Я посмотрела в зеркало, которое послушно отразило очень бледную встрепанную девицу в поистине роскошном платье. Светло-голубое, шелковое, оно невесомо обнимало меня, перехваченное широким поясом, щедро расшитым мелким речным жемчугом. Матушка настояла, чтобы спина была открытой, мол, таковы последние веяния моды. И я зябко ежилась при каждом дуновении ветерка.
Могло быть и хуже. Помнится, вначале мать намеревалась сделать из меня настоящую звезду бала, выбрав ярко-алую ткань. Тогда бы мне точно не удалось затеряться в толпе. Будем надеяться, что Рауль не заметит меня среди придворных. В этот вечер ему точно будет не до меня.
Если ему вообще есть до меня дело. Вполне может статься, что разговор, так встревоживший меня, просто шутка. Тонкая издевка, своего рода месть за расторгнутый раньше времени контракт. Что ни говори, а чувство юмора у короля Герстана все-таки очень своеобразное.
— Спасибо, все хорошо, — проговорила я, заметив, как матушка насупилась, недовольная затянувшейся паузой.
— А я все-таки не понимаю, почему вы отказались от первоначальной задумки, — внезапно подала голос Розалия. — Алый — это цвет сезона. К вашей дочери были бы прикованы взгляды всех присутствующих. Это платье, безусловно, симпатичное. Миленькое, так сказать. Но при этом совершенно обычное. Вы ведь говорили, что Оливия должна всех затмить на балу. Однако в этом наряде она куда скорее сольется с окружающей обстановкой.
— Не говори глупостей, Розалия! — раздраженно отмахнулась мать. — Оливия и так всех затмит. Я в этом совершенно не сомневаюсь.
Розалия скептически заломила бровь. А я в свою очередь нахмурилась.
А ведь и в самом деле. Погрузившись в свои проблемы с головой, я почти не обращала внимания на процесс выбора платья. Однако вначале матушка и впрямь была настроена более решительно в плане фасона и цвета. Почему она так резко передумала и сама предложила куда более скромный вариант? Как-то не похоже на нее.
— Мама, а ты, случайно, Элдена недавно не встречала? — вкрадчиво поинтересовалась я, поймав за хвост ускользнувшую было мысль.
— Встречала, — с готовностью подтвердила матушка. — Где это видано, чтобы жених так равнодушно относился к первому выходу своей невесты в свет? Да, он очень занят сейчас, но несколько минут-то может уделить столь серьезному и ответственному делу! Поэтому дней пять назад я заявилась к нему с каталогами и пригрозила, что никуда не уйду, пока он не выскажет свое мнение. Однако Элден полностью одобрил мой выбор.
— Смею напомнить, что именно пять дней назад вы целиком и полностью отвергли первоначальный замысел, — с сарказмом проговорила Розалия. — А ведь я уже принялась за выкройку.
— Разве? — Матушка недоверчиво хмыкнула. — Что-то я такого не припоминаю. Я с самого начала твердила тебе, что надо подобрать для Оливии что-нибудь скромное, но со вкусом. Нечего ей наряжаться подобно этим светским вертихвосткам, у которых одно только на уме.
Розалия мученически закатила глаза к потолку, но мудро не стала продолжать спор. А я сделала мысленную заметку. Ага, стало быть, без Элдена тут все-таки не обошлось. Потому как изначально моя матушка намеревалась выставить меня в самом ярком и броском наряде.
Все-таки очень обидно, что некоторые люди имеют столь потрясающую власть над чужими мыслями, чувствами и желаниями. Еще один довод в пользу того, что я обязана овладеть этим видом магии! Иначе сама не замечу, как обращусь в блеклую тень своего могущественного супруга, не имеющую права на собственное мнение.
— Теперь могу отдохнуть? — спросила я, когда Розалия вогнала в подол последнюю булавку.
— Да, моя хорошая, на сегодня все, — милостиво разрешила матушка. — Завтра с утра наряд будет полностью готов. Я пригласила Инесс, она работает в салоне красоты. Утром сделает тебе прическу, а я распотрошу свою шкатулку с драгоценностями. Благо твой отец в свое время завалил меня всякими безделушками. Но пока можешь быть свободной.
