— Мне не нравится, когда с меня сдирают одежду. Я люблю, когда меня медленно раздевают. И я возбуждаюсь, когда так же раздеваю мужчину.
Марк повел плечами, но не стал избавляться от пут.
— Продолжай.
— Мне не нравится боль. По крайней мере, сильная боль.
— Что это значит?
Вместо ответа Шерил наклонилась и стиснула зубами темневший под его рубашкой сосок. Конечно, было бы интереснее, если бы Марк был уже раздет, но сейчас она лишь проводила демонстрацию. Однако процесс увлек ее, и Марк застонал, выгнув спину. Поняв, что зашла слишком далеко, Шерил ослабила нажим и провела языком по твердому бугорку под шелковой тканью.
Марк облегченно выдохнул, и она выпрямилась. Он заворочался, давая понять, что урок прошел успешно.
— Понятно.
— Хорошо. Теперь твоя очередь.
— Ты уже закончила? Тебе не нравятся только две вещи? Все остальное можно?
— Есть и другие. Но о них потом. Итак?
Марк немного помолчал, размял пальцы и кивнул.
— Я предпочитаю секс вдвоем. Мне не нравится человеческое ассорти.
— Хорошо сказано.
— Стараюсь.
— Продолжай.
— Мне бы не хотелось расширять круг даже слегка.
— Хм, несколько необычно.
— Что?
— Большинство мужчин многое бы отдали, чтобы оказаться в обществе двух женщин сразу.
— Нет, это не по мне. Я люблю концентрироваться на ком-то одном. Не хочу отвлекаться.
— Ясно. Значит, мне надо позвонить Роджеру Муру и все отменить?
— Эй, это нечестно. Я же не знал, что ты собиралась пригласить именно его.
Она рассмеялась. Редко какой мужчина способен сохранять чувство юмора в подобной ситуации.
— Теперь, наверное, опять твоя очередь, — сказал Марк.
— Верно. — Шерил расстегнула пряжку ремня и медленно-медленно опустила молнию. Марк закусил губу, и она, оценив его выдержку, осторожно погладила подрагивавшую под синим хлопком трусов напряженную плоть. — Безопасность прежде всего. Мы не будем рисковать.
— Хороший план.
— И у каждого будет право уйти в любой момент. Я не хочу никакого принуждения. Все должно строиться на свободном выборе.
Его бедра под ней снова пришли в движение. Сказать надо было еще многое, но сначала Шерил решила проявить чуточку милосердия. Еще пара слов, и она доставит ему удовольствие.
— Марк.
В ответ последовало что-то неразборчивое.
— Секса сегодня не будет.
От его стона у нее заныло сердце.
— Нам обоим потребуется какое-то время, чтобы как следует все обдумать. Мы с тобой вступаем на неизведанную территорию. Дело рискованное. Кто знает, чем это все может закончиться.
— Шерил, — прохрипел Марк сквозь стиснутые зубы. — Я понимаю и ценю все, что ты сказала. И согласен. Но и тебе нужно понять, что через пару минут я умру. И тогда все твои усилия окажутся напрасными.
— Хм. Полагаю, в этом есть смысл.
— Да уж.
Она рассмеялась и, не сводя с него глаз, поднялась на колени. Потом расстегнула заколку на затылке, и волосы серебристой волной хлынули ей на плечи.
Марк наблюдал за ней с открытым ртом, щеки у него порозовели, глаза лихорадочно блестели. Она знала, как он отреагирует на этот жест, и уже готовилась к следующему шагу.
Тряхнув головой, так что разметавшиеся пряди почти скрыли ее лицо, Шерил подняла платье повыше, и Марк увидел полоску обнаженной кожи между ее чулками и трусиками. Потом она снова опустилась и, почувствовав под собой горячий, пружинистый холм, начала медленно тереться об него. Первые же фрикции разбудили желание в ней самой, и она задвигалась быстрее, находя тот ритм, который удовлетворил бы их обоих.
— О Боже… — произнес он, синхронизируя свои движения с ее. — Я так не могу, пожалуйста…
— Что?
— Мне нужно прикоснуться к тебе.
— Ты и так прикасаешься ко мне. — Она сжала бедра, усиливая контакт разгоряченных тел.
— Нет. Этого мало. Позволь мне дотронуться до тебя. Почувствовать твою кожу, волосы…
— Но тогда мне придется тебя развязать. А я хочу, чтобы ты был полностью в моей власти. Будь послушным. Придет и твой черед.
Марк заскрежетал зубами.
Она покачала головой, но все же пошла на некоторые уступки. Полностью расстегнула его брюки и оттянула резинку трусов, освобождая истомившегося зверя. Он вырвался на волю, как голодный тигр из пещеры. Но она даже не взглянула на него, даже не прикоснулась. Рано, еще рано… Как ни хотелось ей этого. Как ни жаждала она ощутить жар его тела, силу рук, мощь страсти, Шерил не собиралась сдаваться. Следуя примеру Шахерезады, она намеревалась приберечь самое интересное на потом. Припрятать козырь. Пусть все идет по возрастающей. Ее план должен сработать. И если он сработает, то у нее появится вторая, тайная жизнь, в которой она будет просто женщиной, определяющей правила игры.
А потом Шерил снова оседлала Марка, с возрастающим сладострастием ощущая сквозь тончайший шелк трусиков мощь его восставшей плоти. Она начала двигаться быстро, но осторожно, сжимая между ногами горячий жезл. Судя по тому, как изменилось его дыхание, Марк уже приближался к финишу. Но и Шерил, не снижавшая темпа, чувствовала, что вот-вот опередит его, и изо всех сил старалась удержаться.
Первой все же кончила она: порыв уходящей страсти потряс ее и умчался, но Шерил еще успела подстегнуть Марка. Он застонал, изо всех сил рванулся ей навстречу, застыл, стиснув зубы, и лишь затем медленно выдохнул. Напряжение ушло. Откинувшись на подушку, Марк закрыл глаза. Шерил хотелось остаться, чтобы увидеть его глаза, услышать первые после всплеска эмоций слова, но это не входило в ее план.
Соскользнув с кровати, она схватила сумочку и плащ и метнулась в ванную. Торопливо привела себя в порядок, оставила то, что собиралась оставить, и поспешила к двери. Оборачиваться, наверное, не стоило, но Шерил все же обернулась и посмотрела на Марка. Он все еще лежал на кровати с закрытыми глазами, тяжело дыша, стараясь прийти в себя после случившегося.
Почувствовав ее взгляд, Марк медленно повернул голову, но Шерил тут же выскочила из комнаты и закрыла за собой дверь.
Ноги еще дрожали, но она все же дошла до лифта и прислонилась к стене, переводя дыхание. Что ж, все получилось так, как она задумала. Первое свидание прошло успешно. Они установили для себя правила игры и при этом сохранили анонимность. Никаких обещаний, никаких обязательств, никаких ограничений. Что может быть лучше?
Дверь кабины открылась. Шерил вошла и заняла место в углу, напротив опрятно одетого и довольно симпатичного мужчины лет сорока пяти. Он всячески старался не смотреть на нее, но то и дело косил глаза в ее сторону. Может быть, что-то с волосами? Мужчинам нравились ее волосы. А может, у нее блестят глаза или горят щеки? А может, от нее исходит запах секса… От ее влажных трусиков, принявших на себя извержение «вулкана». Их пришлось снять и спрятать в сумочку…
