далеко: «Только туда мне и дорога, – определился я. – И обратно тоже, учитывая, что я наполовину перебинтован поперек груди и тяжести таскать мне нежелательно. А канистр для бензина в багажнике нет. Здесь еще и спящая красавица. Надеюсь, дорогуша, к моему возвращению ты очнешься и покинешь машину на своих двоих – возиться с тобой нет ни сил, ни времени. Треклятые мальчишки, не могли спокойно в клубе отсидеться? По гроб жизни мне должны будете, – я вытащил ключ из зажигания. Для него еле нашлось место в моих карманах, по которым я растолкал все утерянное беглецами добро. – Что ж, машинка, никуда не уходи. А нам пора в путь-дорогу», – я не знал, сколько топать до заправки и есть ли она вообще. Управиться бы со всем до рассвета. А что же потом? Вождение? А я суммарно за всю жизнь за рулем провел минут 15. Но сначала бензин.
И вновь я на заснеженной обочине. Поправив верхнюю одежду, я аккуратно захлопнул водительскую дверь и мерным солдатским шагом отправился по забытой коммунальщиками дороге навстречу топливу. А каким бензином, кстати, такие машины заправляют? Да уж, в этом деле я профан.
Темно и никого – самое время для прогулки. Если же мне по дороге встретятся недоброжелатели, о которых так настойчиво предупреждал таксист, то мне крышка. Если только обороняться отверткой и спрашивать Господа Бога, за какие грехи он шлет мне такую кару. Хотя, учитывая события прошедших нескольких месяцев, я знаю ответ на этот вопрос.
***
Прошагав несколько сотен метров, я обернулся. Пейзаж вокруг не изменился: та же дорога, тот же забор, те же заросли. Шоссе продолжает плавно сворачивать, огибая промзону с трубами и ангарами. Такие виды когда-нибудь кончатся? Или весь Челябинск состоит из подобных пейзажей?
Где-то позади стал нарастать звук летящей на приличной скорости машины. И кто только в столь позднее время забурился в эти дебри и гоняет? За доли секунды до того, как из-за угла вылетел автомобиль, в моей голове промелькнуло, что это могут быть: «BMW», в который залили бензин те, кто обнаружил его раньше, или «Мерседес» с таксистом, на которого я уж точно наброшусь, даже если поединок будет неравным.
Не судьба.
По шоссе, вздымая всполохи свежего снега, летел бежевый «Порше». Непривычно видеть элитную машину в таком сеттинге. Не знаю, что меня дернуло, но я решил проголосовать, вытянув руку в сторону и отойдя на обочину, а то еще подхватят на капот ненароком. «Порше» пролетел мимо, обдав меня порывом ветра вперемешку со снегом, однако дал по тормозам и остановился в нескольких метрах впереди. Я вопросительно взглянул в сторону автомобиля, который сдал назад и подъехал ко мне. «Порше» по размеру, кажется, еще больше «BMW» – я смотрел в тонированные стекла, которые вот-вот должны опуститься: надеюсь, выгляжу я не как плут, который недостоин роскошной попутки.
Стекло опустилось. Я с интересом посмотрел в салон. За рулем блондинка – слишком много блондинок на мою голову (только за сегодня). Нынешняя блонда явно чем-то расстроена: ее волосы растрепаны, макияж размазан по лицу, глаза красные от слез, одежда измята, а взгляд до такой степени печален, что вызывает лишь жалость. Невооруженным взглядом видно, что дамочка недавно закончила реветь. Время от времени всхлипывала, а на меня смотрела как-то безынтересно и обыденно, явно ожидая первого шага с моей стороны, мол, чего меня остановил, говори уже.
– Здравствуйте! – галантно начал я. – Я тут застрял неподалеку – мне бы…
– Залезай уже, – тонким, почти писклявым голоском пригласила она.
– Мне бы… до заправки доехать.
– Чего стоишь? Садись, – ей, по всей видимости, все равно, даже если случайный попутчик начнет ее убивать в дороге.
Стало неловко, но я без лишних слов подчинился. Не успел я толком усесться на переднее сиденье, чтобы стряхнуть снег с ботинок (людям это нравится), как меня буквально отбросило на спинку кресла, ибо «Порше» стремительно тронулся в путь – аж дверь захлопнулась сама по себе. Я тут же нащупал ремень безопасности и понадежнее пристегнулся.
С первых секунд выяснилось, что поездочка обещает быть веселой. Важно не проглядеть заправочную станцию, но что-то мне подсказывает, что выбраться из «Порше» будет проблематично. Не миновало и десятка секунд, как мы прилично разогнались. Окрестности пролетают за окнами так быстро, будто их засасывает в черную дыру. Причем саму автоледи такой распорядок дел нисколько не смущает – она безэмоционально поглядывает на дорогу, лишь слегка касаясь руля. Одно неверное движение, и нас выбросит на обочину. Увязнуть в снегу – это наилучший вариант. Может и из колеи выкинуть – привет, столб, забор, отбойник. Или рекорд по количеству кувырков на машине. От таких перспектив мне стало не по себе – абстрагироваться от возможности плачевного исхода невозможно.
Знаю, что некоторые женщины водят безбашенно, но чтоб настолько… Самое время вспомнить молитвы или придумать новые. Вероятно, дни наши на бренной земле сочтены, а ей хоть бы хны. Она ведет машину вперед, постоянно отвлекаясь на салфетки, платки, зеркало заднего вида в салоне, мобильник, сумочку на заднем сиденье. В такие моменты мое сердце останавливалось, а кровь застывала в жилах. Я ухватился за что угодно и чем угодно. Подобной прижимной силы я никогда прежде не ощущал. Бывало, конечно, Митяев, когда я сидел рядом, в качестве невинной шутки прибавлял скоростей на прямом участке широкого проспекта. Так вот, заявляю официально, что там были цветочки, ибо «Приора» столько сдюжить не может.
«Боже мой! Куда же я попал?!» – крутилось в голове. Лентяй, лучше б пошел пешком. А то тебя сейчас доставят прямиком в ад, причем без очереди. Перспектива угодить на небо девушку нисколько не смущала. Я должен любыми средствами заставить ее остановиться. Но если заговорить, то можно ненароком отвлечь ее, и тогда она совсем на дорогу глядеть не станет, как и за руль держаться.
Язык пристал к небу. Руки вот-вот вырвут подлокотники у кресла. А ведь мы в пути от силы 15 секунд. Отче наш, сущий на небесах…
– Вы… вы так водите. Вы прежде не попадали в аварии?
– Я за рулем третью неделю.
Я резко почувствовал себя плохо.
– Прошу прощения, не могли бы вы… – я прервался, ибо понял, что вещаю шепотом – девушка, одетая, кстати, весьма дорого, меня не…
– Ты что-то сказал? – спросила она.
– Остановите машину. Я сойду! – испуганно выдал я.
– Уверен?
– Уверен.
– А я вот не уверена, – заявила она. – Если я уеду, то следующую попутку ты будешь ждать до ишачьей пасхи.
– Как я жалею, что ввязался в
