5. Главное преступление либералов – распад СССР
Именно либералы, исходя из своего представления о свободе, и подталкиваемые западными идеологами, совершили страшное преступление перед народом – раздел по национальным границам Союза Советских Социалистических Республик – многовековой великой империи. Проходил этот процесс под прикрытием всевозможного вранья о недостатках плановой системы хозяйствования, венцом которого стал первый серьёзнейший удар по советскому стою – решение Верховного Совета России о её суверенитете в 1990 году, принятое составляющими большую его часть интеллигентами и коммунистами. Они, как и их вождь Б. Ельцин, во многом, мне кажется, и не понимали преступную суть этого, подсунутого им зарубежными службами документа. По виду – либеральное, направленное вроде бы на уменьшение льгот центральным властям, а по существу – прикрытая ложным туманом бомба, нанесшая смертельную пробоину политическому строю и экономике многонациональной страны. Так же, как и сегодняшние их последователи, непонятно, в связи с чем празднующие 12 июня как день независимости от государствообразующей России, хотя на самом деле это стало началом их собственноручного разгрома великой империи.
Суверенитет позволил Ельцину полностью добить финансовую систему СССР, расшатанную неумелыми действиями Горбачёва. Совершенно не соображающий не только в сути экономических процессов, но, к удивлению, и в юриспруденции, его специальности по диплому, в ответ на выпад парламента России, президент СССР издал указ, в котором приказывал Комитету народного контроля СССР восстановить статус-кво всеми имеющимися у него властными полномочиями. В то время я работал в этом органе и мы долго смеялись по этому поводу и вспоминали те далёкие времена, когда КНК действительно представлял грозную силу. И в то же время отлично понимали, что с таким президентом жить стране осталось не долго.
Вскоре последовал новый удар со стороны либералов. Воспользовавшись нашим преступным нейтралитетом, они сумели поднять своих сторонников на защиту Белого дома и арестовать всю верхушку правительства СССР. Удивительно, но в этом органе, созданном тем же Горбачёвым, в отличие от Политбюро КПСС, практически не оказалось предателей Родины. Эти честные люди выступили с обращением к народу об опасности ближайшего распада страны вопреки решению народного референдума, и создали чрезвычайную комиссию по его предотвращению. Однако и здесь нашёлся иуда. Единственным тайным провокатором оказался, вопреки всякой логике, председатель КГБ В. Крючков, который нарушил план ГКЧП по аресту Ельцина, снабжал того всей правдой о мирном характере работы комиссии, и тот спокойно лазил на танк и привлекал на свою сторону народ. Первой выступила с призывом не подчиняться ГКЧП редакция «Эхо Москвы», и с героическим, но не подготовленным порывом патриотов было покончено. Главное, что не было организующего воздействия КПСС, руководители которой откровенно предали свой народ. Если бы прозвучал призыв встать на защиту страны – в один день с ельцинскими баламутами было бы покончено.
Интересно, как объясняет наш защитник демократии своё отношение к аресту законно действовавшего руководства страны, которое просто обязано было в сложившихся условиях ввести ЧП. В. Соловьёв, несмотря на трагизм ситуации, спокойненько пишет: «Отсутствие ярких личностей в ГКЧП. Несоответствие ноши масштабам личности проявилось и в запое Павлова, ну и конечно самая яркая картина провала – это трясущиеся руки Г. Янаева. Именно тогда люди вышли на улицы пусть и не всюду, но там, где было наиболее страшно, и требовали не куска хлеба, а глотка свободы. Уже позже стало ясно, чего не хотели члены ГКЧП – развала СССР».
Так и хочется спросить шоумена: «Ты что? Не читал «Слово к народу»? Не слышал их призывов отменить намеченные соглашения между республиками, фактически означавшие конец СССР?» Каждому простому инженеру было ясно, что мгновенная гибель страны приведёт к краху народного хозяйства, к страданиям людей. А вот будущий специалист по теледебатам и его друзья по комсомолу этого не понимали? Только потом до них дошло. А вот руки Г. Янаева им не нравились, и они пошли требовать непонятно что.