Я мысленно возликовала и принялась стаскивать с себя платье. Ну наконец-то!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Шла бы ты прогулялась, — добавила матушка, окинув меня суровым взглядом. — Вид у тебя какой-то бледненький и усталый. После свежего воздуха и спать крепче будешь. Завтра тебе необходимо быть во всей красе!
Я кивнула и отправилась прочь.
У себя в комнате первым делом подошла к столу и опять открыла книгу. С ненавистью уставилась на мелкие строчки, от одного вида которых начали слезиться глаза — слишком много времени я провела, пытаясь разобраться во всех этих завитушках. Похоже, прав был Артен. За прошедшие дни я прочитала больше половины книги. Но так ничего толком и не узнала про магию, изменяющую реальность. Кое-где встречались осторожные намеки, что она действительно существует. Но это я знала и так. А больше ничего полезного отсюда не почерпнула. Ну, если не считать кое-каких фактов об анатомии и физиологии драконов. Но я очень сомневаюсь, что когда-нибудь в жизни мне пригодятся знания о химическом составе секрета огненных желез, посредством которых эти гигантские рептилии продуцируют пламя.
Эх, неужели все-таки придется просить Артена о помощи? Как не хочется идти на поклон к ректору академии! Все-таки не верю я в его бескорыстие. Какую-то выгоду от этого он наверняка хочет получить.
В этот момент я заметила слабый голубоватый свет, который шел из верхнего ящика письменного стола. Амулет связи! Интересно, кто пытается со мной поговорить?
Первым моим порывом было выбежать прочь из комнаты. А затем сделать так, как посоветовала мать. Я действительно давненько не гуляла по улицам Рочера. А амулет… Подумаешь! В конце концов, я не обязана постоянно носить его на шее.
Я даже попятилась от стола, не отрывая напряженного взгляда от ящика, как будто там скрывалась какая-нибудь смертельно опасная ядовитая гадость. Свет между тем набирал интенсивность, просачиваясь сквозь щели в дереве. Я сделала еще шаг назад, а затем остановилась. Упрямо вздернула подбородок. Нет, я никуда не сбегу! Вот возьму — и отвечу! Будущей супруге терстонского посла негоже бояться всяких надоедливых личностей.
Но не буду скрывать, мои пальцы все-таки предательски тряслись, когда я вытаскивала амулет из ящика. Воздух передо мной знакомо задрожал, и я заранее придала своему лицу как можно более раздраженный и грозный вид, свирепо сдвинув брови.
— Оливия, что с тобой? — раздался встревоженный голос Элдена.
Я с невольным облегчением перевела дыхание. Ну вот, хорошо все-таки, что я ответила. А то пришлось бы объяснять Элдену, чем мне не угодил амулет.
— Тебя кто-то обидел? — спросил Элден, появляясь в провале между пространствами.
— Нет, все хорошо, — ответила я и старательно улыбнулась.
— Тогда почему у тебя был такой вид, как будто ты вот-вот заплачешь? — недоверчиво поинтересовался Элден.
Заплачу? А я-то думала, что скорчила угрожающую физиономию.
— Просто… — Я замялась, по вполне очевидным причинам не желая говорить правду. И совершенно искренне пожаловалась: — Устала очень. Только что закончилась очередная примерка платья.
— А-а-а, — протянул Элден и сразу же как-то помрачнел.
Хотя бы попытался сделать вид, будто рад, что я иду с ним на бал.
— Кстати, а я и не знала, что матушка успела и тебя достать, — сказала я, внимательно следя за реакцией Элдена. — Оказывается, это ты выбрал фасон платья.
— Я? — изумился Элден. — Ты ошибаешься, Оливия. Твоя матушка приходила ко мне с каталогами, но я был слишком занят. Сказал, что целиком и полностью полагаюсь на ее вкус и здравомыслие.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Надо же, никогда бы не подумала, что Элден настолько искусный обманщик! Он смотрел на меня так честно и прямо, что я невольно усомнилась, не поторопилась ли в своих выводах.
А с другой стороны, было бы глупо ждать от него иного. Мол, моя дорогая, я немного порылся в голове твоей матери, и в итоге она сделала выбор в пользу более скромного платья. Побудешь на балу серой мышкой. Так мне будет спокойнее.
