с благодарностью приняли его предложение и, поставив грузовик во дворе его дома, начали кормить животных. Во время кормежки Джеки пришла в голову счастливая мысль.
— Я знаю, что делать! — радостно воскликнула она. — Давай позвоним в посольство.
— Мы не можем звонить в посольство и просить устроить на неделю наших животных, — возразил я. — Посольства не занимаются такими делами.
— Если ты позвонишь мистеру Джибсу, он, возможно, сумеет нам помочь. Во всяком случае, попытаться стоит.
Нехотя, сознавая бесполезность этой затеи, я все же позвонил в посольство.
— Алло, вы уже вернулись? — послышался веселый голос мистера Джибса. — Вы удачно съездили?
— Да, спасибо, отлично.
— Очень рад за вас. И много вам удалось поймать животных?
— Да, порядочно. Дело в том, что из-за этого я вас и беспокою. Я хотел спросить, не сможете ли вы нам помочь.
— Конечно. А в чем дело? — спросил мистер Джибс, ничего не подозревая.
— Нам нужно где-то разместить на недельку животных.
Последовала непродолжительная пауза, во время которой мистер Джибс, как я предполагаю, боролся с искушением немедленно повесить трубку. Но я недооценил его самообладание; когда он мне ответил, его голос был таким же ровным и любезным, как обычно, без каких-либо признаков истерии.
— Да, это, пожалуй, нелегкая задача. Вам, вероятно, нужен сад или что-либо в этом роде?
— Да, и желательно с гаражом. У вас нет ничего на примете?
— Пока нет, мне не часто приходится подыскивать… э-э… помещения для живого инвентаря, так что мой опыт в этом отношении невелик. Если вы зайдете ко мне завтра утром — может быть, к тому времени я что-нибудь найду.
— Большое спасибо, — благодарно ответил я. — Когда вы приходите в посольство?
— О нет, так рано не надо, — поспешно ответил мистер Джибс. — Зайдите что-нибудь около половины одиннадцатого, я постараюсь к этому времени кое с кем поговорить.
Вернувшись во двор, я передал Джеки и Яну содержание нашего разговора.
— Пол-одиннадцатого нас не устраивает, — сказала Джеки. — Шофер только что предупредил, что грузовик ему понадобится к шести часам.
Некоторое время мы сидели в мрачном молчании, усиленно работая мозгами.
— Знаю! — неожиданно воскликнула Джеки.
— Нет! — твердо ответил я. — Я не буду звонить послу.
— Да я не об этом — позвоним лучше Бебите.
— Черт побери, ну разумеется! И как это мы раньше не сообразили.
— Я не сомневаюсь, что она нас устроит, — продолжала Джеки таким тоном, как будто была искренне убеждена в том, что каждый житель Буэнос-Айреса с удовольствием примет участие в размещении небольшого зверинца, стоит его об этом попросить. В третий раз я пошел к телефону. Последовавший разговор показал, на что способна Бебита.
— Алло, Бебита, добрый вечер.
— Джерри? Здравствуй, мальчик, я только что говорила о вас. Где вы сейчас находитесь?
— В каком-то пригороде Буэнос-Айреса — вот все, что я могу сказать.
— Выясни скорее, где вы, и приезжайте ужинать.
— Мы бы с удовольствием, если б можно было.
— Конечно, можно.
— Бебита, я звоню тебе в надежде, что ты сумеешь нам помочь.
— Ну конечно, мальчик. В чем дело?
— Понимаешь, мы здесь со своими животными. Ты не сможешь пристроить их куда-нибудь на недельку?
Бебита весело засмеялась.
— Ах! — произнесла она с напускным смирением. — Ну что ты за человек! В такой час ты звонишь мне только для того, чтобы попросить устроить своих животных. Ты всегда думаешь только о своих животных!
— Я знаю, что сейчас уже поздно, — сказал я с раскаянием, — но если мы до утра ничего не найдем, нам придется чертовски трудно.
— Не отчаивайся, мальчик, я найду что-нибудь для тебя. Позвони мне через полчаса.
— Чудесно! — сказал я, приободрившись. — Я очень сожалею, что пришлось беспокоить тебя такими делами, но нам больше не к кому обратиться.
— Глупости, — ответила Бебита. — Разумеется, вы должны были обратиться ко мне. Всего хорошего.
Прошло мучительных полчаса, и я снова подошел к телефону.
— Джерри? Все в порядке, я нашла для вас место. Один мой приятель согласился пустить твоих зверюшек в свой сад. У него там есть что-то вроде гаража.
— Бебита, ты просто чудо! — воскликнул я, вне себя от восторга.
— Ну разумеется, — весело подтвердила она. — А теперь записывай адрес, отвези свой зверинец и приезжай ужинать.
Воспрянув духом, мы помчались по указанному адресу. Через десять минут машина остановилась, и, выглянув из кузова, я увидел массивные металлические ворота высотой около двадцати футов; широкая аллея, усыпанная гравием, вела к дому, напоминавшему несколько уменьшенную копию Виндзорского замка. Я уже хотел сказать шоферу, что он ошибся и привез нас не по тому адресу, как ворота неожиданно раскрылись и приветливо улыбающийся привратник поклонился нам с таким видом, будто перед ним не обшарпанный грузовик, а роскошный роллс-ройс. С одной стороны дома проходила крытая веранда; она-то и была отведена для наших животных, как сообщил привратник. Еще не вполне оправившись от изумления, мы начали разгружать машину. Опасаясь, что произошло какое-то недоразумение, мы поспешили расставить клетки и удрать, прежде чем хозяин дома поднимет шум.
Бебита, спокойная и красивая, приветствовала нас в своей квартире; как видно, вся эта история ее насмешила.
— Ну что, дети, благополучно разместили своих животных?
— Да, спасибо, все в порядке, там им будет просто чудесно. Твой друг поступил очень великодушно, Бебита.
— Ах, — вздохнула она. — Разумеется, он чудесный человек… великодушный… очень обаятельный… Вы представить себе не можете, какой он обаятельный человек.
— И долго тебе пришлось уговаривать его? — недоверчиво спросил я.
— Что ты, наоборот, он сам мне это предложил. Я только позвонила ему и сказала, что мы хотим поместить нескольких маленьких зверюшек в его саду, и он немедленно
