Читаем без скачивания Реинкарнатор - Сергей Синякин

Дождавшись, когда шеф уйдет, секретарша подняла трубку и позвонила в транспортный отдел своей знакомой Аллочке Звонецкой.

— Алюся? — радостно сказала она. — Мой смылся. Ну да, насовсем. Не будет его сегодня. Приходи, чаю попьем. И вырезки захвати.

Куретайло между тем сел в свою машину, немного подумал и достал сотовый телефон. Андрей Андреевич Иванов отозвался не слишком быстро, похоже было, что он свой мобильник оставил в машине и не сразу до него добрался. Из этого Игорь Дмитриевич сделал вывод, что главный борец с экономической преступностью выпивает с приятелями где-то на природе. И точно, голос у Андрея Андреевича был каким-то нетвердым, хотя и властным.

— Андрюша, — ласково сказал Игорь Дмитриевич. — Это Куретайло тебя беспокоит. Я тут подумал немного, и вот что ты пока эту самую «Мистерию жизни» не трогай, давай лучше прямых указаний Ивана Николаевича дождемся.

— Поздно ты спохватился, — засмеялся в трубку Иванов, и заместитель губернатора понял, что его собеседник все-таки уже изрядно принял на грудь. — Я как к себе приехал, так сразу своего Глазкова в эту самую «Мистерию жизни» и направил.

— Вечно так, — сказал раздраженно заместитель губернатора. — Как надо, вас не допросишься, а если нужно подумать немного, выясняется, что вы уже все сделали. И как всегда, в ущерб делу!

Полковник посопел в трубку.

— Что-то я тебя не понял, — с пьяной медлительностью сказал он. — Ты же сам, Игорь Дмитриевич, меня сегодня просил? Я все сделал как договаривались, а ты мне это в вину ставишь? Подставить меня перед Жухраем решил? Это ты зря…

Куретайло поморщился и поспешил прервать неприятный разговор. Не дай Бог, опять про «Аврорус» вспомнит! Дался он этому милицейскому бурбону!

— Ты погоди, — сказал он. — Не об том речь, Андрей Андреевич, я к тому, что не ты, я сам виноват. Поспешил малость, понимаешь? Надо было все-таки команды Жухрая дождаться. Боюсь, напылим мы с тобой, а он нам за это шкурку наизнанку вывернет!

Полковник Иванов опять раздумчиво посопел в трубку.

— Так я не понял, — сказал он. — Мне что, позвонить Глазкову, чтобы он не лез пока в эту самую «Мистерию»?

— А ты можешь с ним связаться? — с надеждой спросил Куретайло.

— Обижаете, — засмеялся на другом конце города полковник. — У меня все как у больших, все сотрудники с пейджерами бегают, любого и в любое время достать могу!

— Тогда достань, — сказал с облегчением Игорь Дмитриевич. — Пусть пока не суются туда, просто присмотрятся, чем там этот Даосов на самом деле занимается.

Выключив сотовый телефон, Игорь Дмитриевич Куретайло удовлетворенно усмехнулся. Вот теперь можно смело ехать в Белослободск, только сначала следовало заскочить в магазин за пивком, да и секретарша Анечка из этого самого «Авроруса» его уже, похоже, заждалась. Куретайло посмотрел, свободна ли улица, и тронул машину с места.

Вряд ли он был бы так спокоен, если бы видел, с кем отдыхает на природе Андрей Андреевич Иванов. И не дай Бог было это Игорю Дмитриевичу увидеть — инсульт бы его поразил быстрее всякого грома. Потому что у стола, на котором грудами лежала снедь и заманчиво поблескивали бутылки, стоял ненавистный соперник областного руководства — мэр города Царицына Валерий Яковлевич Брюсов. Был он высок, худощав и лысоват. У мэра было удлиненное лицо, на котором выделялись карие глаза. Как всегда, мэр был в свитере и джинсах. На одежду Валерий Яковлевич никогда не обращал особого внимания, а вот на разговоры, касающиеся власть имущих, он всегда реагировал остро.

— Курочка звонила? — спросил мэр, выбирая в дымящемся шашлыке кусочек попостнее.

— А кто же еще меня будет на отдыхе доставать? — удивился полковник, жирными пальцами набирая номер диспетчера. — Девушка, абоненту 201, повторите два раза: «Гена, поручение отменяю. Свяжись по сотовому. Шеф».

Он положил телефон на стол, вытер руку салфеткой и поднял стакан.

— Тост можно, Валерий Яковлевич?

— Валяй! — благодушно разрешил мэр.

— Давайте выпьем за то, чтобы мы с вами шли по лесу и на нас напали деньги, а мы с вами, Валерий Яковлевич, не смогли от них отбиться!

От костра, на котором жарились шашлыки, засмеялись водители. Хорошо было в лесу! Пахло хвоей и свежей теплой землей, где-то неподалеку журчала ручейком бывшая речка Царица, в кустах свиристела птичья мелочь, а по голубому небу медленно плыли редкие белые облака.

