— Что в прицепе, добрый человек? — прорычал ведьмак, доставая коричневую монетку из мошны.
— Водка, милсдарь, на ягодах. Своя, домашняя. — ответил самогонщик натягивая поводья.
— А без ягод найдется?
Старик просветлел от услышанного вопроса, улыбнулся и пальцем велел обождать, он чутка покопался в наспех украшенной повозке и достал завернутую в мокрую ткань бутыль. Ловко развернув сукно крючковатыми пальцами, самогонщик протянул бутылку ведьмаку.
— Холодная… — удивился Морро принимая стеклянную тару и отдавая монету.
— Еще бы ей быть не холодной, да чтобы мне в дерьме поросячьем захлебнуться, если я свою ржаную теплой продам.
— Будь здоров, добрый человек. — ведьмак откупорил бутыль, яркий хлебный аромат ударил по носу и Морро сделал три добротных глотка.
Мягкий вкус превосходного напитка с легкими нотками душистых специй, слегка обжег небо и с теплом разлился по желудку. Командор поднял восхищенный взгляд на улыбающегося старичка.
— А вот теперь — будьте здоровы, милсдарь. — старик поправил дурашливую шапку, легонько ударил поводьями ослика и тронулся дальше по площади, на лице его сияла самодовольная улыбка.
Водка и добрый старец на короткое время успокоили кипящую в ведьмаке злобу, Морро приложился к бутылке еще разок и не торопясь побрел обратно в «Мутный глаз». Нужно было обыскать трупы предателей, возможно, получится найти какие-либо улики. Оперение на стрелах, меткость и ловкость стрелков не оставляли сомнений, что лучниками были эльфы. «Значит, настал конец роскошной вальяжной жизни…» Грустная мысль пробежала в голове ведьмака, но тут он осознал: «Наконец, настало время кровопролития.» От этой мысли Морро слегка улыбнулся и зашагал быстрее. Кровь закипела в венах старого охотника на чудовищ, ведь он давненько не знавал славной охоты. Азарт выслеживания добычи овладел ведьмаком, он сделал еще пару глотков ржаного самогона и отдал бутылку сидящему на бочке лысому мужичку, раскуривающему длинную трубку.
— Хорсова блага вам, милсдарь! — пыхнул дымом и поблагодарил ведьмака незнакомец.
Морро кивнул, но пропустил слова мужика сквозь себя, теперь его занимала только охота на того безумца, который вздумал разрушить его жизнь. Пусть это даже эльфский князек восстал из мертвых — ведьмак еще раз вспорет ему брюхо и сбросит с высоты побольше. Странное скопище людей возле «Мутного глаза» выдернули Морро из греющих фантазий о неминуемом возмездии. Двое стражников виднелись в окне на втором этаже корчмы, капитан Кадебо вместе с другой парой солдат о чем то допрашивал девушку с перевязанным плечом. «Какого беса они тут делают? Да и плевать.» Морро подошел к капитану:
— Капитан?
— Командор! — Кадебо резко обернутся и испуганно отсалютовал.
— Что вы тут делаете? — Морро не мог решить во что именно стоит посвящать молодого капитана и по этому решил сначала узнать, что ему известно.
Кадебо протянул командору пергамент, рука юноши немного тряслась, Морро это не понравилось. Ведьмак принял свиток, развернул и начал читать.
«Командор Морро — предатель, лжец, преступник и убийца. Хотите сами в этом убедиться, будьте в «Мутном глазу» к полуночи.»
Морро поднял глаза на капитана:
— Что это? — голос командора был глух и угрожающ, капитан словно почувствовал волну злости излучаемую Морро, и отпрянул от него на шаг.
— Такие письма пришли в стражу, наместнику…, — Кадебо замялся, — И всем заседателям Зала советов.
Ведьмак грязно выругался про себя и его глаза блеснули огнем на бесстрастном заросшем лице.
— О! Командор, а вот и вы! Тоже весточку получили? — из дверного проема, усеянного свежими царапинами от стрел, появился рослый лысый мужчина в праздничном кафтане цвета переспелой клубники.
Ведьмак медленно обернулся:
— Барон Охол, доброй ночи. — Морро вложил все презрение в это приветствие. — Вас видимо оторвали от праздничного стола? От вас смердит клубничным пойлом для девок.
