке. Капсулы помогают адаптироваться к магии. Их каналы плохо развиты для нашего мира.
– Долго я была без сознания?
– Меньше суток. Медведь решил подлечить твой гастрит. – Врач, будто услышал, что о нем говорят, повернул голову и кивнул куратору. – Иди, переодевайся.
Мне в руки сунули сверток и отправили за ширму. К собственному облегчению никаких старомодных платьев, панталон и прочих радостей в свертке не было. Привычное спортивное белье, джинсы и свитер. Все родное. Все куплено в любимом интернет-магазине на осенней распродаже.
На душе стало как-то теплее и спокойней. А вот моему куратору, судя по взгляду, одежда не очень нравилась. Не удивительно. Сам барон одевался с иголочки. Все, что изменилось с момента нашей последней встречи, это крылья. Теперь они гордо возвышались у него за спиной, а не прятались под одеждой.
– Я готова.
– Отлично. – Мужчина улыбнулся и протянул что-то похожее на наш одноразовый стаканчик для кофе. – Сначала небольшая экскурсия по комплексу академии. А потом покажу твою комнату.
Когда барон дэ Барэд говорил о «небольшой экскурсии» он явно скромничал. Прогулка по академическому комплексу заняла больше шести часов. Хотя нет. Это был даже не комплекс. Это был город. Отдельный город, живущий по своим правилам и законам. Здесь было практически все: учебные корпуса, полигоны, общежития, дома для преподавателей, рабочие зоны, зоны отдыха, даже несколько милых кофеин.
Я шла за ирлингом, вполуха слушая историю создания альма матер и отмечая для себя разные, необычные детали. Цифровые панели непонятного предназначения, мелких существ под названием кархи, которые при ближайшем знакомстве оказались кем-то вроде домовых эльфов. Правда, в отличие от знаменитого Добби, выглядели вполне себе упитанно, и на шею сесть не позволяли.
– Кархи питаются излишками магии. В академии этого добра хватает. Поэтому они и живут здесь.
– С ними заключили контракт?
– Скорее, устную договоренность. – Почесал подбородок ирлинг. – Они смотрят за академией, а ректор их не выселяет.
– А зачем эти панели? – Указала пальцем на светящееся табло, возле одной из дверей.
– Это для удобства служащих, не обладающих магией. Ну, или для тех, кто не привык ей пользоваться.
– На Ярсе есть немагические существа?
– Конечно. Люди, например, иногда рождаются без способности пользоваться магией. Или с очень слабым даром. От этого никто не застрахован.
– И что с ними становится?
– Ничего. – Засмеялся Айсер. – Они живут и делают нашу планету более комфортной и технологичной. Поверь, если бы не они, ничего бы из этого техногенного великолепия не существовало. Но об этом ты узнаешь на общих лекциях по истории. А теперь, пойдем. Нужно показать тебе общежитие и дать переварить увиденное.
И здесь я с ним была категорически согласна. Переварить – это то, что нужно.
– В академии работает адаптационная программа для тех, кто пришел из других миров. – Продолжал рассказывать куратор, ведя меня по зеленой аллее. – Ты быстро освоишься.
– Надеюсь на это.
– Я уверен. Твоя комната на восьмом этаже. Данные для входа внесены в систему.
– Давненько я не была в женских общежитиях. – Задумчиво протянула, входя в пустой холл.
– Оно мужское. Точнее, универсальное. Принадлежит факультету дознавателей. А так как ты на нем единственная девушка…
– Хоть душевые не общие?
– Нет. Душевые не общие. И комната у тебя отдельная. Мы же не в ильрийской древности живем. – Возмутился ирлинг и распахнул передо мной тяжелую дверь.
Добро пожаловать в новый дом, Яра. Выдохнула и вошла в спальню. Она оказалась небольшой, но вполне себе уютной. Минимум мебели, светлые тона, большие окна. Не хватало только каких-нибудь мелочей, чтобы хоть как-то «обуютить» пространство.
– Обживайся. Я зайду за тобой завтра. – Сказал он это практически в самое ухо и … исчез. Натурально исчез, оставив меня с мурашками на спине и чувством чего-то не то чтобы неправильного, но не самого обычного.
Глава 8
Кабинет ректора
Рэдерик поджал губы. Тихо выругался. Он смотрел на поступивший запрос и не знал, как правильно ответить. Или знал, но никак не мог перебороть себя и отправить сообщение в императорскую канцелярию.
Его Величество просил отдать пустующие преподавательские места на факультете дознавателей четвертому Кругу. Как назло, все три кандидата идеально подходили на заявленные должности. Даже формальной причины для отказа у ректора не было.
Арты! Арты в его академии. Еще и полным Кругом! Рэдерик сжал карандаш. Тот не выдержал натиска и осыпался в руках хозяина мелкой пылью.
Ответить отказом на императорский запрос ректор не мог. Успокаивая себя лишь тем, что это всего на один семестр. А может, и меньше. Ирлинг потер виски, размял шею и отправил вестник.
К счастью, подобная документация не требовала витиеватых ритуальных ответов. Все обошлось заполнением стандартной формы. Осталось позаботиться, чтобы адепты женского пола как можно реже пересекались с представителями правящей расы. Хорошо, что на факультете дознавателей только одна девушка. И с полным иммунитетом.
Кабинет императора
Гариус сложил руки за спиной и застыл каменным изваянием. Ждал, когда отец озвучит решение ректора Барэда. Он знал, отказать ирлинг не может. Даже формальных причин для этого не было. Каждый член его Круга идеально подходил на роль преподавателя. Но, кто знает что ректора в голове? Слишком ревностно он относился к своей академии.
Гариус ла Карет перевел взгляд на отца. Пожилой арт не спеша перекладывал исписанные листы из одной стопки, в другую. Иногда поглядывал на сына. Молчал. Он никуда не торопился. Гариусу начало казаться, что так родитель испытывает его терпение на прочность. Хорошо, что остальных членов правящего круга здесь не было. Иначе пришлось бы долго объяснять, какого рожна им с побратимами понадобилось в академии.
– Держи. – Закончив с бумагами, отец достал из ящика стола тонкую папку. – Только прежде, чем побежите
