Его настойчивые губы заставили ее открыть рот, и ее губы раскрылись ему навстречу словно нежный цветок. Их сердца гулко бились, но они не торопились, пили дыхание друг друга.
Затем его язык проскользнул между ее губами и зубами, играя с ее языком. От этой ласки у Ли подкосились ноги. Она обхватила Чеда за талию, цепляясь за него в надежде удержать равновесие в этом мире, убегающем у нее из-под ног.
Ее тело ожило, приникая к нему. Груди налились, соски затвердели от прикосновения к его груди. Чед чуть шевельнулся, и она услышала его удовлетворенный вздох. Его руки ласкали ее тело, гладили, дразнящими движениями скользили по бедрам. Чед прижал ее к себе крепче, положив руку ей на поясницу.
Ли почувствовала его возбуждение, на мгновение отшатнулась от него, но инстинкт взял верх, и она выгнулась ему навстречу. И Чед больше не мог сдерживать себя. Его поцелуи стали страстными. Он ласкал ее рот, пробуя на вкус ее губы.
Он был упрямым и нежным, настойчивым и деликатным, требовательным и умоляющим. Чед целовал ее, а Ли ощутила, как восхитительные, эротические ощущения разливаются по всему ее телу. И ее ответный поцелуй тоже был полон желания.
Им не хватило воздуха, и они оторвались друг от друга. Чед прижался горящей щекой к ее щеке. Ли по-прежнему обнимала его за талию. Их шумное дыхание, казалось, наполняло комнату мерным гулом.
Чед медленно отклонился от Ли, отвел у нее со лба прядку волос. И, снова приникнув к ней, он коснулся ее губ целомудренным поцелуем.
— Спокойной ночи, Ли. Я тебе позвоню. — И уже у самой двери, словно вспомнив нечто очень важное, он добавил: — Да, кстати, спасибо за ужин. Было очень вкусно.
3
На следующее утро Ли долго лежала в кровати, хотя будильник уже прозвонил. Она плохо спала ночь, вертелась с боку на бок, вставала, снова ложилась. Рассвет принес ей облегчение.
Словно пораженная громом, она смотрела, как Чед берет с кресла свой темно-синий клубный пиджак, надевает его и направляется к двери. На прощание он дружески подмигнул ей. Ли не могла отвести глаз от закрывшейся за ним двери, не веря в то, что случилось. Само существование Чеда Диллона казалось ей теперь лишь плодом ее воображения.
Что он за человек? Сначала, когда Ли увидела Чеда, она приняла его за неприкаянного неудачника. Он даже внушал ей страх, от него словно исходила опасность. Но его заботливое отношение к ней, его сочувствие, его помощь изменили первое впечатление. Когда Чед Диллон вышел из ее палаты в больнице, Ли уже считала его добрым и безобидным бедолагой, нуждающимся в деньгах. Но, появившись на пороге четыре месяца спустя с великолепным подарком для маленькой Сары, он несказанно удивил ее. Его одежда говорила об элегантности или, как минимум, о хорошем вкусе, его манеры — о достойном происхождении и образовании. А его обаяние! А его поцелуй…
Чед заинтриговал ее, и Ли не пыталась это отрицать. Ей так и не удалось выяснить, чем он зарабатывает себе на жизнь, где живет, есть ли у него близкие. С практической точки зрения, Чед Диллон так и оставался для нее незнакомцем, постучавшим августовским днем в окно ее машины.
Но ведь она ответила на его поцелуй с таким пылом, которого сама в себе не подозревала! Ли никогда не считала себя чувственной и страстной женщиной. Они с Грегом вели обычную сексуальную жизнь, им было хорошо друг с другом, и ей этого было достаточно. Но Ли не могла вспомнить, когда чувства так захватывали ее, как в этот вечер с Чедом. Она делила постель с Грегом, но это было продолжением той любви, которую она к нему испытывала. Ли могла определенно сказать, что близость с Чедом могла бы открыть перед ней такие высоты наслаждения, о существовании которых она даже не подозревала. Эта близость сама по себе стала бы событием ее жизни.
Чед уже ушел, а Ли все еще испытывала муки неутоленного желания, ранее совершенно ей неизвестные, — внизу живота появилась какая-то тяжесть, соски покалывало, в горле застрял комок.
Она легла в кровать, но прикосновение к прохладной простыне дало ей какое-то совершенно незнакомое ощущение собственной наго-
ты, своего жаждущего мужских ласк тела. Свежий аромат туалетной воды, которой пользовался Чед, все еще витал в воздухе, словно запутался в ее волосах. Стоило Ли повернуться, как ночная рубашка, касаясь ее груди, заставляла ее снова вспомнить о пережитом возбуждении. Каждое движение словно пробуждало к жизни ее дремавшую плоть, рождало в ней какую-то новую женщину, которой прежде не существовало.
Ли удивительно остро ощущала окружающий мир — все звуки, картины, прикосновения и запахи. Ее язык еще не забыл сладостное прикосновение языка Чеда, и она все время облизывала припухшие губы. Ли казалось, что ее глубоко спрятанные чувства вдруг вырвались наружу и наслаждаются обретенной свободой. В ее мозгу рождались совершенно немыслимые фантазии наслаждения.
Ли хотела мужчину. Ли отчаянно нуждалась в нем.
Ее щеки покраснели от стыда и чувства вины, она зарылась лицом в подушку. Когда это было в последний раз? Почти год назад. Молодой матери не следовало бы думать о таких вещах, но Ли знала, что хочет ощутить мужскую силу рядом с собой, внутри себя.
И это должен быть не просто какой-то мужчина. Ли хотела Чеда.
Даже теперь, когда наступило утро, острота желания не притупилась.
— Это глупо, это смешно, в конце концов, — отчитывала себя Ли, отбрасывая в сторону одеяло и вылезая из кровати. — Тоже мне, роковая женщина, а у самой даже кофеварки в доме нет. — Она накинула на себя плотный бархатный халат.
Сара только-только заворочалась в своей колыбели, когда Ли наклонилась над ней.
— Доброе утро, моя радость, — промурлыкала Ли, переворачивая девочку на спинку. — Сейчас я поменяю тебе памперс, а потом покормлю завтраком, — ворковала Ли, меняя дочке подгузник. — Возможно, мы никогда больше его не увидим, — сказала она малышке. — Он заглянул к нам только из любопытства, ему просто захотелось узнать, все ли у нас в порядке.
Ли закрепила памперс и понесла Сару на кухню.
— Ну и что из того, что он поцеловал твою мать? — продолжала Ли свой монолог. — Целовался он, надо признать, как настоящий профессионал. Не стоит даже и говорить — у него явно была большая практика. Возможно, у него просто в последнюю минуту сорвалось свидание, и он не придумал ничего лучшего, как навестить нас. Что ты об этом думаешь?
Сара выразила глубокое удовлетворение поглощаемой ею кашкой из злаков с персиком.
— Он и в самом деле очень привлекательный мужчина. Уверена, что тебе он тоже понравился. В конце концов, в некотором смысле ты появилась на свет благодаря ему. Высокий, мускулистый и… гм… твердый. Сара, когда он прижал меня к себе, мне захотелось раствориться в нем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