Барон скривил надменную улыбку:
— Не вам мне что-то говорить про смрад. — Охол хмыкнул себе под нос. — Или вы бахвалитесь тем, что пьете обычный самогон и этим вы мужественнее меня?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да, мысль вы уловили, барон, а теперь позвольте мне продолжить разговор с моим капитаном.
Барон Батни Охол — первый претендент на пост Наместника. Ходили слухи, что именно его хотели посадить на трон Весвальда, когда затяжная война с разбойниками Маллиндайна стала утомлять Великого Князя. После того, как ведьмак расправился с эльфом в кровопролитном сражение при Водопаде Жизни, разговоры о смене власти сошли на нет и барон затаил на Морро смертельную обиду. Сначала ведьмака забавляло манерное поведение Охола, его ужимки и выборы ярких платьев смешили Морро и он никогда этого не скрывал, а стремительное повышение из придворных ведьмаков в командоры и полная лояльность Наместника Рудаса, дали прошлому простолюдину-мутанту практически дворянскую неприкосновенность.
— Я еще с вами не закончил, командор. — барон Охол вплотную подошел к командору и пальцем провел по белой рубахе.
Ведьмак отдернул плечо. Барон поднес руку к свету масляного фонаря и на указательном пальце отчетливо виднелся мучной след.
— Вы теперь еще и мельником заделались? — Охол гнилостно улыбался в лицо ведьмака. — Али может вообще корчмарем?
Морро не нравилось происходящие, уже простые зеваки стали сходиться к «Мутному глазу» постепенно образуя толпу нежелательных зрителей. Барон тоже заметил проявленный к ним интерес и стал говорить громче:
— Возле сеней у задней двери все, как и вы, загажено в муке, а на втором этаже у нас есть пара четких следов на крови. — барон взял паузу и подошел непозволительно близко к старому ведьмаку. — Думаю, следы совпадут и на подошвах ваших дорогих сапог мы обнаружим кровь.
Морро резко, почти неуловимо для взгляда обычного человека, ударил головой в нос борону, тот отлетел обратно к дверям, схватился за лицо и быстро поднялся, одной рукой обнажая меч.
Толпа охнула, Охол пытался осознать случившееся и думал было открыть рот, но ведьмак его перебил:
— Что за представление вы здесь устроили, барон? В момент, когда над нами, возможно, нависла страшная угроза вы подливаете масло в огонь людского беспокойства. — ведьмак говорил громко и властно, — Я был здесь и на меня было совершенно нападение — подробности я изложу наместнику, а не вам. Ваш тон и нападки я нахожу оскорбительными…
— Да как ты смеешь, мутантский выродок! — заорал барон, а толпа теперь ахнула. — Ты зашел слишком далеко! Стража, взять его! — никто из стражников не шелохнулся.
— Вы наверное забыли, барон, но стража подчиняется мне. — командор положил руку на рукоять кинжала. — Опустите оружие, барон, не пугайте людей.
Глаза потомственного дворянина Батни Охола по крысиному забегали перескакивая хищным взглядом со стражника на стражника. Ярко-алая кровь капала с подбородка и терялась на роскошном платье барона, искусно выкованный фамильный меч дрожал в тощей руке. Затянувшееся молчание прервал солдат личной гвардии барона, спустившийся со второго этажа с пачкой каких-то бумаг.
— Барон? — солдат озадаченно взглянул на своего господина и ведьмака, он думал было потянуться за оружием на поясе, но обе его руки были заняты бумагами, по этому гвардеец неуклюже дернулся и застыл на месте.
Барон убрал в ножны меч и пятясь подошел к слуге:
— Говори.
— Посмотрите — это я нашел наверху. — гвардеец поднес бумаги выше к барону.
Охол быстро просмотрел один лист, затем другой, третий. Барон еще перелистнул пару бумаг и его окровавленное лицо расплывалось в большей и страшной улыбке, похожей на кривой мясницкий тесак.
— Теперь то ты не отвертишься, нелюдь. — злобно проговорил барон. — Тут везде твое имя, имена подельников, суммы, описания товаров. Есть и информация по последней очень интересной сделке на, так называемом, аукционе. — Барон довольно хлопнул бумагами о ладонь.
