— Правда? Так докажи. Пойдем сегодня. Пойдем поохотимся.
Улыбка медленно сползла с моего лица:
— Что?
— Как в старые добрые времена. Найдем какой-нибудь клуб, как следует поработаем, а затем сравним результаты.
В голове моей вспыхнули сладостно-горькие воспоминания о французских кабаре девятнадцатого века. Мы с Бастьеном, в лучшей форме, по отдельности выходим в свет, а утром встречаемся, чтобы вдоволь посмеяться и похвастаться своими завоеваниями. Сейчас эта игра вовсе не казалась мне привлекательной.
— Я уже говорила тебе, что больше этим не занимаюсь.
— Да, но как-то ты продолжаешь существовать.
— Продолжаю. Я подзарядилась всего пару дней назад. Пока хватит.
Бастьен нахмурился:
— Несколько дней назад? Н-да. С этим писателем ты совсем поскучнела.
— Эй, он тут ни при чем. Он мой избранник.
— Ага, конечно.
— А что за тон?
— Неуверенный. То есть сначала я полагал, что все эти свидания с писателем просто забава — хотя он кажется таким скучным и не способен доставить тебе ничего, кроме боли. Но теперь я начинаю думать, что здесь есть признаки более серьезных неприятностей. Мне кажется, у тебя просто комплекс смазливого парня. Ведь кто ты есть? Помощник управляющего в книжном магазине? Да еще с кошкой.
Обри гневно уставилась на него, и я тоже:
— Ну с кошкой, и что такого? А Сет не скучный.
— Тебе лучше знать. Просто меня он так не потряс, вот и все. Если уж тебе взбрело в голову переживать из-за смертного, могу отыскать и получше.
— Я не хочу получше. То есть лучше не бывает. Я хочу только его.
— Как угодно. Просто ты становишься обычной, вот и все. А была необычайной.
— Ох! И это только потому, что я не иду с тобой сегодня вечером?
Бастьен пожал плечами.
— Что ж, ладно. Мы пойдем. Но я не стану охотиться.
— Ладно, согласен.
Мы отправились в клуб на площади Пионеров, столь сексуально привлекательные и в таком совершенстве красоты, которого способны добиться только инкуб и суккуб. Я взбила волосы в соблазнительную беспорядочную корону и надела светло-голубую маечку с вырезом, доходящим чуть ли не до пупка и прикрытым лишь шнуровкой, так что лифчик показался бы здесь совершенным излишеством. Я его и не надела.
Напряженность между нами испарилась, как только мы попали на танцпол. Сначала мы с Бастьеном танцевали вместе, даже в столь переполненном зале ощущая пристальное внимание поклонников. Физическое влечение далеко не исчерпывалось внешней привлекательностью. Тут играли роль и зрительный контакт, и ответная мимика, и само движение. Инкубы и суккубы учатся этому с самого начала, так что хорошие специалисты движутся с грацией, доступной лишь считанным смертным. Я неплохо танцевала и до того, как стала суккубом, так что, когда доходит до языка тела, смело причисляю себя к лучшим из лучших. От нас невозможно было оторвать взгляд. Это был экстаз как таковой.
Какое-то время спустя мы разделились. Подчас мне причиняют боль результаты игры суккубов, но сама по себе игра забавна. Очень забавна. Я переходила от партнера к партнеру, расцветая от возрастающего желания тех, с чьими телами играло мое. Вот ради чего, несмотря на мои постоянные жалобы, я отказалась от смертной души.
Признаюсь, меня все больше мучила мысль о том, чтобы с кем-нибудь отправиться домой, мое тело жаждало обнимающих рук, но я подумала о Сете и его непреклонной решимости соблюдать наши договоренности. Нет. Сегодня никаких избыточных жертв. Я буду хорошей. Я хочу быть хорошей. Подожду, пока мне действительно понадобится подзарядка.
С противоположного конца зала мне на прощание кивнул Бастьен, покидающий клуб в обнимку с миниатюрной завороженной блондинкой. Когда он повернулся, я заметила, что другой рукой он обнимает брюнетку.
Трудяга.
В два часа я наконец дошла до дома. На следующий день проснулась усталая и больная, да еще и погода испортилась. Я шла на работу, окутанная серой пеленой дождя. Все казалось холодней, чем обычно. Я росла в теплом средиземноморском климате и с такими температурами окончательно не смирюсь никогда.
Когда я появилась в книжном магазине, выяснилось, что кто-то опять открыл его без меня. Странно. Хотя сотрудники были те же самые, таких бурных приветствий, как вчера, я не дождалась.
Кейси и Дженис, сидящие на кассах, оторвались от работы и с загадочным выражением на лице уставились на меня. Дженис, перегнувшись через перегородку, что-то шептала коллеге на ухо. Заметив мое удивление, обе выжали из себя улыбки:
— Привет, Джорджина.
— Привет, — ответила я, озадаченная и слегка встревоженная.
Бет устремила на меня такой же необычный взгляд из-за информационной стойки.
— Как дела? — спросила я, не дождавшись от нее приветствия.
— Хорошо. — Она тут же уткнулась в экран компьютера.
Так вот, приходя на работу, я и раньше ловила на себе странные взгляды, но это было слишком даже для меня.
Иногда, после ночи с любовниками, высосанная из них жизненная энергия придавала мне очарование, притягивающее смертных. То самое свечение, которым мне надоедал Хью, пока мы играли в покер. Как бы там ни было, сейчас дело не в этом. Последняя подзарядка, как я и сказала Бастьену, случилась несколько дней назад. За это время свечение должно бы ослабнуть. Кроме того, я хорошо знаю те взгляды. Эти не такие. Это были пытливые взгляды, взгляды типа «что она вытворяет?». Так смотрят, когда у тебя на лице остатки еды или оторвалась пуговица. Вероятность того или иного казалась небольшой, но я все-таки решила проверить на всякий случай и нырнула в уборную.
Ничего такого. Безупречна. Длинная хлопчатобумажная юбка и не закрывающий плечи темно-синий свитер. И то, и то идеально выглажено. Макияж на месте. Распущенные волосы до лопаток. Обычный мой вид. Ничто не может оправдать столь пристального внимания.
Решив, что мне померещилось, я направилась в кафе, где мне дружески кивнул работающий в углу Сет. Наконец-то хоть одна нормальная реакция.
У кофеварки эспрессо суетилась новая барменша, и стоило ей увидеть меня, как она чуть не выронила чашки.
— П-п-привет, — заикаясь, выдавила она, окинув меня взглядом с головы до ног.
— Привет, — ответила я.
Эта женщина меня даже не знала. Почему же и она ведет себя столь таинственно?
— Средний мокко с белым шоколадом.
Ей потребовалось мгновение, чтобы вспомнить о своих обязанностях и записать мой заказ. Пробивая чек, она с любопытством спросила:
— Вы Джорджина, верно?
— Хм, да. А что?
— Просто слышала о вас, вот и все.
