Остаток пути я проделал в благоговейном молчании. В уме я пытался составить рассказ, которым, вернувшись, поражу Джофа, но скоро понял, что только мастеру цеха Поэтов под силу передать величие и неприступную мощь этого монумента, воздвигнутого магами.
Мы подъехали к главным воротам и, спешившись, отдали поводья коней двум подошедшим парням.
Из-под арки ворот навстречу нам вышел одетый в доспехи стражник.
– Уже возвращаешься, Рорк? – приветствовал он моего спутника. – Я думал, ты останешься зимовать в Харике с Хаскеллом.
Рорк пожал плечами:
– Хаскелл решил перезимовать в Гераке, – сняв перчатки, он подышал на озябшие пальцы. – Собралась компания торговцев, вздумавших поспеть в столицу к Медвежьему празднику, пока снег не закрыл перевалы. Они столько заплатили Хаскеллу, что он решил и со мной поделиться. Вот я и приехал проверить, произвели ли моего приятеля Анерина в капитаны, как он хвастался!
Рыжий стражник, оттянув пальцем свой форменный пояс, с гордостью продемонстрировал значок – три белых квадрата, составлявших стрелу на красном поле.
– Получил капитана сразу после твоего отъезда! Много ли народа в караване?
– Двести пятьдесят, и сотня фургонов, – Рорк оглянулся на поле к западу от участка, занятого чужим караваном. – Мы не доставим особых хлопот. Устройте нас на Южном выгоне, и все будет в порядке. Кстати, при купце, что торгует железом, наемники – легкая добыча для желающих заключать пари на поединки.
– Отлично! Я пошлю кого-нибудь позаботиться, чтоб стражи пропустили ваших. – Анерин повернулся к воротам, спросив на ходу:
– Пойдешь повидаться с Завендиром?
Рорк кивнул:
– Конечно. Дорогу я знаю.
– Пропустите их, – крикнул Анерин страже у ворот. – Удачи, Рорк! Меня Зав разбил в тридцать ходов, и это после форы в две пешки!
Сухо усмехнувшись в ответ на ухмылку Анерина, Рорк отвернулся от него и ввел меня в Город Магов. Тоннель, проходящий сквозь толщу стены, был футов сорок длиной и не меньше половины того в высоту. В потолке над входом угадывалась щель для решетки, опускавшейся в случае появления врага. Вдоль стен и по потолку тянулись угнетающе ровные ряды отдушин для лучников. Только безумец решился бы ворваться под эту арку – чистое самоубийство!
В конце тоннеля мы прошли в маленькую, в рост человека, дверцу, открывавшуюся в левой половине огромных деревянных ворот. Изнутри они закрывались на деревянный засов толщиной в мое туловище. Рядом я заметил тяжелые деревянные брусья, которыми в случае необходимости дополнительно подпирались створки.
За первой стеной оказалась другая, пониже, также словно выраставшая из гранитного дна долины. Вдоль широкой улицы, проходящей между стенами, теснились дома, лавки и конюшни. Моим глазам предстало привычное зрелище оживленного базара, но вместо громких голосов торговцев и покупателей, азартно перебивающих цену, стояла мертвая тишина. При этом все отчаянно гримасничали и размахивали руками как сумасшедшие.
– Рорк, – прошептал я, почему все молчат?
Рейдер, усмехнувшись, ответил, слегка понизив голос:
– Ты, мой друг, в Городе Магов. Создание великих заклинаний и даже мелкое волшебство требует сосредоточенности. Вот люди, живущие в окрестностях города, и выработали такой необычный способ общения, чтобы не отвлекать волшебников от работы.
Я захлопал глазами:
– А городские жители как же?..
Рорк пожал плечами:
– В город допускаются только посвященные: никто, кроме них, не знает, что там происходит.
Он прервал мои расспросы, приложив палец к губам, и направился по улице на запад. Не пройдя и десятой части дороги, обходящей город, он вдруг нырнул под арку, пробитую в обсидиановой стене. Я не отставал от него ни на шаг. Мы поднялись на три пролета лестницы и оказались на круглой площадке. На западной стене, в трех футах от пола, располагалась серебряная пластина в форме ромба. Дождавшись, пока я поднимусь на площадку, Рорк нажал на пластину.
Сквозь мое тело волной прошла незнакомая сила. В монолитной стене появилась трещина. Ромб раскололся от вершины к вершине. Трещина стала расширяться, и, оглянувшись, я обнаружил, что проход на лестницу закрывается. Сперва я подумал, что какой-то скрытый механизм вращает стены, но между стенами и полом не различалось ни малейшей щели. Больше того, поверхность стен колебалась, как будто я смотрел на них из-под воды. К тому времени, как стена окончательно скрыла лестницу, восстановив серебряный ромб на противоположной стороне, я осознал, что мне только что наглядно продемонстрировали способ, которым строился этот город.
Рорк хлопнул меня по спине:
– Наши волшебники любят показать себя! Постарайся сделать удивленное лицо.
Я нервно хихикнул:
– Сейчас сделаю, вот только в себя приду и дух переведу!
Мы вошли по открывшемуся коридору в просторную комнату. Там стояли маленький столик, четыре кресла, кушетка и пара постелей. На столе уже были расставлены шахматы, и императорская пешка сделала первый ход через клетку. Рядом стояло блюдо с хлебом и сыром, и тут же – кувшин и два кубка. При виде еды у меня потекли слюнки, и только тогда я вспомнил, что голоден.
Большой прозрачный круг на стене открывал вид на Город Магов. Рорк несколько раз провел пальцем по серебряной полоске, с каждым разом добиваясь большей прозрачности.
– Смотри, Лок, лучшего вида на город не найдешь!
Я сжал зубы, чтобы удержать на месте нижнюю челюсть. Окно располагалось выше внутренней стены, хотя я мог бы поклясться, что по лестнице мы не поднимались так высоко. Опять волшебство, ясное дело.
Город Магов напомнил мне огромное колесо. Огромная башня вздымалась вверх словно черная ось. По различию в стиле застройки выделялись восемь районов, простирающихся от центра к городским стенам. Я вспомнил, что кто-то в караване рассказывал о восьми школах магии, и заключил, что каждая часть города принадлежит какой-то одной школе.
– Вот странное место, – заметил Рорк, указывая на район, выделяющийся скромностью и простотой зданий. Там разрабатывают военную магию. По ночам, когда они практикуются в наложении заклятий, там полным-полно взрывающихся шаров и ярких вспышек молний.
Я попытался получше разглядеть соседний район, но обнаружил, что очертания зданий все время меняются. Они то отражали соседние дома, то бледнели или меняли цвета.
– Что там происходит? – спросил я.
– Магия иллюзий. Мой брат Завендир тоже этим занимается. Верно, Зав?
Я обернулся и успел заметить, как колеблющийся образ волшебника проявляется в воздухе. Он сидел в кресле перед доской, со стороны фигур "Империи".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