Брюсов благосклонно улыбнулся и поднял свой стакан.

— А что это за «Мистерия жизни», о которой наш Курочка печется? — спросил он с напускным равнодушием.

— Жулики, — сказал Иванов, накладывая ломтик буженины на кусочек булки. — Что-то вроде экстрасенсов и предсказателей. Вы Глобу или Алана Чумака по телевизору видели?

— Я их, Андрюша, не только видел, — сказал Брюсов. — Я с ними и в кабаках сидел. Так что ты там о «Мистерии жизни» говорил?

— Товарищество с ограниченной ответственностью, — сказал полковник Иванов. — Организовал его какой-то Даосов. И знаете, чем они занимаются? В жизни не догадаетесь! У них в уставе черным по белому записано: вторичным использованием душ умерших, не прошедших калибровку Чистилища. Вы когда-нибудь такое встречали?

Он снова разлил по стаканам.

— А вот еще тост, — поднял он свой стакан, грузно навалившись грудью на стол. — Когда человек рождается, с небес спускается Бог и целует новорожденного. Поцелует в голову — ребенок станет бизнесменом или ученым, в руку поцелует — будет мастером или музыкантом, в ногу поцелует — будет спортсменом или танцором. Так выпьем за то, чтобы при рождении наших детей Бог никогда бы не целовал их, как Борю Моисеева!

Можно было бы улыбнуться, но Брюсову было не до того. — Погоди, — сказал мэр. — Ты мне скажи, эту самую «Мистерию» Курочка опекает?

— Я еще не понял, — сказал Иванов. — Вроде бы Жухрай на эту фирму запал, но что ему надо, я так и не понял. Темнит Куретайло. То, говорит, за вымя их возьми, а через некоторое время вообще просит не трогать. Темная история, Валерий Яковлевич!

— С кем ты, Андрей Андреевич? — спросил Брюсов. — Ты меня поддерживаешь или Жухрая?

— Обижаете, — со слезой в голосе сказал Андрей Андреевич. — Ясно же, как песня, что на выборах Жухрая прокатят со свистом. А кто его главный конкурент? Вы, Валерий Яковлевич! И мы вас поддержим! — Видно было, что Иванов уже выпил достаточно, чтобы стать словоохотливым и слезливым. — Да вы для меня, Валерий Яковлевич, столько сделали! Да я за вас! — Полковник едва не задохнулся от охвативших его чувств.

— Я думаю, не зря они на эту фирму нацелились, — по-хрустывая соленым огурчиком, сказал Брюсов. — Как ты думаешь, зачем им она?

— Ошкурить хотят, — без особых раздумий сказал начальник управления по борьбе с экономическими преступлениями.

— Дай-то Бог, — задумчиво сказал мэр. — Значит, так, Андрюша. Фирму эту ты пока не тронь, а вот справки о ней наведи обязательно. Сделаешь?

— Спрашиваете! — Иванов выпил и торопливо зашарил взглядом по столу, шумно выдыхая воздух. — Сделаем, ко-яечно! А хотите анекдот?

— Что? — Мэр Царицына задумчивым невидящим глазом посмотрел на собутыльника.

— Анекдот рассказать? — повторил полковник.

— Анекдот? — Мэр плеснул в стакан. — Давай свой анекдот. Только чтобы не бородатый был и смешной.

— Знаете, почему милиционеры ходят по трое?

— Откуда? — удивился Брюсов. — Я в ваших делах не специалист! А они действительно ходят по трое?

— Стандартный наряд, — засмеялся полковник Иванов. — Так вот, один из них умеет писать, но не умеет читать. Второй, ха-ха, умеет читать, но не умеет писать, а третий, который не умеет писать и читать, приставлен присматривать за этими опасными интеллигентами! — И начальник управления по борьбе е экономическими преступлениями жизнерадостно заржал.

Валерий Яковлевич Брюсов посмотрел на часы.

— Хорошо в лесу, — с сожалением сказал он. — Но надо ехать.

— Куда? — удивился Андрей Андреевич. — Я баньку заказал, девочки есть верные, из тех, у кого рот на замке…

Насчет девочек со ртом на замке у Валерия Яковлевича были свои соображения, но делиться ими с милицейским руководителем не стал. Сам должен соображать, что мелет!

Вместо ответа Брюсов посмотрел на водителей.

Водители сидели на бревнышке около костра и ели шашлыки. Видно было, что занятие это водителям нравится и жалеют они, что выпить им под такую закуску нельзя. Валерий Яковлевич их хорошо понимал.

— Хорошо бы, — с видимым сожалением сказал он. — Но не могу, у меня сегодня еще деловая встреча. Ее мне откладывать никак нельзя. Ладно, — он беззаботно махнул рукой, — не последний день видимся. Ты мне лучше вот что скажи: с деньгами у тебя все получилось?

— Обижаете! — снова засмеялся начальник УЭП. — Еще вчера в предвыборный штаб передал.