Судьба дала мне удивительный шанс несколько раз побеседовать с Геннадием Ивановичем, соседом по домам, милейшим человеком. Он был ещё более продвинутой персоной в той комсомольской среде, о которой поведал нам автор «Русской рулетки». Фактически руководил ею и, естественно, как и Соловьёв, был ею подпорчен. Неожиданно, благодаря дружбе с Горбачёвым, взлетел на небывалую высоту в государстве – на должность второго человека в иерархии власти. И всё-таки сумел перебороть себя, и, не боясь потерять всё в жизни, пошёл против высочайшего покровителя и смело выступил в защиту единства СССР. Конечно, внутренне он не был готов к такому высочайшему подвигу, и волнение сказывалось даже на поведении рук. Но он пошёл на плаху, выдержал весь поход на Голгофу и ещё будет признан народом как его героический защитник, в противовес таким поборникам демократии, как наш собеседник. Он действительно был смещён со всех постов, попал после тюрьмы в больницу, и говорил, что чувствовал себя после непонятного лечения совершенно больным. Может быть, эта медицина и свела его преждевременно в могилу. Я предлагал ему из-за отсутствия времени, на что он жаловался, помочь в написании мемуаров. Большое счастье, что он нашёл в себе силы, и накануне ухода из жизни сумел издать книгу и рассказать в ней правду о тех драматических событиях.
А победил этих героев Ельцин, обманувший вместе со своими напарниками – либералами свой великий народ лживыми обещаниями улучшить социализм. Об этом мечтало большинство граждан страны, особенно после бестолкового и неуправляемого правления Горбачёва. Если бы он честно рассказал о намерении реставрировать капитализм, даже затюканный горбачёвцами народ сбросил его в мусор. По уровню ожиданий это был наивысший момент в современной российской истории. Ельцину верили, как античному герою, как Пугачёву, ставшему царём. Как писал мой оппонент В. Соловьёв: «В любом случае мандат Ельцину был вручён именно народом, а вот в чьих интересах он был использован, станет ясно в середине 90-х, когда в наш обиход войдут понятия Семьи и олигархов».
Незаконно заточив руководство страны в «Матросскую тишину», в том числе и с помощью обмана М. Горбачёва, благословившего своих коллег на открытую борьбу за сохранение единства страны, но затем предавшего их, а также устранив с арены породившую его коммунистическую партию своим решением о её запрете, либеральный ближайший круг Ельцина расчистил себе дорогу для осуществления ужасной экзекуции над громадной страной, созданной кровью миллиардов предков. Только в состоянии глубочайшего запоя или потери ума можно было даже такому недалёкому человеку, как Ельцин, осмелиться поднять руки на это святое деяние народа, и пренебречь кровавыми масштабными последствиями, которые за этим должны были непременно последовать и в стране, и в мире.
Ещё Гитлер понимал, что такое деление приведёт к краху народного хозяйства страны, представлявшему из себя единый индустриальный и сельскохозяйственный комплекс с миллионами экономических связей между регионами, но не сумел осуществить его военным путём. Об опасности развала экономики в этом случае предупреждал даже недалёкий Горбачёв, не говоря уже о тысячах честных специалистах и экономистах. Для этого был принят специальный закон о выходе республик из Союза. Развод и раздел имущества должен был производиться в течение не менее 5 лет. Однако Ельцинское окружение скрыло от населения эту угрозу и преступно начало работать в этом направлении, начихав на волю народного референдума.
Как объясняет В. Соловьёв: «Партийные кланы национальных республик, осознав опасность от горбачёвского курса собственному правлению, приняли историческое решение на дрейф от Москвы и России». С помощью местных предателей, во многих республиках на деньги из-за рубежа были созданы центробежные движения с целью захвата власти, организованы группы поддержки из националистических боевиков и развязана борьба за суверенитеты с разваливающимся под напором демократов Центром. И уже через четыре месяца после фактического прихода либералов к власти в августе 1991 года страна лопнула по национальным границам по воле трёх проходимцев: Ельцина, Кравчука и Шушкевича, собравшихся в Беловежской пуще, поближе к польской границе. Об этом они немедленно проинформировали президента США, но так и побоялись выступить перед советским народом и объяснить, кто дал им право перечеркнуть усилия миллиардов жителей Руси, которые в течение тысячелетия ценой своих жизней собирали великую страну и сохраняли её свободу и независимость, а также результаты референдума.
