вправе задать хоть один.
– Я знаю, что совет Греи посоветовал отцу не обращаться к вам, и потому пришла сама. Полагаю, вы слышали о недавних стычках?
Ариадна осторожно выбирала выражения, и руки ее то встревоженно блуждали по полам плаща, то поправляли непослушные пряди. Казалось, если мы прервем ее хоть на мгновение, переживания разорвут ее на части. Это было столь очевидно, что даже вечно болтающий Индис предпочел помалкивать.
– Отец стал очень… воинственным. Недавно наши вассалы попросили о помощи: их дома грабили, а деревни сжигали, выживая с их собственной земли. И когда поход оказался настолько удачным, что воины вернулись не только освободителями, но и добытчиками, он будто ухватился за хвост ускользающей молодости. Его разведчики повсюду, и совсем скоро он перестанет довольствоваться мелкими победами.
Ариадна наконец села рядом со мной и закуталась в плащ, немного подрагивая, однако летняя ночь и теплые одежды были не в силах унять внутреннюю дрожь. Я поднял свою накидку с травы и набросил ей на плечи; она подняла взгляд, немного сдвинув брови, будто я вновь сделал что-то оскорбительное, но продолжила рассказ.
– К тому же он очень внимателен к советам моей старшей сестры. Да, она первая в списке наследников престола, впитавшая азы правления с молоком… молоком матери, – Ариадна сбилась, будто бы засомневавшись в точности подобранного выражения. – Многие решения в Грее принимаются именно с ее подачи и одобрения. Весь двор, за исключением, пожалуй, капитана гвардии, жадно внимает ее словам. И теперь, похоже, к ним присоединится еще и войско островитян во главе с принцем Хантом.
«Войско островитян». Я улыбнулся, поняв, что она разделяет мое пренебрежение. Правда, если причины моей настороженности были ясны, то с ее позицией еще предстояло разобраться. Как мне показалось, Ариадна была весьма приветлива с принцем; как и он, столь любезно намекнув ей на ненадлежащий вид.
– Они собираются напасть на Эдронем? – не выдержал Индис. – Но с какой целью? Что им искать в их холодных пустошах, что…
– Эдронем? – переспросила Ариадна, перебивая эльфа. – Впервые слышу. Ты прав, отправляться туда бессмысленно.
– Но эльфы с севера сообщили, что Грея напала на их лес несколько недель назад, – вмешался я.
– Может, и так, – согласилась принцесса. – Но новых нападений на них не планируется. Насколько мне известно, их цель – Амаунет.
Мы с Индисом переглянулись. Это королевство находилось так далеко на востоке, что за всю жизнь в Арруме я слышал о нем лишь дважды; их климат и природные условия не подходят для эльфов, и даже попытки побывать в тех краях давно не предпринимались. Пустыни, степи, песок, невыносимая жара – ад для любого представителя народа, чья жизнь неразрывно связана с Матерью Природой и жизнью, что она дает и отбирает. Сложно было даже представить, что привлекло Эвеарда в далеких засушливых землях.
– Именно поэтому на помощь приехали куорианцы, а не народ моей матери, хоть Драрент и находится значительно ближе, – продолжила Ариадна, заметив наше замешательство. – Никто, кроме них и самих амаунетцев, не знает, как пережить столь изнурительную дорогу.
– И жителей Шааро, – вздохнул я. – Если на этом гиблом острове все еще кто-то живет.
– Но разве у Греи когда-то были конфликты с Амаунетом? – поинтересовался Индис. – На почве ресурсов? Наследования власти? Торговли?
– Никаких связей, – отрезала принцесса. – Это меня и беспокоит.
Индис хотел вставить что-то язвительное – это желание легко читалось на его лице, а я еще никогда не ошибался с подобного рода предсказаниями, – но мой строгий взгляд остановил его до того, как он успел открыть рот.
– Когда-то мы с Минервой, как и все сестры, были близки. В детстве мы даже создали шифр, чтобы никто не мог читать наши записки. Строили вокруг себя уютный мир, в котором лишь мы могли друг друга понять, но теперь… сейчас мне кажется, будто я никогда не знала этого человека.
Какое-то время мы сидели в полной тишине. Ариадна пыталась справиться с подступившими слезами; слова о сестре дались ей непросто. К тому же то, что она поведала другому народу планы королевской семьи, легко могли счесть за измену. Эвеард не позволил бы казни состояться, но утратил бы к дочери доверие и любовь – то, что ребенок должен получать от родителя вне зависимости от возраста. Индис уставился в одну точку, пытаясь сосредоточиться. Я же поднялся с земли и принялся ходить вокруг деревьев, сцепив руки за спиной; действие бесполезное, но так я мог направить мысли в нужное русло.
– Жаль, что господина Айреда больше нет. Он бы быстро вразумил отца, – поджав губы, прошептала принцесса.
– Ты его знала?
– Я любила, когда он бывал в Грее, – пояснила она, ни капли не удивившись моему интересу. – Если визит выпадал на период цветения, он всегда приносил мне венок из ромашек. Ваш лес ведь потому так и зовут, верно? Айред рассказывал, что Аррум означает «золотой луг», потому что летом все поляны застланы коврами из ромашек.
Голос Ариадны вновь дрогнул. Было сложно понять, накопившиеся ли это переживания или скорбь по ушедшему другу детства, но когда она спрятала лицо в ладонях, а накидка слетела с плеч, я подошел и, желая поддержать, аккуратно коснулся ее спины.
В ответ на мой жест принцесса вскочила на ноги и быстро избавилась от влажного блеска глаз. Лицо ее приобрело серьезное, настороженное выражение.
– Все нормально, – бросила она, словно то были не слова, а тысяча маленьких кинжалов, призванных сделать из меня решето. – Не стоит меня жалеть.
Я, действовавший инстинктивно и не помышлявший ни о чем дурном, лишь поджал губы в ответ. Мой опыт общения с эльфийками не был богат, а с девушками из числа людей и вовсе стремился к нулю; устройство их разума мне малознакомо. Я слышал, что задеть их чувства в разы проще, и все же реакция Ариадны на попытку поддержать все равно показалась мне преувеличенной.
– Я не знаю, что вы будете делать с той информацией, что я на вас обрушила, – нарушила неловкую тишину принцесса. – Простите за это. Но я подумала, что вам стоит знать. Может, вы передадите мои слова вышестоящим лицам.
– Так и поступим, – ответил Индис.
– По крайней мере, я знаю, что господин Айред хотел бы… – Принцесса замялась и, чтобы скрыть это, протянула мне мою накидку. – Спасибо. До встречи, Териат. Индис.
Обратившись к моему другу, Ариадна присела в наигранном реверансе, что наконец заставило его хоть немного улыбнуться.
– Хорошей дороги, принцесса, – ответил он ей таким же театральным поклоном.
– До встречи, лисица.
Мое прощание едва ли достигло адресата – девушка уже скрылась из виду, напоминая о себе
