- Секунду, - сказал я и бросился назад закрыть окно со стороны водителя. И в тот момент, когда я уже запер машину и обернулся к Старр, раздался оглушительный грохот - точно гром грянул.
Ветер ударил в крону высохшей норвежской ели на соседском газоне, взвихрил парусами ее полные мертвых иголок ветви и сломал ствол, отчего огромное дерево рухнула на Старр.
Я был не настолько близко, чтобы успеть вовремя, но достаточно, чтобы увидеть ужас на лице женщины. Сердце у меня остановилось, когда она исчезла за метелью бурых иголок. Я не мог шевельнуться, не мог отвести глаз. Время словно бы остановилось, в голове моей было совершенно пусто. Я даже не мог осмыслить увиденное.
Старр стояла среди оседающего облака иголок, пыли и веточек. Словно большая часть дерева провалилась сквозь землю, почему-то совершенно не коснувшись моей подруги.
Я вернулся к жизни лишь тогда, когда она посмотрела на меня и плечи у нее затряслись. Мы обнимали друг друга, и оба плакали, и оба были засыпаны иголками и щепками.
Прошло добрых два часа, прежде чем из дома Старр убрались все пожарные, соседи, полицейские, санитары и репортеры. Последним ушел капитан пожарной команды.
- Проклятое гнилое дерево, - сказал он в дверях. - Вам чертовски повезло, мисс.
Как и все остальные, он предположил, что дерево упало рядом со Старр и разбилось в щепы. Какое еще тут возможно объяснение?
Мы вернулись на кухню, где я рухнул на стул, на котором сидел утром. Я чувствовал себя совершенно измотанным. Старр взяла мои руки в свои.
- Я так испугался, - сказал я. Мне нужно было это произнести. - Я испугался за тебя и на мгновение пришел в ужас оттого, что это я заставил упасть дерево. Но дело было не во мне.
- Знаю, - отозвалась Старр. Руки у нее были теплые, мне хотелось заплакать.
- Откуда ты можешь знать? Ведь именно этого я все время боюсь. Боюсь причинить кому-то вред. Боюсь причинить вред тебе.
- Наверное, ты прав. Ты не можешь остановить эти взбрыки энтропии, как не можешь перестать дышать, - заключила она. - Но ведь раньше ты никому не причинял вреда, верно?
- Верно, - признал я, - но…
- Даже своей бывшей жене, - продолжала Старр, - которая, насколько я поняла, способна довести до белого каления папу Римского в день Пасхи. - Она покачала головой. - Я уже полгода твердила соседям, что дерево надо срубить. По ночам я иногда слышала, как оно скрипит на ветру. Рано или поздно оно бы на кого-нибудь упало.
Она встала.
- Пойдем наверх. Хочу тебе кое-что показать.
Ее спальня, как и все остальное в доме, была старомодной, но безупречно ухоженной. Усадив меня на латунную кровать, она принялась рыться в стопке виниловых пластинок возле дряхлого проигрывателя.
- Вот, - сказала она, вынимая наконец одну пластинку из конверта - «Биттлз». «Клуб одиноких сердец сержанта Пеппера».
Поставив пластинку на проигрыватель, она села рядом со мной.
- Сестра Одиль подарила мне этот альбом на мой тринадцатый день рождения. Два года я крутила его каждый день.
Я сидел в теплой уютной спальне и слушал старинную пластинку, голова Старр покоилась у меня на плече. Музыка заставила меня вспомнить собственную юность, и я погрузился в ностальгию по тем дням. Прошло некоторое время, прежде чем я сообразил, что винил слишком уж хорошо звучит. Лучше, чем новый.
- Где ты нашла пластинку в таком состоянии?
- Я же тебе говорила. Это та самая пластинка. Она у меня с семьдесят четвертого.
- Не может…
- Нет, может. - Выпрямившись, она посмотрела мне в глаза. - Ты не единственный обладаешь особым даром. Мой, наверное, можно назвать локализованным энтропийным реверсированием. С самого детства я пыталась понять, почему я такая…
Тут многое стало на свои места: окружающие Старр чудесные старые вещи, ее увлечение физикой, ее почти мгновенное понимание, что происходит со мной во время «несчастных случаев».
- Я не совсем честно с тобой поступила, - продолжала она. - Мне следовало намекнуть тебе раньше. Вот почему я подтолкнула тебя к разговору о несчастных случаях. Вот почему я уверена, что не ты обрушил дерево.
Старр снова прислонилась к моему плечу, и я ее обнял.
- И давно ты узнала?
- Еще раньше, чем научилась читать. - Ее дыхание теплом овеяло мою щеку. - Мне было так одиноко.
Это обернулось еще одним откровением в день, полный открытий, - не говоря уже о том, что моя подруга едва не погибла. Не слишком ли для одного человека?
Но сейчас, сидя рядом со Старр, я впервые за долгое, долгое время не боялся, что мир рухнет мне на голову.
Перевела с английского Анна КОМАРИНЕЦ
© Robert J. Howe. Entropy's Girlfriend. 2005. Печатается с разрешения автора. Рассказ впервые опубликован в журнале «Analog» в 2005 г.
[1] Название классического труда Гари Зукавы (1980) с изложением сути квантовой физики максимально простым языком, дабы сделать понятыми широкому читателю сложные физико-математические концепции. (Прим. перев.)
This file was created with BookDesigner program [email protected] 31.07.2008(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
