все же осталась с ней до конца.
Именно поэтому Джесси тогда и погибла – из-за своей никчемной глупой хозяйки. Если бы она переметнулась на сторону Миэлль, возможно, ее не постигла бы столь плачевная участь.
Поэтому Арья никак не могла полюбить Энни сильнее, чем она любила Джесси. Ей пришлось подарить новой служанке множество подарков и окружить вниманием, но лишь для того, чтобы завоевать ее доверие. Если от Энни было не жалко избавиться в любой момент, то с Джесси все обстояло иначе – Арья собиралась держать девушку при себе до самого конца.
– Джесси, ты о чем? Ты все еще не поняла, что нравишься мне больше всех? Ты со мной так давно – с тех самых пор, когда я была еще совсем глупой маленькой девочкой. Я уверена, Энни тоже это понимает. Правда, Энни?
– Конечно! Джесси работает у вас на год больше меня. Конечно, она ваша любимица!
Энни, похоже, ничуть не смущало, что она получила от госпожи гораздо больше подарков, чем Джесси. Для нее главной целью было вырваться из бедности, а не стать любимой служанкой Арьи. Джесси покраснела.
– Я никому не доверяю так, как тебе. Поэтому не неси чепухи.
– Хорошо, миледи.
Как только Арья договорила, появился персонал с пакетами одежды для служанок. Платья были гораздо проще, чем те, что примеряла Арья, но девушкам так не показалось – они с восторгом примеряли их. Больше всего радовалась Энни: она кричала от восторга и причитала, что не понимает, во сне все происходит или наяву.
– Божечки… не могу поверить, что это для меня!
Энни так громко радовалась, что сотрудники стали на нее оглядываться. В роскошном бутике редко увидишь такие проявления чувств, а работники, по всей видимости, были о себе слишком высокого мнения.
Да, горничная вела себя шумно, но это была отдельная комната магазина. Как они смели так на нее смотреть? Арья оставляла здесь огромные деньги и имела право делать все, что пожелает.
Ей не понравились эти взгляды. Девушка понимала, что не стоило устраивать сцену, ведь ей предстоит еще часто сюда наведываться, но такое поведение работников напоминало ей о прошлой жизни.
Арья поднялась с дивана и внимательно изучила платья, которые работники принесли для ее служанок. Да, для Джесси и Энни наряды подходили как нельзя лучше, но Арья лишь вздохнула и покачала головой, как будто ей было неприятно даже прикасаться к таким тканям.
– Для моих служанок эти платья не достаточно хороши. Вы что, думаете, я пришла сюда покупать какие-то жалкие тряпки?
– Прошу прощения. Мы сейчас же принесем другие.
Работники поспешно схватили пакеты с одеждой и направились к двери. Им пришлось еще дважды приносить новые партии платьев, но Арья каждый раз качала головой. Лишь на третий раз, когда работники принесли наряды, по качеству почти не уступающие тем, что Арья купила для себя, она утвердительно кивнула.
– Миледи, мне правда можно выбрать что-то из них?
– Конечно. Если ты хочешь ходить со мной на приемы, то тебе нужно выглядеть подобающе. Я не допущу, чтобы кто-то смотрел на тебя свысока. – Арья покосилась на работников лавки.
Одна из сотрудниц, помогающая девушкам переодеваться, испугалась настолько, что выронила платье из рук. Арья недовольно прищелкнула языком.
– Платье, которое ты уронила, можешь унести. И я все никак не могу понять: почему подали только одну чашку чая? Нас здесь трое.
– Я-я это исправлю, миледи.
Лишь тогда персонал стал проявлять должное уважение. И не только к Арье, но и к ее служанкам. Энни быстро сориентировалась и начала вести себя изящно и элегантно, как учила ее хозяйка. Джесси нисколько не переменилась: спокойно надевала и снимала платья.
Обеим девушкам досталось по три наряда – это были дорогие и красивые платья, которые даже Арья могла бы надеть в любой момент. Энни, переодевшись в самое красивое из купленных платьев, осторожно пила чай, стараясь не оставить ни малейшей царапины на фарфоровой чашке.
Джесси сидела рядом, ее лицо было бледнее обычного.
– Миледи, вы действительно хотите купить нам эти наряды?
– Конечно. У меня скопилось немало карманных денег.
– Но ведь…
Арья потратила почти все личные сбережения на непредвиденные расходы, но ничуть об этом не жалела. В конце концов, деньги со временем появятся. Пусть сейчас они закончились – это не навсегда.
Спокойствие Арьи наконец перешло и Джесси. Действительно, еще в прошлом году она купила множество дорогих украшений, золотую брошь например. Ей не стоило беспокоиться о расходах богатой дворянки.
– Вы такие красивые, обидно будет сразу вернуться домой. Давайте заглянем в кафе.
Арье не хотелось возвращаться в особняк и снова встречаться с Миэлль и ее подругами. Лучше будет присесть на террасе и подумать, что делать дальше.
– Миледи… – неожиданно начала Энни, – вы не возражаете, если мы поедем в кафе «Цветочная гора»?
– «Цветочная гора»?
– Да, я так давно мечтаю там побывать… Думаю, вместе с вами это будет несложно.
Это самое роскошное кафе во всей империи, куда могли попасть лишь дворяне. Оно было довольно популярно, потому что с террасы открывался великолепный вид на столицу и окрестности.
Как мило! Арья и так планировала пойти именно туда, но ей нравилось, когда Энни высказывала собственное мнение.
– Хорошо, Энни, – мягко улыбнулась она. – Поедем в «Цветочную гору», скажи об этом кучеру.
– Будет сделано, миледи!
Девушка поспешила сообщить место назначения. Арья уже собиралась выйти из бутика, когда ее позвала Джесси.
– Миледи, раз уж мы здесь, может, купить для вас газету?
– Уже? Хорошо, давай.
Постепенно приближалось время, способное серьезно испортить жизнь графу. Хотя он сам узнает об этом только ближе к лету, среди простолюдинов, возможно, уже начали ходить слухи.
На этот раз, вместо того чтобы помочь отцу, Арья решила использовать информацию в своих интересах. В нынешнем положении она никак не могла сражаться с Миэлль, за спиной которой стояла герцогиня Исида.
– Миледи, карета подана.
– Ну что, в путь?
Арья была в таком хорошем настроении, что начисто забыла о своих недавних переживаниях. Ее шаги были легкими и жизнерадостными, словно она предчувствовала грядущие перемены к лучшему.
Но это ощущение было недолгим – из окна кареты Арья увидела Джесси, покупающую газету, и нахмурилась при виде Ганса. Она платила ему достаточно, чтобы он мог прокормить семью, почему же он выглядел таким уставшим и изможденным?
«Неужели он купил другую газету и снова продает ее на улице?»
Будто делал все, чтобы лишиться жизни. Но если это так, то Арья не подумает платить ему больше и останавливать его. Она уже оказала
