автором четвертого Евангелия (Евангелия от Иоанна); в этом Евангелии говорится о «возлюбленном ученике», который «возлежал на груди Иисуса», и в конце он отождествляется с автором[34]. Согласно церковному преданию, апостол Иоанн проповедовал о Христе в Иерусалиме, затем в Эфесе. Он принял в свой дом Мать Иисуса, Марию, Которой Иисус усыновил Иоанна в Свои последние часы жизни, будучи распят на кресте (Ин 19:26–27). Согласно преданию, апостол Иоанн был самым юным среди двенадцати апостолов и прожил дольше всех остальных; в новозаветных «посланиях Иоанна» автор назван «старец»/«пресвитерос».
Но еще в III веке по Р. Х. епископ Дионисий Александрийский обратил внимание на существенные различия в стиле и языке Евангелия от Иоанна и Апокалипсиса. Действительно, если сопоставлять текст Евангелия с Апокалипсисом, то различия между ними бросятся в глаза скорее, чем их сходства, в особенности если представлять себе, до какой степени близки стили Евангелия от Иоанна и трех посланий Иоанна. В сфере языка отличаются построение фраз и грамматика, причем не только на макроуровне, но и на микроуровне (употребление союзов и частиц), а такие нюансы автор обычно не контролирует.
Также содержательные акценты в эсхатологии имеют разную направленность. Евангелие от Иоанна подчеркивает, что Иисус уже ныне приносит полноту вечной жизни в Боге («Я есмь воскресение и жизнь», Ин 11: 25), для этого не нужно ждать последних времен. А в Апокалипсисе более явно выражено движение к будущему эсхатологическому свершению в Небесном Иерусалиме.
Однако нельзя не заметить и сходства между Евангелием от Иоанна и Апокалипсисом – в частности, в них присутствует целый ряд значимых тематических параллелей. К примеру, оба текста отличаются возвышенным учением о Христе и Его мессианском божественном достоинстве, оба называют Его «Агнцем»/ягненком, «Словом» и Пастырем. Для обоих текстов ключевыми понятиями являются «свидетель»/«свидетельство», «победа», «живая вода», поляризация добра и зла.
Перечислим эти параллели в виде справочной таблицы.
Тематические параллели учения о Христе в Апокалипсисе, Евангелии от Иоанна и Посланиях Иоанна
Результаты нашего сравнения можно подытожить словами современного исследователя: «Наличие сходства между Откровением Иоанна Богослова и прочими иоанновскими писаниями находит широкое признание в современной науке, и суждение святителя Дионисия Великого о том, что между Откровением Иоанна Богослова и Евангелием от Иоанна „нет и слога общего“, критики не выдерживает»[35]. В настоящей книге будет приведено множество цитат из Евангелия от Иоанна, и это зримо покажет смысловую общность Евангелия и Апокалипсиса.
Можно подытожить, что раннехристианская традиция II–III вв. говорит об апостоле Иоанне как авторе Апокалипсиса, но яркое своеобразие Апокалипсиса побуждало христианских комментаторов высказывать дальнейшие размышления начиная с III века вплоть до сегодняшнего дня. Одни ученые делают акцент на различиях между двумя текстами, другие на сходствах и общих идеях. Большинство современных библеистов считает, что тексты Евангелия и Апокалипсиса действительно могли возникнуть в одной среде или в близких христианских кругах («Иоанновская традиция», «Иоанновская школа»), при этом они необязательно были записаны одним и тем же лицом (ср. свидетельство Дионисия Александрийского о «двух Иоаннах», которых предположительно знали в Эфесе).
Другие же исследователи высказывают суждение, что различие между текстами обусловлено не столько особенностями стиля разных авторов, сколько различиями содержания уникального откровения. И весьма возможно, что разноплановое откровение Божие высвечивает разные грани одной личности. В этой связи процитируем замечательное рассуждение религиозного философа и богослова протоиерея Сергия Булгакова: «„Духовное“ (пневматическое) Евангелие от Иоанна все светится, проникнутое миром, благостью, любовью; напротив, Апокалипсис весь горит, исполнен бурь и откровений, волнует, потрясает. Это как будто два образа одного и того же апостола: первый – „возлюбленный ученик“, возлежащий на персях Учителя на Тайной Вечери, стоящий у креста и усыновляемый с него Матери Божией, весь тишина, и любовь, и нежная ласка, как в юности, так и в старости, как будто и не подвластный человеческому возрасту, владеющий голосом вечности „старец“. Второй же, Тайнозритель, с огненно расправленной душой, его книга откровения принадлежит не сверхвременной старости, но надвременной юности, это – молодая книга… Это – Воанаргес, сын громов, это один из сынов Зеведеевых, который хочет огонь низвести на землю на Самарян непокорных и о котором мать его просила посадить его по правую или левую сторону в Царствии Божием. В нем кипит еще неумиренная человеческая сила, которая, однако, умиряется в близости Господа. Но эта сила нужна Тайнозрителю, чтобы вынести всю силу и трудность откровения»[36].
Протоиерей Сергий Булгаков отмечает, что при всех своих различиях два текста отмечены уникальной духовной близостью: и Евангелие и Апокалипсис – «это не литература, но повествование о невыразимом… И для каждого из этих повествований находится своя небесная музыка, которая соответствует им по возвышенности и вдохновенности»[37].
А что говорится в самом тексте Апокалипсиса об Иоанне? Автор представляет себя так: «Я, Иоанн, брат ваш и соучастник в скорби и в царствии и в терпении Иисуса Христа, был на острове, называемом Патмос, за слово Божие и за свидетельство Иисуса Христа» (Откр 1:9). Иоанн не называет себя апостолом ни здесь, ни далее в тексте – конечно, это не означает, что он не мог быть апостолом по факту, но это говорит в первую очередь о том, что Иоанн не хочет подчеркивать свой особый апостольский статус[38].
Именование «брат» подчеркивает, что Иоанн – член общины и глубоко солидарен с христианами, проходящими через испытания[39]. Таким образом, Иоанн не является одиноким отшельником – находясь в ссылке на острове Патмос, он в полной мере ощущает свою общность с братьями и сестрами по вере и продолжает заботиться о них. При этом в тексте Апокалипсиса ощущается, что авторитет автора очень высок. В Откр 2–3 Иоанн доносит до церквей послания Иисуса Христа, и эти слова исполнены духовной власти и убеждения, что весть будет воспринята христианами со всей серьезностью. Такой внутренний настрой действительно мог исходить от апостола, имеющего особую близость к Иисусу.
Если внимательно прочитать все повествование Апокалипсиса, то можно увидеть, что автор Апокалипсиса сознательно отходит на второй план. Иоанн принимает небесное откровение и передает его далее. Самое главное для него – чтобы его родные христианские общины услышали воспринятое им провозвестие Иисуса Христа. Поэтому в настоящей книге мы также сосредоточим все наше внимание на осмыслении содержания его книги, которое Иоанн так пламенно желал донести до своих читателей[40].
Вопросы к уроку
1. Может ли обычный человек понимать книгу Апокалипсис или понимание доступно не всем, а только
