- К Литвину! – машинально отвечаю я и подхожу к двери кабинета директора.
Тихонечко стучусь в дубовую дверь. Жду разрешения войти. Ответа не последовало, после чего я стучусь еще раз, уже громче и протяжнее.
- Войдите. – Слышу суровый мужской голос.
Чувствую, как задрожали руки и в горле пересохло.
- Давайте я вам помогу. – Предложила свою помощь Василиса.
Она открыла мне дверь, и я вошла в кабинет шефа с дребезжащей на подносе чашкой эспрессо. Какой позор.
- Проходите, Анна Игоревна. Я вас ждал. – Произнес Литвин суровым тоном, пристально рассматривая меня с ног до головы.
Он сидел за своим столом, расслабленно откинувшись на спинку кресла. На этот раз на нем не было пиджака, придававшего ему деловой вид начальника, сидел он в белоснежной рубашке, с расстегнутыми верхними тремя пуговицами, что даже был виден нательный православный крест на золотой цепочке и немного темных волос на груди.
Он поймал на себе мой взгляд, и его уголки губ легонько дернулись в полуулыбке. Я смущенно опустила глаза, мысленно проклиная себя за слабость к красивому мужскому телу.
Признаться, он чертовски хорош собой.
- Вы просили кофе. – Слабым голосом выдавила я, всем телом дрожа от волнения.
На ослабевших ногах я подошла к рабочему столу Литвина и поставила поднос напротив него.
- Что это? – спросил он, глядя на темную жидкость, разлитую по подносу.
- Это был ваш эспрессо.
- И что с ним стало?
- Я его случайно разлила.
- Вы думаете, я стану пить с подноса? Сходите и приготовьте мне новую чашку.
Я быстренько убрала с его стола поднос со своим позором и отправилась за другой порцией эспрессо, прекрасно ощущая спиной его тяжелый, пронизывающий взгляд, от которого даже ноги пошатываются.
- Ну что? – Василиса ждала меня с явным нетерпением.
- Я пролила его кофе. Мне нужно сделать еще.
- Я помогу.
Я не стала отказываться от помощи Василисы. Пока она промывала поднос, я вновь заваривала эспрессо, но уже не в маленькой чашке, а в большом стакане.
- Вы так и подадите ему кофе? – ужаснулась Василиса при виде эспрессо на донышке громадного стакана.
- Нет, я перелью кофе в маленькую чашку. Но только когда доберусь до его стола. – Улыбнулась я, представив выражение лица Литвина, если бы я подала ему его кофе в таком варианте.
Дубль два: беру в руки поднос уже с двумя чашками, Василиса снова открывает мне дверь, и я уже в кабинете шефа.
Литвин сидел все с тем же холодным выражением лица, все в той же расслабленной позе и смотрел на меня тем же пристальным взглядом.
Я поставила перед ним поднос и начала переливать кофе с большого стакана в маленькую чашу, специально подготовленную для эспрессо.
- Вашему умению находить проблемы, а после искусно решать их, позавидовала бы сама Грисельда Бланко. – Неожиданно для меня, Литвин улыбнулся.
У него, и правда, сегодня прекрасное настроение.
Я сделал вид, что оценила его шутку, улыбнувшись ему в ответ. Хотя понятия не имею, кто такая Грисельда Бланко. Как вдруг улыбка спала с его лица, и он вновь стал серьезным.
Как жаль, ведь улыбка так идет ему. Он сразу превращается в совсем другого человека, в очень милого и привлекательного мужчину.
Литвин взял с подноса чашку эспрессо и сделал небольшой глоток.
- Отвратительный вкус. – Нахмурив брови, он бросил чашку обратно на поднос. – Уберите это от меня.
Знает ли он, что его кофе готовится в одной и той же кофемашине? Поэтому эспрессо просто не может получиться другим.
- Василиса Львовна, – произнес Литвин в спикерфон, - принесите мне кофе. – После обратился ко мне. – Анна Игоревна, что вы пытаетесь всем этим доказать?
- Я не правильно заварила вам кофе?
- Зачем вы пришли сюда?
- Так вы же сами попросили принести вам кофе.
- Зачем вы вернулись в компанию, которую сами же обокрали?
