— Да, сэр, мистер Рейнолдс. Мне нужна эта работа. Я не хочу иметь ничего общего со своим братцем. Я получил хороший урок.
Рейнолдс с угрозой посмотрел на него и отправился в свой кабинет.
На эту задницу не стоит тратить слов, подумал Сесил, подавляя желание выругаться. Кроме того, рядом находятся другие рабочие, и некоторые из них все время подлизываются к Рейнолдсу. Сесил никому здесь не доверял. Трусы они и жополизы.
Нагнувшись над капотом грузовика, он продолжил работу. Она не требовала умственных усилий и вполне позволяла думать о другом.
Он знал, что законники к нему придут. Эти дураки решили, что Карл сначала прибежит к нему. Карл, разумеется, это предусмотрел и предупредил Сесила во время их последнего свидания: «Они станут наблюдать за твоей квартирой и гаражом. Может быть, ты их даже и не увидишь, но эти выродки будут поблизости, так что следи за собой. Телефон также станут прослушивать», — добавил Карл. Эти предупреждения были ни к чему. Сесил и сам знал, что надо быть осторожнее.
Конечно, законники правы. Братья обязательно встретятся. И когда это произойдет, власти сразу обо всем узнают. Вот это будет денек!
Сесил с трудом подавлял возбуждение. Ему было очень трудно себя сдержать. Досрочное освобождение не многим лучше тюрьмы. Приходится терпеть регулярные визиты инспектора по надзору, который все время копается в его жизни. К тому же каждый день Сесил выслушивает оскорбления от такого сукина сына, как Рейнолдс. Нет, это не жизнь. Он слишком умный и слишком талантливый, чтобы так жить.
Кроме того, они с Карлом прекрасно подходят друг другу. Скоро они снова будут вместе и станут заниматься тем, что им лучше всего удавалось, чем занимались еще мальчишками, — поднимут бузу.
Остаток дня Сесил раздумывал над их совместным планом, восстанавливая в памяти каждую деталь и стараясь удостовериться, что ничего не упустил. Его несколько раздражало, что Карл по-прежнему являлся главным вдохновителем и организатором. Даже находясь в тюрьме, он оставался лидером, хотя руководящая роль по идее должна была принадлежать Сесилу, так как он старше. Тем не менее Карл давно занял положение лидера и никогда его не уступал.
Но теперь ему придется смириться с тем, что Сесил будет с ним на равных. Он с самого начала даст ему об этом знать.
Карл будет вынужден проявлять более демократический подход. Они уже не дети, и Сесилу не нужна опека. Он тоже побывал в тюрьме, и этот опыт его закалил. Хотя он разыгрывал перед копами хнычущего слизняка, Сесил стал намного сильнее, чем раньше.
На этот раз ошибок не будет. Все необходимые приготовления сделаны. Черт побери, у него даже есть секретное оружие, о котором Карл не знает!
Не отрываясь от работы, он засмеялся, подумав о том, как вскоре удивится Карл.
Глава 7
— Джек говорит, что его нож сделал индейский воин. Из племени команчей, дедушка. — Дэвид прервал свою болтовню о Джеке Сойере только для того, чтобы отправить в рот очередную порцию картофельного пюре.
Достоинства Джека Сойера стали любимой темой для разговоров Дэвида. Когда они вернулись с мамой из города и Дэвид заметил грузовик Сойера, мальчик едва дождался, пока машина остановится.
Делрей встретил их у калитки, соединявшей двор с пастбищем.
— Ты встретился с Джеком, дедушка? — Задыхаясь от возбуждения, Дэвид задавал вопросы так быстро, что Анна не успевала их разобрать. Делрей прикрикнул на мальчика, приказав ему успокоиться.
Ничего необычного в этом не было. Хотя Делрей любил своего внука, но его неистощимая энергия часто действовала ему на нервы. Поразило Анну другое — а именно перемена, которая произошла в самом Делрее. Обычно если уж он что-то решил, то больше не колебался. А тут какая-то непонятная неуверенность, с которой Делрей сообщил, что нанял Джека Сойера работать на ферме.
— Так быстро! — стараясь не выдать своего удивления, спросила она. — Что ты о нем знаешь!
— С ним все в порядке. Я думаю, он будет хорошим работником. — Не глядя на нее, он добавил:
— Джек будет жить в старом трейлере.
Эта новость была еще более удивительной, но, прежде чем Анна успела что-то сказать, старик пояснил:
— Он починит его сам, так что об этом не беспокойся. Да ты и не заметишь, что он поблизости. Я уже отправил его трудиться в сарае. Я просто хочу, чтобы ты знала, что он некоторое время будет здесь работать. А теперь мне надо снова приниматься за дела. Увидимся за ужином.
Не вдаваясь в дальнейшие объяснения, он повернулся и пошел прочь.
После того как умер Дин, дом был на ней, но всю работу по ранчо Делрей делал сам. Он отказывался нанимать постоянных работников, хотя Анна часто ему это предлагала.
Конечно, он стал слишком старым для таких дел, но гордость не позволяла ему в этом сознаться. Он не хотел признать даже перед самим собой, что больше не может выполнять работу, которая была смыслом всей его жизни.
А возможно, он также считал, что нанять работника будет предательством по отношению к его покойному сыну. Никто не мог занять место Дина в его сердце, и старик не хотел, чтобы кто-то занял его место и на ранчо.
За обедом Анна думала о том, чем вызвана такая метаморфоза. Неужели он наконец согласился с тем, что нуждается в помощи? Или просто Сойер сумел его уговорить? Может быть, и так. Но есть еще одна причина, и именно она больше всего беспокоит Анну.
Чтобы привлечь внимание свекра, она постучала по столу.
— Ты боишься, что он придет сюда! — спросила женщина.
— Нет.
Он сурово покачал головой. Но Анна ему не поверила.
— Так вот почему ты нанял этого человека? Чтобы кто-то был рядом на случай…
— Одно не имеет отношения к другому. Этому Сойеру была нужна работа, а я давно уже подумывал о том, чтобы нанять работника. Вот и все.
Она смотрела на него не отрываясь.
Наконец Делрей отложил вилку в сторону и заговорил снова, не поднимая на Анну глаз:
— Он сюда не придет, Анна. Это для него слишком опасно. Кроме того, они не дадут ему далеко уйти.
— Кому не дадут, дедушка? — спросил Дэвид.
— Никому. И не разговаривай с полным ртом. — Вновь повернувшись к Анне, он сказал:
— Сегодня звонили из полиции штата. Спрашивали, не нужно ли присмотреть за домом. Просто на всякий случай. Я сказал «нет».
Она опустила глаза. Делрей постучал по столу.
Почувствовав вибрацию, Анна снова подняла на него взгляд.
— Я действительно думаю, что опасности нет. Но если хочешь, я могу им перезвонить и принять это предложение.
Принять предложение полиции означало признать, что он боится. Для Делрея это было недопустимой слабостью. Если она попросит, он уступит, но будет недоволен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