Ах, вот он о чем!
- Чтобы доказать вам свою непричастность к ограблению. – Равнодушно пожала я плечами.
- Я похож на идиота, который поверит во все это? – усмехнулся Литвин как-то злобно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Аня, соберись. Не показывай ему свой страх. Не отступай. Следуй своему плану». – Мысленно убеждала сама себя, находясь под прицелом пристального взгляда Литвина.
- Да, я хочу вам доказать, что я не причастна к ограблению вашей фирмы. – Уверенно начала я, смело глядя ему на переносицу.
Если я посмотрю ему в глаза, он тотчас же все поймет. Литвин обладает невероятной способностью читать мысли по глазам. А мне бы очень этого не хотелось, ведь тогда весь мой план рухнет в одночасье.
- Вы спрашиваете, зачем я вернулась в вашу компанию? Я отвечу. – Я присела на один из стульев, даже не спросив его разрешения присесть. – Может, я не хочу всю свою жизнь провести в бегах от полиции или от ваших отморозков, которых вы наймете, чтобы поймать меня?
- Мне интересно, - задумчиво произносит Литвин, внимательно наблюдая за мной со своего места, - что чувствует человек, когда врет глядя в глаза, при этом зная, что тот, которому он так усердно врет, знает правду. Вы, правда, надеетесь, что я поверю вашей выдуманной истории о непричастности к ограблению?
- А что вам мешает поверить? – задаю я встречный вопрос. На что он вновь ухмыльнулся.
- Вы умны, но не настолько, чтобы одурачить меня. Проблема ваша состоит в том, что ваше умение ограничивается лишь жизненным опытом. Будь у вас хоть какое-то образование, ваш план с ограблением не закончилось бы для вас так печально.
- Позвольте мне заметить в ответ на ваше оскорбление подобным же высказыванием. – Я чувствую, как мое лицо начинает краснеть от злости. – Вы, правда, считаете себя умным человеком? Тогда как так получилось, что вашу компанию обокрала девушка, чье умение ограничивается лишь жизненным опытом? Глупая девчонка обокрала взрослого образованного мужчину, чье высокомерие и самоуверенность не дают ему видеть дальше своего носа и замечать перед собой элементарных вещей. Мошенников, к примеру.
Взгляд Литвина потемнел от злобы, и я поняла, что зашла слишком далеко.
- Этим вы вновь продемонстрировали свою глупость и безрассудство. Вы играете с огнем, Анна Игоревна. Вам ведь известно об этом? – несмотря на озлобленный вид, говорил он вполголоса и довольно спокойно.
- Простите, я сожалею о своих сказанных словах. Но вы сами вынудили меня сказать вам все это.
В этот самый момент входит Василиса, неся на подносе что-то очень похожее на мой любимый капучино.
- Ваш латте. – Произносит она ангельским голоском и ставит стакан на стол. – Принести вам еще что-нибудь?
- Нет, вы можете идти. – Холодно отозвался Литвин.
«Латте?! Так вот, значит, в чем дело?!» - я бросила на Василису злобный взгляд, на что она лишь ехидно улыбнулась.
И как я не разглядела под ее лживой маской самую настоящую змеюку? Значит, все это время она лишь притворялась хорошенькой?
Все мною сказанные ранее слова в адрес Литвина вернулись мне бумерангом.
- Как долго вы намерены продержаться в моей компании? - продолжил Литвин, как только за Василисой закрылась дверь. – Мои подчиненные не дадут вам спокойно работать, а я не стану им препятствовать.
- А у меня есть выбор? – спросила я, не понимая мотива его вопроса.
Он сам заставил меня подписать трудовой договор с его компанией. А теперь он и его подчиненные всячески препятствуют моей работе.
- Да, есть. Отправиться в тюрьму. – Хладнокровно отвечает мужчина.
По моей спине пробежался холодок.
- Как в тюрьму? – прошептала я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
От страха я даже голос потеряла.
- А что вы хотели? – Литвин поднимается со своего кресла, не спеша идет вперед и встает позади меня.
Я ощущаю свежий запах его одеколона.
- Я же говорила вам, что во всем случившемся нет моей вины. Я так же, как и вы, пострадала от рук Леонида. Он и меня ограбил.
